Пиромант. Ступень 4. Преор

Через четверть часа мы все расположились в зале совещаний. Не хватало лишь Рахо и Джека, которые отбыли ещё утром к восточной стене и до сих пор не вернулись. Что‑то странное происходило на границе мира, о чём сейчас и рассказывал хранитель.

– Мы уже вторую неделю замечаем повышенную активность тварей с той стороны. Стена вновь стала обильно кровоточить. За последние два дня потеряли группу сборщиков и сопровождающего их старшего ученика. Под угрозой срыва поставки рубиновых слёз нашим союзникам. – Георгий прервался на несколько секунд, чтобы смочить горло, затем продолжил говорить: – Происходит что‑то странное. Я связывался с Мовризеем, он утверждает, что с западной стеной творится то же самое.

– Мы как следует изучили записи твоего отца, мой император, – вступил в разговор мастер Родерик. – И там нигде не сказано, чтобы твари стремились к стене столь большими группами. Они там скорее отдыхали или прятались, а проникновения происходили случайно, если мелких зверей спугивали более сильные особи.

– Мы предполагаем, – слово вновь взял Георгий, – что мир с той стороны барьера сжимается. И скоро сюда начнут переходить не только звери, но и слуги Тароса и Скверны. Разумеется, если смогут.

Шелест открываемых дверей привлёк общее внимание. Я поднялся из‑за стола, чтобы поприветствовать своего друга и мастера Галлуса. Вот только приветствие испортил один факт. Джек, окинув длинный стол, чуть задержал взгляд на Рэян и Ирис. А затем, уставившись мне в глаза, с тревогой в голосе спросил:

– Где Марика?

 

Глава 5. За барьер

 

Сложить два и два несложно. Вот и мы, сидя в зале совета, быстро объединили две вещи, казавшиеся никак не связанными друг с другом – желание одержимых пересечь стену и проникновение на нашу сторону тварей.

Мы успели предупредить Лафлет о происходящем у барьеров, разделивших Гантею. К счастью, соправительница прислушалась к словам Ануры и не стала рисковать собой, отправив на встречу с орденскими слаженную группу магов. Да, нам удалось узнать, что для проникновения за стену нужны были маги пространства, а не разума. Старый Хор и Родерик нашли записи бессмертного императора, в которых описывался способ проникновения за барьер. Им, похоже, пользовались и отец с матерью, судя по нескольким строкам в дневнике Фаеруса.

Одержимые, видимо, в очередной раз решили всех обмануть. Зачем им нужна была медиум, неясно, но явно не для прохода на ту сторону.

Было принято решение о постоянном посольстве в обоих дружественных государствах, чтобы оперативно сообщать друг другу подобные новости. На совете решили назначить послом Моау, а с ней отправить несколько десятков мроу – пусть налаживают сотрудничество с изгоями и воулдянами.

Также пришлось решать проблему с Джеком. Парень всерьёз намерился идти со мной в пустошь, а оттуда в мир древних и с боем вырвать Марику из лап тамошних медиумов. И ведь не объяснишь ему, что стоит сестре покинуть обитель пронзающих время, и она через минуту погибнет, как и сам Джек, стоит ему очутиться в мире древних. Помог Георгий, ненавязчиво подействовав на разум бывшего рисуса каким‑то мощным плетением. Но даже так мой друг смог совладать со своими эмоциями лишь на второй день, после чего долго извинялся за недостойное поведение.

А на исходе четвёртого дня после нашего возвращения произошёл сильнейший прорыв тварей сквозь барьер. Чтобы остановить изменённых зверей, потребовалось перебросить к стене под тысячу бойцов, разделив их на четыре группы.

Я решил, что это операция по зачистке – шанс проверить одну из моих теорий, поэтому объявил на совете о желании посетить плачущую стену. Моё заявление не понравилось всем, кроме бывшего хранителя.

– Я пойду с тобой, – тут же сообщил Георгий.

– Джон, я уже разработала индивидуальный курс тренировок и с завтрашнего дня должны начаться занятия. – Анура даже встала со своего места, услышав моё желание сходить к стене. – Мы же уже всё обсудили!

– Поверь, это не моя прихоть, а необходимость, – ответил я, прекрасно понимая древнюю. – К тому же ты пойдёшь со мной. Я хочу пройти на другую сторону барьера и по возможности узнать, что или кто устроил этот беспредел.

– Джон? – Анура и другие члены совета с удивлением уставились на меня.

– Это очень опасно, – проворчал Рахо.

– Поэтому я и беру с собой двух сильнейших одарённых. Да, на ту сторону попробуем пройти моим способом, так что следует прихватить естественные артефакты из запасов бессмертного императора. Почему именно артефакты? Анура, расскажи всем, как влияют на одарённых искры и почему от них лучше отказаться.

Короткий рассказ одарённой произвёл на собравшихся почти шокирующее впечатление и заставил всерьёз задуматься. Ещё бы, один из ключевых этапов развития дара внезапно оказался причиной его торможения. Живым подтверждением правдивости был Георгий, о чём я тут же напомнил присутствующим.

– Учитель, за всю свою жизнь ты использовал искры намного реже, чем среднестатистический маг. Сам же рассказывал, что тебя считали бесперспективным одарённым, поэтому мальчишкой‑беспризорником заинтересовались хранители, а не аристократы.

– Я думал, что стал сильным магом благодаря стихии жизни. Но, похоже, нам стоит вмешаться в процесс тренировок одарённых и изменить его.

– Так вот почему маги Тароса были столь сильны, – присоединился к обсуждению Джамал. – Ведь они тоже не принимали никаких искр. Даже артефакты обходили стороной.

– Думаю, на эту тему можно говорить очень долго, – прервал я зарождающийся диспут. – Только у нас нет на это времени. Твари прямо сейчас приближаются к посёлкам, и вряд ли даже усиленные гарнизоны смогут их удержать. Готовимся к выходу!

 

* * *

 

Твари, проникшие сквозь стену, были крупнее тех, что обычно просачивались на нашу сторону. Радовало лишь то, что у них отсутствовала магическая сила. Не в принципе, а именно сейчас. Похоже, проход сквозь стену забирал всю энергию из их сосредоточий, а восполнение резервов в нашем мире шло крайне медленно. Это и решило исход боя.

Всех тварей, лишённых защиты, перебили на расстоянии, не позволив даже приблизиться к прикрывающим магов воинам. Со стороны, наверно, всё выглядело как кровавая жестокая бойня. Но я видел налитые кровавым безумием глаза зверей, сумевших подобраться достаточно близко. Они нисколько не походили на изменённых тварей пустоши. Те сохранили свои инстинкты хищников, были хитры и изворотливы. Эти же, из‑за стены, выглядели и вели себя словно заражённые бешенством. Поэтому я попросил сохранить жизнь двум тварям, чтобы попробовать узнать, что происходит в их звериных головах.