Никакого зла

– Ещё как подчиняют. Сильнее любого заклинания и страха, – убеждённо говорю я. – Тебе не понять, потому что у тебя нет сердца.

– Мне сейчас очень хочется вырвать твоё, – неожиданно спокойно говорит Дамиан. – Но я, пожалуй, услышу ответ на ещё один мой вопрос. На этот раз последний, – он снова подходит ко мне и осторожно, пальцем, касается моей щеки. Это неожиданно приятно, и я жмурюсь от удовольствия. – Ты меня согрел, а мог убить, забрать корону и сесть на мой трон… Или хотя бы попытаться. Но ты этого не сделал. Почему?

– Потому что тебе было холодно, – честно (ну конечно, честно!) отвечаю я.

Дамиан грубо хватает меня за подобородок, поворачивает так, что я утыкаюсь взглядом в его глаза.

– Жалость?

– А тебя надо жалеть? – так же холодно, как и он, тон в тон говорю я. – А за что тебя жалеть, Тёмный Властелин?

Дамиан пару мгновений молчит, потом отпускает меня и отходит к камину. Берётся за кочергу, ворошит поленья – огонь взвивается выше, дышит жарче, – потом оборачивается.

– Я не понимаю.

– Ты великий Тёмный Властелин и не понимаешь? – смеюсь я. – Что же так? А для этого всего‑то и нужно иметь сердце. Тебе холодно, и я пытаюсь тебя согреть. Хорошо, что получилось, и очень мило, что в благодарность ты меня связал и напоил какой‑то дрянью. Да, твоё гостеприимство меня поражает.

– И ты говоришь это Тёмному Властелину? – изумлённо выдыхает Дамиан.

– Ну и что?

Дамиан, хмурясь, качает головой, потом отходит к камину, а когда поворачивается – в одной его руке бокал с чем‑то серо‑синим, в другой – кинжал. Бокал Дамиан ставит на пол рядом с моим креслом, а кинжалом аккуратно, не торопясь, разрезает верёвки.

– Что ж не магией? – не выдерживаю я. Молчание гнетёт, а голова кружится – страх просто.

– Если бы их можно было снять магией, я бы тебя ими не связывал, – отвечает Дамиан. – Я читал те же книги, что и ты, и в них слишком часто волшебство Властелина обращали против него самого. Держи. – Он протягивает мне бокал. – Я хочу поговорить с тобой нормально, без эликсира.

«Пей», – вторит ему Габриэль.

Я морщусь, но выпиваю бокал до дна, пока Дамиан за мной наблюдает.

– Странно… Ты очень сильно напоминаешь… одного человека.

– Кого? – я ставлю бокал на пол и откидываюсь на спинку кресла. Головокружение постепенно проходит.

– Неважно, – Дамиан снова кладёт руку на мою. – Тебе лучше?

– Тёмного Властелина заботит состояние какого‑то демонолога? – усмехаюсь я. – Что так? Ты же меня убить хотел.

Дамиан усмехается – почти как раньше. У меня ёкает сердце от его улыбки, а пальцы словно сами переплетаются с его.

– Убить тебя было бы очень большой глупостью. Я хочу, чтобы ты остался. Останься!

– Зачем? – спрашиваю я, хотя сердце просто в пляс пускается от этого «останься». Я нужна тебе. Я же знала, что нужна!

– У меня много слуг, – отвечает Дамиан. – Очень много. Мне не нужен ещё один демонолог. Мне нужен, – он медлит, – друг.

Не совсем то, что я ожидала услышать, но… он же всё‑таки Тёмный Властелин без сердца.

– Прекрасно, но почему я?

Дамиан смотрит на меня – без обычного для него теперь высокомерия – и тихо говорит:

– Всем на меня плевать. Они боятся, да, и мне так холодно от их страха… Ты же, ты не боишься. Может, поэтому рядом с тобой тепло? И ты… необычный. Мне это нравится… Так ты останешься?

Я отвечаю не сразу – ну вот ещё, пусть помучается. К тому же, мне так приятно смотреть на него сейчас… как раньше, когда его сердце ещё билось. Забавно, выходит, даже злодеи хотят тепла?

«Особенно они, – снова врывается в мои мысли Габриэль. – Им больше всех его не хватает»

Я грустно улыбаюсь в ответ.

– Останусь. Я никогда ещё не дружил с Властелином. Пожалуй, это будет интересно.

Дамиан улыбается и смотрит на наши сцепленные пальцы. Я тоже смотрю.

Господи, какая же я была дура!..

– Может, тогда по дружбе скажешь, как ты действительно приручил высшего демона?

– А? Что?.. Но я уже сказал!

– Лаской и заботой, – фыркает Дамиан. – Как трогательно. Прикажи ему пойти в зал попрыгать среди танцующих на одной ножке.

– Чего?!

– Как скажете, господин, – отвечает Габриэль, разворачивается и идёт к двери.

– Габриэль, стой! – Я вскакиваю. – Ты не будешь этого делать! Он не будет этого делать! – Это я говорю Дамиану. Погромче, чтобы сразу дошло, какую глупость он попросил. И зачем?..

– А что такого? – удивляется Дамиан. – Он же демон и твой слуга. А это был приказ. Пусть исполняет.

– Это был не мой приказ! Я ему никогда такого не прикажу! Это же унизительно!

Дамиан смеётся, изумлённо и… весело? Я сказала что‑то смешное?

– Ты правда странный, – говорит он, спокойно глядя, как я хватаю ртом воздух. – Какая разница, что чувствует демон?

– Такая же, как и то, что чувствуешь ты!

Дамиан снова смеётся. И когда в открывшуюся дверь заглядывает слуга, Дамиан всё ещё смеётся и никак не может остановиться. Слуга – тот самый человек‑крыс – смотрит на нас так изумлённо, словно это я скачу по комнате на одной ножке. Хотя, думаю, это бы его как раз не удивило…

– Повелитель?

Дамиан оборачивается, и смех замерзает у него на губах.

– Пошёл вон!

Крыс падает на колени.

– Д‑да, повелитель, п‑простите, но вы говорили, что хотели выйти к гостям…

Дамиан поворачивается ко мне.

– Ты хочешь выйти к гостям?

– Я? Нет уж, спасибо, я их уже видел… видел, – поправляюсь я.

Дамиан поворачивается к крысу.

– Мы. Не хотим. Брысь отсюда.

– Д‑да, п‑повелитель. – Крыс исчезает за дверью.

– Тоже не любишь балы? – улыбается мне Дамиан.

– Ненавижу, – честно отвечаю я. – Шумно, ярко, все смотрят. Мерзко.