Оскал предназначения

– А предупредить можно было? – Мареш злобно бурчал на ведьму, а его грудь окрасилась в алый цвет. Не хватало только чтобы стюардессы заметили и не начали его лечить, они могли и скорую вызвать, это они умеют. Хотя было бы забавно понаблюдать, как врачи измеряли бы вампиру давление или делали кардиограмму.

– А зачем? – мило улыбнулась ведьма, став прежней щебечущей Софией, – Так, молодёжь, брысь отсюда.

– Яков боится, – подала голос Аннушка, она хоть и побледнела, но сумела взять себя в руки, а затем воскликнула, – Ой, да у Вас же кровь! Надо позвать врача! Давайте я спрошу врача!

– Не стоит, барышня, я всего лишь пролил томатный сок, такой я неуклюжий, – попытался вампир замять ситуацию и говорить как можно более спокойно.

– София, уведи Аннушку, мне надо кое‑что сказать Якову, боюсь, наше рандеву в облаках придётся отменить. Да и ваше, голубки, тоже.

Ведьма поняла многозначительный взгляд, брошенный древним упырём, и, взяв подружку за руку, повела вдоль рядов обалдевших пассажиров, с которых тряска живо сняла весь сон. В салоне творился полный кавардак.

Учитель, между тем, захлопнул дверь и закрыл на замок, а потом начал раздеваться, чего Яков никак не ожидал.

– Что Вы делаете, Аристарх Андреевич? – он хлопал своими наивными глазами и уставился на голый торс вампира.

– Рот открой, – услышал он приказ вампира.

– Я не буду! – заверещал парень, думая, что его Учитель решил наказать его особо изощрённым способом.

– Ещё одна попытка. Открой рот, ученик, – Алистар спокойно возвышался над пацаном, который выглядел весьма жалко без штанов, – Я жду, но недолго.

Превозмогая отвращение молодой санг поднял глаза и со страхом открыл рот, ожидая самого худшего, но вместо этого почувствовал на языке такой родной вкус, вкус крови. Вампир стоял над парнем и отжимал прямо на его лицо мокрую рубашку.

– Грёбаный извращенец, – саркастично заметил Алистар Мареш и швырнул рубашку в мусор красной тряпкой, попытался как можно теснее застегнуть пиджак, чтобы не выглядеть идиотом перед людьми. Потом только снова обратился к своему ученику, – Приходи уже, Ромео, скоро посадка.

Алистар хмыкнул и кинул на колени парню его штаны, как маленькому мальчику. Внутренне он настолько угорал со смеху, что даже злиться не хотелось, хотя ученик и нарушил все свои обязанности. Как мужчина мужчину он Якова очень понимал, рыжая и солнечная Аннушка в своём сарафанчике будоражила его не меньше своей чистотой и лёгкостью. София же наоборот источала удушающее амбре старой жабы и похотливой самки. Хоть Мареш и вампир, но, наверное, какой‑то неправильный, если способен испытывать что‑то помимо чувства голода и животной жёсткости.

Он открыл замок и вышел, встретившись нос к носу с другим пассажиром, который терпеливо топтался в ожидании своей очереди. Ладно бы человек с надетым на голое тело пиджаком, мужчина увидел второго, который спешно натягивал штаны.

– Будьте любезны, подождите ещё буквально немного, – нарочито вежливо выдал он ожидающему, – Мой друг скоро освободится.

Что же, небольшая месть таки не помешает, чем и воспользовался клыкастый. Но голова уже начала соображать на тему сказанного Софией. Пацан не прост, но будить в нём вселенское зло он не хотел и не собирался, ведь тогда окажется, что он такой же, как они и не сможет убить Марку. С другой стороны, если ведьма увидела в Якове сильные корни, то, где гарантия, что главный упырь уже не обзавёлся этими сведениями? Так подумать, гарантий‑то никаких, а степень защиты в мире падших не лучше, чем в интернете.

