Некий особый случай
«О, теперь ясно, что тогда произошло: я вляпался в разборки с целой бандой, а не со шпаной какой; а когда убегал от них и почти выбежал из той подворотни, меня встретили полицейские, которые устроили облаву на эту банду. И теперь меня считают членом их банды. Просто супер.»
– Я не один из них. Меня преследовали. И это, вроде, очевидно было даже для взгляда со стороны, – вспоминая всё это, я начал невольно злиться. – Серьёзно, какого чёрта на меня сначала налетел один из ваших, потом меня привезли сюда и посадили в обезьянник с другими пойманными, от которых мне пришлось защищаться на протяжении десяти минут, пока меня не вызвали сюда?! Что за сюр?!
– Насколько мне известно, вы их избили до того, как вас вызвали, верно?
– Да, но это тут причём вообще? Они ведь первые полезли! Да и кто ж знал, что те троя окажутся такими слабаками? Да и если не хотели такого исхода – не стоило сажать нас в один обезьянник! И вообще, мне ведь показалось, или ваши коллеги действительно вместо того, чтобы разнять нас, делали на нас ставки?
На это она покраснела и закашляла в кулачок, отведя глаза в сторону.
«Понятно. Не показалось, получается. М‑м‑м‑м....»
– Опустим этот момент.
– Не, нихрена! Ведь будь я немного послабее опускали бы уже не этот вопрос, а меня!
– Ну… не пошло? – произнесла она и посмотрела на меня со взглядом «так пойдёт?»
«Супер.»
– Понятно. Похер. Проехали и поехали дальше, – расслабился я, откинувшись на спинку стула.
В её глазах от такого аж благодарный огонёк блеснул и она, не медля, вернулась к изначальной теме:
– Так вот. Вы утверждаете, что никак не связаны с этой бандой, кроме того, что они вас преследовали, и то, что у вас пропала память, верно?
– Да.
– Так. А если у вас пропала память, то как вы можете знать, что никак не связаны с этой бандой?
– Эм…
«А ведь точно. Я нихрена о себе не помню. Совсем. Может, я и связан был как‑то с этой бандой. Впрочем…»
– Когда я очнулся в том переулке, не помня, кто я, где я и что я там делаю, ко мне подошли трое парней, которые, как выяснилось позже, были членами этой банды.
– Угу, понятно, – закивала она. – Продолжайте, пожалуйста.
«А чо дальше продолжать‑то? Ну не говорить же ей, что я пожелал, чтобы башка одного из них лопнула и она реально лопнула? Точно нет, это ж убийство. А в тюрьму как‑то не хочется. Да и тело они наверняка нашли.»
– Дальше у этих троих завязался какой‑то конфликт, в ходе которого одному из них разорвало башку.
– Вот как? – слишком очевидно наигранно удивилась она.
– Ага‑ага.
– А один из пойманных утверждает, что был одним из тех троих, что был там. И он говорит, что когда его друг коснулся вас, то вы что‑то сказали и его голова взорвалась.
– Брешет.
– Да?
– Ну конечно. Взгляните на меня, – и когда она начала меня внимательно осматривать, я спросил: – Вы разве видите перед собой какого‑то всемогущее существо, способное взрывать головы других по желанию?
– Ну… – начала она, закончив осматривать меня, – вы весь в крови.
– Совпадение, не имеющие никакой связи с вопросом, – легко отмахнулся я с серьёзным лицом. – И раз вы не хотите отвечать на такой вопрос, то я отвечу за вас: нет, перед собой вы такого существа не видите. Всё, что вы видите сейчас перед собой – это явно симпатичный, в меру подкаченный и высокий парень, на которого вы положили глаз с момента, как вошли в кабинет, надеясь, что я не…
– Стоп! – закричала она, прервав меня и сильно покраснев.
В ответ на это я поднял руки, а‑ля «ладно‑ладно, понял, не продолжаю».
– Кхм‑кхм, – прокашлялась она для вида и, успокоившись, продолжила: – Хорошо, давай соединим в одну историю твой рассказ и подведём его итог: получается, сначала ты проснулся ночью в переулке, потеряв память совершенно обо всём?
– Верно.
– Следом, к тебе подошли трое членов банды.
– Да‑а‑а…
– Зачем они подошли?
– Что‑то говорили о территории.
– Ясно. Значит, хотели втянуть в конфликт на почве того, что вы были на территории их банды, – констатировала она. – Уже следом у них завязался конфликт?
– Ага.
– Почему? На почве чего?
– Вроде, один из‑за чего‑то сказал, что второй тупой, а тот обиделся и дальше понеслось.
– Угу… и в ходе конфликта, один из них убил другого?
– Да.
– Как именно?
– Без понятия.
– … – промолчала она, сверля меня глазами.
– Говорю, как видел, – ответил я, флегматично пожав я плечами.
– Ясно. Теперь переходим к самому странному моменту: почему эти двое убежали за своей бандой?
«Чёрт! А точно, чо им убегать, если конфликт был между ними?»
– Они сговорились и захотели скинуть вину на меня, ведь главарь банды убийство другого члена своей банды так просто не простит.
Она замолчала, продолжая сверлить меня взглядом.
– Логично… – произнесла она и задумалась, опустив голову, и спустя пару секунд подняла её обратно и спросила: – А почему вы остались стоять на месте?
– Ужасное самочувствие. Возможно, из‑за той же причины, из‑за которой я и потерял память.
– А что именно из ужасного самочувствия было?
– Головокружение, сильная головная боль, тошнота.
– Ясно, – задумчиво кивнула она.
«Неужели знает, что со мной?»
– А дальше, когда вся банда вернулась и побежала за вами, вы побежали от них и так попали к концу переулка, где вас и обезвредил мой коллега.
– Именно. И кстати, этот коллега, случаем, не один из тех, кто делал ставки?
