Некий особый случай
Местонахождение: полицейский участок.
– Спрашиваю ещё раз: кто такой? – направив на меня лампу, кося под детективов из сериалов, с серьёзным лицом спросил толстощёкий полицейский, сидя на крою стола.
– А я отвечу ещё раз: я сам не знаю! – упёрто ответил я, сидя на стуле и прикрывая рукой глаза от яркого света лампы.
– Как такое может быть? – въедливо продолжил он.
– Да мне откуда знать? – задал я вполне логичный вопрос. – Может, кто по голове жахнул, а может ещё что. Откуда мне‑то знать, я же не врач какой!
– Слушай, я хочу тебе помочь, так что и ты помоги себе – расскажи, как всё было, и всё – свободен!
«Помогаешь? Ага, аж два раза. Разве что себе лишнюю звёздочку на погоны повесить.»
– Если бы я мог – я бы рассказал, но говорю же: я – потерял – память! Я ничего не помню. Совсем. Даже как меня зовут!
Он устало вздохнул и откинулся на кресло.
– Понятно, – кивнул он. – Значит, не хочешь по хорошему… – закивал он сам себе. – Хорошо, значит будет по плохому…
«О боги, хватит косить под то, что ты видел по телику! Это только там выглядит круто, а в жизни это же кринж в чистом виде!»
Тем временем, он максимально пафосно встал со стола и прошёл к двери, открыв которую он чуть ли не пропел:
– Оксаночка, подойди, пожалуйста!
«О, Оксаночка… Да, будет лучше, если сюда подойдёт Оксаночка и будет меня „допрашивать“, чем этот ходячий, жирный синдром восьмиклассника.» «О, Оксаночка… Да, будет лучше, если сюда подойдёт Оксаночка и будет меня „допрашивать“, чем этот ходячий, жирный синдром восьмиклассника.»
– Иду, – ответил ему милый девичий голосок, после чего мужик повернулся ко мне со счастливой улыбкой, которую всеми силами пытался скрыть под серьёзным лицом.
«Ну в покер тебе с таким покерфейсом точно идти не стоит,» – невольно пронеслось у меня в голове, пока я наблюдал за этой картиной.
А в этот момент дверь открылась, и в неё вошла та самая «Оксаночка», и это просто… в‑а‑аау…
Лет двадцать семь, нижем меня сантиметров на десять, молодое, миленькое личико с небольшими румяными щёчками, тёмные волосы, собранные в конский хвостик, тёмно‑карие глазки, длинные реснички, ярко выраженная талия, подчёркнутая юбкой «карандашом» и облегающей белой рубашкой, под которой же, в свою очередь, отчётливо видно чёрный бюстгальтер, отлично удерживающий грудь, размера третьего, а то и четвёртого.
«Ну чего‑то подобного я и ожидал, учитывая, как отреагировал этот майор‑пухлые щёчки только на одно произнесённое ей слово.»
– Да, Валерий Николаевич? – хлопая своими милыми глазками, спросила она, подойдя к столу, за которым находился «Валерий Николаевич» – он же «пухлые щёчки», или же – «ходячий, жирный синдром восьмиклассника».
«Как говориться: выбирайте, что больше нравиться. И кстати, это и так было довольно очевидно, но теперь я точно убедился, что этот Валера хотел бы, чтобы она называла его не так официально. Ну вы поняли, о чём я. Вот только, боюсь, тут для него без шансов…»
– Видишь ли, Оксаночка, тут один из задержанных нами сегодня утверждает, что ничего не знает. Я с ним и так, и этак, а он всё строит из себя дурочка. Не хочет по‑доброму совсем, – замотал он печально головой.
«Хочу. Но не могу. Ещё не хватало, чтобы меня за убийство посадили.»
– Поможешь?
– Конечно, Валерий Николаевич. Всё сделаю в лучшем виде.
– Вот и спасибо тебе, – сказал он, встав со стула и взяв руку девушки, после чего поцеловал её в неё, и следом, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.
Но не прошло и секунды, как дверь приоткрылась и он оттуда выглянул.
– Забыл сказать, что с меня тогда ужин!
– Не стоит, – моментально отшила она его с улыбкой на лице.
– Я настаиваю!
«Лучше бы ты настоял на поход в зал,» – подумал я, не став это говорить вслух, ухудшая и без того не лучшую ситуацию.
– Всё же откажусь.
– Оу… – сник он. – Ну, тогда как‑нибудь в следующий раз!
– Конечно, – кивнула девушка.
Получив положительный ответ он всё же закрыл дверь и скрылся с глаз.
Девушка же, что, очевидно, притворно улыбалась секунду назад, сейчас сняла свою «маску» и устало выдохнула, с омерзением на лице протерев место поцелуя второй рукой.
После она неспешно подошла к двери и выглянула в неё, видимо, чтобы убедиться, что её непосредственный начальник точно ушёл, а не остался у двери, подслушивая происходящее за ней.
Убедившись, что его нет, она закрыла дверь и повернулась ко мне.
– Так, – начала она, подойдя и сексуально усевшись на край стола, – начнём со знакомства: меня зовут Оксана Юрьевна. А тебя как зовут?
– Хрен знает.
– Прям так и зовут? – удивилась она.
– Что? – удивился следом я. – Нет конечно.
Она мило усмехнулась, прикрыв рот рукой.
– Да шучу я.
«Ого, а она реально хорошо отыграла удивление. Я даже и не понял, что оно было наигранно.»
– Но шутки в сторону. Так как тебя зовут?
– Без понятия.
Она удивилась. И в этот раз я уверен, что это искренне удивление.
– Память я потерял. Об этом и талдычил этому мужику минут тридцать.
– Правда? – спросила она с приподнятыми от удивления бровями.
– Ну а смысл мне врать? – пожал я плечами.
– Так‑то он есть, – ответил она и увидев, что я ничего не понимаю, объяснила: – Тебя задержали вместе с одной бандой, на счету которой убийства, грабежи, торговля наркотиками, похищение людей и коллекторство. Поэтому с твоей стороны вполне логично пытаться отыграть потерявшего память.