Ученик соизволил выйти, бугай со взглядом ребёнка оставил в недоумении ожидающего облегчения человека, тот так и проводил взглядом странную парочку, которая как ни в чём ни бывало двинулась по направлению к мягким креслам.

Народ всё ещё возбуждённо гудел, нашлись и недовольные тем, что пилоты не предупредили о турбулентности и грозе. И среди этого ропота недовольства выделялась сияющая физиономия Софии, напоминающая, при всём своём молодом виде, расплывшийся протухший студень, размалёванный алой помадой. Аннушка сидела молча, без истерик и укора на лице, просто смотрела вглубь себя. Алистар заметил, что она уже пристегнулась от греха подальше и почему‑то с облегчением вздохнул. А ещё ему стало грустно, потому что буквально через каких‑то полчаса, они расстанутся, каждый направит стопы по собственному пути, и пути эти уже не пересекутся.

Все трое девушек на сей раз сидели вместе. Вампир с учеником грузно упали на свои места по соседству. Яков старался не смотреть на Учителя, он даже на Аннушку не мог взглянуть. Более того, к нему вернулась боязнь полётов. Он пребывал в крайне удручённом состоянии.

Стальная птица начала кружить над аэропортом в ожидании посадки, словно когти выпустила шасси, которыми будто грозилась поймать посадочную полосу. Где‑то в багажном отделении большая летучая мышь вздохнула с облегчением, она с трудом перенесла внезапную грозу и еле держалась своими тонкими изящными лапками. Берта искренне обрадовалась тому, что скоро сможет выпорхнуть из этого ужасного железного монстра.

Пассажиры тоже распластались в своих креслах в ожидании посадки, только София продолжала излучать самодовольство, её гнусная физиономия, при всей мнимой красоте, действовала на нервы Алистару. И тем не менее ведьма в чём‑то ему помогла, возможно, уберегла Якова и свою подружку, а заодно и весь мир, от Марку, одержимого жаждой мяса и крови.

Самолёт мягко коснулся своими шасси асфальта и покатил гоночным болидом по полосе, словно управляемый звездой автогонок. Ещё немного и он затормозил, а пассажиры аплодировали и радовались самому факту того, что выжили. Даже пилоты только сейчас смогли успокоить себя и друг друга после того, как им казалось, самолёт неизбежно упадёт.

Когда пассажиры начали протискиваться к выходу из чрева этого стального коршуна, ведьма словно случайно задела вампира и вручила написанную корявым старческим почерком записку, прочесть которую не представлялось возможным, пока он не окажется на воле. А Яков встретился с той, что так и не успела подарить необходимые парню тепло и любовь. Аннушка улыбнулась и взяла его за руку, повела за собой. От Софии это не скрылось, она бросила на парочку злобный взгляд, но сейчас уже ничего не могла поделать. Что же, надо постараться и подстроить подружке результат гадания на суженого… А ещё она заметила, что вампир поглядывал на Анну. И это ей тоже сначала не понравилось, но затем она явно представила себе, как можно использовать такой поворот с пользой для дела.

Ученик проводил, как ему показалось, последние счастливые моменты в компании рыженькой прелестницы.

– Я не должен был покидать Аристарха Андреевича, – констатировал он факт, испытав до того неизвестное ему чувство раздражения по отношению к Учителю.

– Брось, он дитя малое и не может ни дня прожить без мамки – няньки? – пела Аннушка.

– Почему ты со мной? – вдруг серьёзно спросил Яков, будто к нему разом вернулся рассудок взрослого мужчины.

– Я, – замялась девушка, – не знаю, чувствую, что должна быть с тобой, словно мы с тобой связаны чем‑то, хотя понятия не имею чем. Но ты будто родной мне человек и…ты мне нравишься.

– Анна, как? – он взял её за руки, – Я ведь дурачок, с виду качок, но внутри словно ребёнок.

– Ты не испорчен этой жизнью, Яков. Кроме того, мне кажется, что роль большого ребёнка тебе уже надоела.