Объем пустоты. Случайность

Аркадий Константинович встал из‑за стола и, заложив руки за спину, начал прохаживаться вокруг. Он пытался отыскать в памяти что‑то подобное из своей практики. По пути следования ему приходилось уворачиваться от рук обильно жестикулирующих спорщиков. Окружающий шум не давал сосредоточиться. После второго круга он завершил своё «турне», сев на прежнее место. Идей не было никаких. Профессор подпёр голову обеими руками.

Тем временем Юра, немигающим взглядом уставился в кучу бумаг перед собой. Он неосознанно вырисовывал обратной стороной ручки узоры на поверхности стола.

Какая‑то мысль издевательски уходила из‑под носа. Она пряталась за извилинами, дразнила, показывала язык. Молодой человек выудил листок с великим множеством цифр, упорядоченных в столбцы. Здесь содержались координаты положения объекта в пространстве, ещё какие‑то данные, и время. Ниже был приведён график траектории. Изображено было следующее: в изометрической проекции, сверху вниз спускалась гиперболой линия от точки обнаружения до точки нынешнего положения объекта. Юра поднёс листок поближе. Линия состояла из отрезков, обособленных точками с цифрами, и еле заметно виляла. Вот пологий участок в какой‑то момент отклоняется, изгибается дугой и опять преломляется. Вдруг объект идеальной прямой ушёл в сторону и такой же прямой почти вернулся на вектор перемещения. Получившийся уголок был один в своём роде. И наконец, более крутой вираж переходит в прямую, под небольшим углом к оси координат, удаляясь от ноля.

Мысль молнией пронеслась в голове. Юра от неожиданности даже затаил дыхание. Чтобы не упустить её, он ручкой обвёл угловатый участок трассы. Молодой человек вскочил и смёл бумажную кучу в сторону, освободив участок стола. Затем он фанатично принялся повторно рассматривать свежие снимки. Он хватал один, что‑то высматривал в нём, обращался к графику и клал перед собой. Фотокарточки ложились только Юре понятным образом.

За оживившимся молодым человеком с интересом наблюдал Аркадий Константинович. Он обратил внимание на заметку, затем на уже отобранные снимки. Мозг тут же уловил связь между увиденным. Профессор не поверил сам себе и ещё раз прошелся глазами по бумагам. Не показалось. Он медленно встал, кровь стучала в висках. Аркадий Константинович принялся помогать составлять мозаику. Пока парень работал с материалами на столе, он отбирал листки у окружающих. Все присутствующие невольно вовлеклись в процесс. В основном старались не попадаться на пути снующего профессора, добровольно сдавали материалы. Кто‑то подавал фотографии с дальней части стола, кто‑то, посетовав на недостаточную освещённость помещения, направился включать свет. Наконец буря стихла. Юра обалдело рухнул на стул. Аркадий Константинович взъерошил волосы от лба к затылку. Народ столпился у созданной презентации, ожидая комментариев.

– Это не хаотичное вращение.

Юра встал и направился к центру стола, где аккуратно были сложены разные канцелярские принадлежности. Среди прочего на специальной подставке лежало увеличительное стекло. Взяв его, Юра вернулся обратно и взял начальный снимок.

– Обратите внимание, – лупа увеличила изображение объекта, – на его положение.

Среди звёзд торопился куда‑то гость. Под увеличительным стеклом открылись новые подробности. До этого смазанное пятно местами приобретало прямолинейность.

– Условные верх и низ его, – продолжил Юра, – слегка заострены. Проведём условную ось через эти оконечности – она почти перпендикулярна горизонту.

Он аккуратно вернул снимок на место и взял следующий по порядку. Наводя на него инструмент, Юра вывернулся, чтобы стоящим позади было видно.

– Наклон увеличился. Совпадение или нет, но при этом присутствует обнаруженная Аркадием Константиновичем, будем считать, струя пара, в аккурат приложенная к краю объекта, как бы опрокидывая его. Теперь обратите внимание на это. Здесь, здесь и здесь, – при каждом слове он касался снимков, – изменение силуэта объекта невероятно логично сопровождается выбрасываемой струёй, прикладываемой в разных точках. Увеличивается наклон до некоторых пор, пока условные верх и низ не станут лево и право.

По мере рассказа молодой человек от напряжения, сам того не замечая, начинал говорить быстрее.

– И вот здесь, – он перескочил два снимка, – импульс тормозит опрокидывание. После чего положение не меняется, джеты больше не появляются. Угадывается прямая зависимость.

– Что же вы хотите сказать? – вырвалось из толпы.

– Всё это выглядит как полноценная стабилизация и ориентация в пространстве реактивными импульсами.

В кабинете повисла звенящая тишина. Юра не давал людям опомниться.

– Если принять во внимание время, в которое запечатлён объект, и пройденное расстояние, затем сравнить данные на этом и этом участках, – он ручкой обвёл на графике длинный участок в начале траектории и крутой вираж ближе к оси координат. – Можно сказать, что к плоскости эклиптики скорость заметно снизилась. Чему, кстати, сопутствовало аж четыре джета на нижней части объекта.

– Торможение, – прокомментировал Аркадий Константинович.

– Именно, – не оборачиваясь кивнул Юра. – Затем несколько джетов с левого края, симметрично расположенных сверху и снизу, ускоряют объект в направлении орбиты Марса. Если все эти доводы кто‑то посчитает косвенными и обычным совпадением, то посмотрите на этот манёвр уклонения, – закончил он, ткнув в обведённый участок трассы, который до этого не затрагивал. Затем он взял три снимка, тоже остававшиеся без внимания, и положил по порядку перед собой. На крайнем левом он поднёс увеличительное стекло к пространству перед объектом. – Астероид, размером в два, два с половиной раза больше нашего на пути следования.

На рисунке действительно одна из звёздочек отличалась сложной формой и цветом. Инструмент перешёл к следующему снимку. Здесь предлагалось уделить внимание области под объектом. При этом на самом объекте виднелись узнаваемые кисточки, а фон съехал влево вниз.

– Минует препятствие.

На третьем снимке фон почти вернулся на место, идентично первому снимку. Гипотетическое препятствие пропало с изображения. Юра убрал снимки, взял график и положил увеличительное стекло на угловатый участок манёвра. Он откинулся на спинку и медленно выдохнул.

У противоположной стороны стола стоял и внимательно слушал Виктор Евгеньевич. Не сводя глаз с Юры, он как в трансе придвинул стул и, пытаясь приземлиться, чуть не сел мимо. Не глядя нащупав рукой сиденье, он всё‑таки сел. Взгляд его всё так же смотрел сквозь людей куда‑то в пустоту. Мужчина медленно поглаживал большим пальцем усы.

У всех в головах вращался ураган мыслей, который вырвался бы наружу, если бы не онемение. В кабинете царило тяжёлое сопение.

Первым обуздал себя майор слева от Юры. Он сел во главе стола в мягкое массивное кресло. Похоже, что это был его кабинет. Он обвёл взглядом окружающих и посмотрел в окно. Офицер старательно подбирал слова перед тем как их озвучить.

– Ситуация специфичная, – он по очереди переводил взгляд с Юры на Аркадия Константиновича и Виктора Евгеньевича. – Все теории необходимо подтвердить, подкрепить аргументами. То ли это астероид, наполненный паром или газом, как сдувающийся воздушный шарик мечется по нашей Солнечной системе, то ли это…кхм… – он замялся, глядя поверх голов, – В общем… ну, управляемый полёт.