Одуванчик в тёмном саду
Ну что сказать. Если не считать общей потрепанности, кругов под глазами и мокрого платья – меня тоже как под копирку делали. Ну, глазки чуть больше и синее. Носик слегка приподнятый, в отличие от классического у «высокой леди». Губки бантиком, локоны пепельно‑золотистые… банальная куколка.
Нет, после проблем с лишним весом и морщинами – грех жаловаться. Талия тонкая, грудь есть, попа тоже вполне ничего себе. Но я привыкла брать больше индивидуальностью, изюминкой. Даже в шестьдесят с лишком. А тут оно и не ночевало.
Пока я любовалась собой и критиковала собственную внешность, мымра испарилась. Я это заметила только потому, что девичий колхоз отмер и снова защебетал на разные голоса, вдобавок чьи‑то проворные руки уже стягивали с меня мокрую тряпку, а другие дергали за волосы. После очередного не слишком ласкового рывка я резко обернулась и хотела высказать самозваной парикмахерше все, что думаю о ее профессионализме… и обнаружила очередную проблему.
Сказать ничего не получилось. Я открывала рот, и из него не вылетало ни звука. Ах ты, зараза, ведь лекарь говорил о заклятии немоты!
Свое неудовольствие пришлось выказывать жестами, и я просто шлепнула по руке очередную бесцеремонную девицу, сверкнув на нее глазами. В ответ на меня независимо фыркнули, но расчесывать волосы стали немного осторожнее.
Сидя в той самой ванне с подозрительно желтой водой, я философски осмысливала происходящее. Похоже, девчонки принимают меня за большую условно живую куклу. Мнением моим никто не интересуется, что‑куда‑зачем тоже не объясняют, знай вертят, крутят, мажут‑трут‑разглаживают… на сердитые взгляды не реагируют, отбиваться глупо – их больше.
И болтают. Прямо над моей головой, словно я не только немая, но еще и глухая на оба уха.
Глава 2
– Говорят, он может по несколько наложниц за ночь брать в свою постель! И их потом оттуда выносят…
– Удовлетворенными?
– Полумертвыми, дура!
– Так, может, они полумертвые… ну… именно от полного удовлетворения?
Девчонки дружно захихикали, а я расслабилась, чувствуя приятное прикосновение горячей воды к коже. Вдобавок одна из юных сплетниц вытянула из воды мою ногу и занялась педикюром, а это действо я просто обожаю. Так что буду дальше наслаждаться и впитывать информацию.
– Ой, девочки, а вдруг новая невеста так понравится темному, что он ее… – восторженно выдала вдруг самая младшая на вид куколка. При этом так умело массируя мне голову, что я готова была замурлыкать. Жаль, лекарь‑паразит мне громкость прикрутил до упора. Какая ирония… всю жизнь учила правильно издавать звуки, а теперь превратилась в рыбку. Немую.
– Размечталась, дурочка! – Птичник дружно захихикал. – Невеста… Наложница в гареме! Да из наших ни одна там дольше месяца не протянула… Ему же плотские утехи нужны, а не драматическое стихосложение!
– Да, высокие леди от таких утех только в обморок падать умеют, – философски заметила педикюрша. – Разве ж они знают, что настоящему мужчине надо?
– Ой, а ты, можно подумать, знаешь! – тут же откликнулась та, что колдовала над неким странным одеянием, состоящим из полупрозрачных белых лент разной длины.
– Да уж знаю! – огрызнулась девушка и поймала меня за вторую ногу. – Хотя по сеновалам с поварятами и не валяюсь. Не то что некоторые!
– Ну а вдруг?! – не дала разгореться ссоре младшенькая. – Вдруг он пленится ее прекрасными глазами и… Леди в этот раз очень красивая…
– И немая! – иронично поддержал кто‑то разговор из‑за моей спины. – Это основное ее достоинство. Голосить не будет и рыдать в голос тоже. Так что, может, даже второй раз… попользуют. Прежде чем какому‑нибудь орку отдадут, чтобы ему кибитку чистила.
– Ой, а правда, что темный любит эльфиек дарить кочевникам?
– Говорят, что да. Особенно если леди слишком слезлива и без конца в обморок падает.
Не девчонки, а клад. Я даже перестала шипеть и сердито зыркать на особенно нахальных. Покорно позволяла делать с собой все, что им вздумается, и жадно впитывала новые знания.
То есть отдают меня в гарем. Хм, гарем… ну, не на съедение дикарям, и то хорошо.
Но, судя по девчачьей болтовне, этот их темный властелин, или кто он там… страшен, как стихийное бедствие, черен, как упавший в мазут воробей, и любвеобилен, как стадо кроликов по весне.
Нет, ну если рассуждать здраво – могло быть гораздо хуже. Красота в мужике – не главное, и в постели ему вряд ли удастся напугать меня чем‑то новым, после третьего‑то мужа. А в гареме вообще бригадный подряд, то есть угроза того, что заездят, минимальна.
Что касается частой смены караула и «подарит орку» – будем решать проблемы по мере их поступления. Вдруг мне так не понравится с властелином всея гарема, что я сама рвану в кибитках порядок наводить?
«Высокая леди» с ее ледяными взглядами мне совершенно точно несимпатична, и оставаться в ее власти нет ни малейшего желания. Так что пусть уж будет гарем. Если верить исторической литературе, в нем довольно комфортные условия содержания. Впрочем, там видно будет.
В конце концов в очередной ванне я заснула. Не понимаю, что за красоту надо наводить так долго, до костей уже все смыть можно было. Но даже мой сон не помешал специалисткам своего дела истязать меня до самого утра.
А потом снова явилась мымра, в новом платье. На этот раз оно переливалось золотой нитью и россыпью радужных стразов, а может, и бриллиантов – пощупать мне никто не дал.
Оглядев меня с головы до ног с высоты своей ледистости, она подергала за те самые белые ленточки, которые мне выдали вместо платья, и сделала такое лицо, словно все ужасно, но другого нет. Затем отпустила зевающих девчонок одним взмахом руки и, небрежно кивнув, презрительно скривилась в мою сторону. Я даже не сразу сообразила, что это было повеление идти следом.
Снова коридоры и лестницы, только теперь мимо нас сновала масса народу, и все делали вид, что «высокая леди» шествует одна, а я так, невидимка. В конце концов меня привели к выходу из замка, наверное. Оглядеться я не успела, потому что «леди» обшипела меня с головы до ног и велела не крутить головой. Нет, в гарем, бегом, только бы с этой мымрой больше не общаться!
Но пока меня всего лишь провели через роскошный, хотя и немного искусственно выглядевший парк и поставили у ворот. С наружной стороны.
– Жди здесь. Твари заберут тебя до полудня!
Нет, здорово, да? Стой, как дура, посреди дороги, ни присесть некуда, ни попить, ни поесть не дали, жди тварей. Откуда я знаю, что это будут именно те твари, которые мне нужны?! Мало ли кто здесь бегает.
