Никакого зла

В рядах придворных появляется еле заметное движение, кто‑то что‑то шепчет, и звук всё нарастает…

Дамиан поворачивает голову…

– Ваше Величество! – Перед троном на колени опускается дама лет сорока, элегантная и, судя по осанке, гордая и величественная… только не сейчас. Сейас она склоняется к самым ногам Дамиана. – Ваше Величество, умоляю, отпустите мою дочь! Я прошу вас!

Дамиан закатывает глаза и отмахивается. Вспышка, запах озона.

Каменная статуя валится на пол у трона.

Придворные замирают (а слуги проворно уносят статую), и я тихо выдыхаю, глядя на Дамиана:

– Герой? А зачем нам герой? Сейчас я его сама убью.

– Господин, держите себя в руках, прошу вас, – отвечает стоящий позади меня Габриэль.

– Виил, ну что ты там застыл? – зовёт Дамиан. – Иди сюда, встань рядом. Мне холодно!

Сейчас я тебя, радость моя, согрею!..

«Виола, держи себя в руках, – мысленно приказывает мне Габриэль, подталкивая к Властелину. – Или я согрею тебя».

Дамиан хватает меня за руку, тянет встать ближе. Я вздрагиваю – у него снова ледяные пальцы.

– М‑м‑м, повелитель?

– Что такое? – удивляется Дамиан, поднимая на меня изумлённый взгляд. – Ты же звал меня по имени. Зови дальше, мне нравится.

– Хорошо. Дамиан, кажется, мне здесь не место…

– Твоё место там, где я скажу, – самодовольно заявляет Властелин. А потом вдруг спрашивает: – Почему ты так решил?

– Насколько я знаю, у трона стоят только советники, – напряжённо отвечаю я. Мне плевать, кто стоит у трона, я просто хочу сейчас оказаться от Дамиана подальше. Заколдовать женщину лишь потому, что она посмела его о чём‑то попросить! И что она про дочь говорила?..

– Ещё и фавориты, – улыбается Дамиан. – Впрочем, мне интересно, что ты мне посоветуешь.

– Да, повелитель.

– Дамиан. Я приказываю.

– Хорошо…

В зал наконец‑то «запускают» гоблинов. Впрочем… их действительно запускают. В цепях. Гуськом, только что тяжёлая гиря за ними не тянется, как в некоторых диснеевских мультиках про заключённых. И робы на них серые, а не в полосочку. Господи, в какой дурдом я попала?!

Дамиан зевает и скучным голосом спрашивает у кого‑то за троном:

– Им дали поговорить с королём?

– Да, Ваше Величество, – отвечает смутно знакомый мне лорд. Кажется, я видела его среди советников Ромиона.

– Прекрасно, – Дамиан поворачивается к гоблинам. – И? Я, наконец, получу свою армию?

Стоящие на коленях гоблины молчат, ждут, пока один из них не выползает вперёд и, не поднимая взгляда, чётко отвечает:

– Нет.

Дамиан свободной рукой стискивает подлокотник трона и ласково интересуется:

– А ваш король понял, что если он будет упорствовать, я разграблю его подземелья и заберу его невесту? Говорят, она красивая.

Что?! Он нацелился на Роз? На Роз?! Я тебе заберу! Только посмей! Только!..

«Виола, успокойся!» – шипит Габриэль, а Дамиан удивлённо поднимает взгляд на меня. Наверное, я слишком сильно сжала его руку.

– Виил, в чём дело?

– Ни в чём, – сквозь зубы выплёвываю я.

Дамиан изгибает бровь, но, помолчав, поворачивается к гоблинам.

– Так вы донесли до короля мои условия?

– Да, Ваше Величество, – отзывается гоблин‑посол. – Смею вас заверить, наш король настроен решительно. Против вас. Он, впрочем, согласен отправить к вам магов, но не в качестве рабов. И только если вы согласитесь признать суверинитет нашего королевства. И отдадите ему сестру Её Высочества, принцессы Розалинды, принцессу Виолу. Иначе…

Дамиан не дожидается, что там «иначе». Он и до этого‑то сидел, напряжённый, и улыбался так ласково, что я бы на месте посла онемела. Но гоблин смотрел в пол и не видел, что творится с Властелином. Поэтому, как и все, вздрогнул, когда Дамиан, ударив ладонью по подлокотнику трона, вскочил, наконец, отпустив меня.

– Иначе? Этот подземник мне условия ставит? Мне?! – Он кидается вперёд, к гоблинам. – А что если я пришлю ему свою армию? И духов, полагаю, ему понравится?! Но сначала я отправлю ему вас! Камнем! – Он замахивается, его правая рука искрит, и снова воздух пахнет озоном. – По частям! По камешкам! По…

Я хватаю Дамиана за руку, прежде чем он успевает её опустить.

– Не надо!

Тишина в тронном зале после этого устанавливается такая, что мне кажется, будто я оглохла. Дамиан удивлённо моргает, гоблины не шевелятся, придворные, кажется, даже не дышат.

– Пожалуйста, не надо, – повторяю я, глядя Дамиану в глаза. Спокойно, как рычащей собаке. Папа учил, что надо такой смотреть в глаза, тогда она, может быть, не нападёт и успокоится. Ни разу не было случая проверить – до этого момента.

Дамиан рычит и отшвыривает меня к ступенькам трона.

– Не смей мне указывать!

Я падаю, неудачно, спиной на ступеньки трона, и краем глаза замечаю, как вперёд выступает Габриэль.

– Повелитель, мой господин просто хотел заметить…

Дамиан, не слушая, мгновение молча смотрит, как я неуклюже пытаюсь подняться, потом, знакомо дёрнув уголком рта, отталкивает Габриэля и идёт ко мне. Я жду, уверенная, что он и меня сейчас заколдует. И нет, мне нестрашно. Я злюсь, и мне нестрашно.

Но Дамиан снова всех удивляет – он наклоняется и рывком ставит меня на ноги. И тихо говорит:

– Не делай так больше. Я могу не сдержаться. Не делай.

– Ты же знаешь, что буду, – упрямо говорю я.

– Пожалуйста, – в самое ухо, чтобы слышала только я, добавляет Властелин, и передаёт меня с рук на руки Габриэлю.

«Дура!» – шипит демон.

«Бесчувственный чурбан!» – зло отзываюсь я, а Дамиан тем временем, морщась, поворачивается к гоблинам. Вздыхает.