Под Солнцем и Луной
– Это келпи[1]?– После выжидательного молчания, не получив ответа, Шон повысил голос: – Ты шутишь что ли? Они вообще существуют? Нет, ребят, с меня точно хватит, – поднял обе ладони Шон и отступил назад.
– Так почему ты еще здесь? – спокойно спросил Семен.
Шон умолк, но не ушел.
– Тебя‑то хоть как зовут? – спросил он после паузы.
– Семен, – добродушно пролаял новый пугающий знакомый. – У меня тут есть родственницы, они зовут меня Саймон.
– А кто они? Может, я знаю твоих родственниц?
– Семья местных банши[2], – просто ответил Семен, отвлекшись на заволновавшегося коня. – Но вы их пока не интересуете, – веселым голосом добавил он, подмигнув.
Шон побледнел и нервно сглотнул.
– Что‑то мы заболтались. Опаздываем, – резко оборвал себя Семен и протянул поводья Шону. – Садитесь только на плед – не вздумайте дотрагиваться до самого коня. Гриву не дергайте – взбесится. Но если все‑таки заденете, соль я вам дал, – будто мысленно проходясь по пунктам, продолжил Семен. – Обычно он смирный, когда выполняет ее поручение. Сам знает дорогу. В общем, все будет отлично. Не бойся. Ну же, бери, – загадочный новый знакомый нетерпеливо тряхнул рукой с удилами. Шон продолжал стоять в нерешительности.
– Шон, – с мольбой обратилась к нему Маша. – Пожалуйста, поедем. Это мой шанс понять, что происходит. – Шон посмотрел ей в глаза, и ему стало неудобно. Брутальный имидж не позволял ему трусить, раз уж слабая девушка не испугалась.
– Давай сюда, – резче, чем это было необходимо, выхватил Шон удила. – Никто и не трусил, – грубовато добавил он, хотя в глазах еще читалось сомнение в правильности своих действий.
Шон одним прыжком умело вскочил на коня, так что ни миллиметр его тела не дотронулся до бока животного – только до протертой шали. Пришла очередь Маши теряться. В отличие от Шона, привыкшего к активному отдыху на природе, включающему езду на лошадях, Маша в своей жизни седлала только велосипед. Для того чтобы залезть на коня, не коснувшись его, ей понадобилась помощь обоих мужчин. Раскрасневшись от физических усилий и смущения за свою неуклюжесть, она неловко прижалась к Шону и обхватила его за талию.
– Там так мало места или я так неотразим? – иронично бросил Шон через плечо. Маша заерзала, не зная, что делать, но так как места на шали, и правда, хватало только на одного, нарочито дерзко ответила: – Ты слишком уж крепкий. Занял собой всего коня, еще немного – и я повисну на хвосте.
– Ты же понимаешь, что это за тварь? – сменив тон, прошептал Шон.
– Какой‑то шибко дикий конь?
Шон закатил глаза и пробурчал какое‑то ругательство. В этот же момент черный красавец сорвался с места, чуть не оставив своих наездников позади. Шону пришлось вцепиться в удила так, что его костяшки побелели, а Маше – забыть о стеснении и сомкнуть руки кольцом на талии Шона.
– Шон, мне кажется, или конь растет?
– Тебе не кажется, – не поворачиваясь ответил совершенно не удивленный Шон, – То есть ты серьезно согласилась сесть на него, даже не понимая, кто это? – продолжил он с вызовом.
– А что не так? – робко спросила Маша, но затем решила прояснить ситуацию. – Слушай, меня скинули с балкона небоскреба Сити в центр вашего местного озера. Что‑то я небоскребов тут не наблюдаю на берегах. Мне терять нечего.
– Лондона? – с показным равнодушием спросил Шон.
– Что?
– Лондонского Сити? – на этот раз парень старался перекричать ветер, появившийся, как только конь набрал невероятную скорость.
– Московского, – крикнула в ответ Маша.
Воцарилось молчание. Только ветер свистел в их ушах. Молодые люди давно уже не следили за маршрутом – конь набрал слишком большую скорость, так что трудно было что‑либо различить. Казалось, копыта животного даже не касаются земли, и они летят по воздуху. Маша и не пыталась следить за происходящим – все равно ей все было незнакомо. Встреча с пугающим Семеном, другом семейства банши, хоть и возвращала к самым страшным моментам недавнего прошлого, все же обрадовала ее. Хоть какая‑то нить – пусть и самая темная и загадочная – связывала ее теперь с прошлым, где все было понятно. Новые знакомые, были дружелюбны и, похоже, безобидны, тем не менее, заставляли ее волноваться – ее пугала мысль, что они вот‑вот зададут вопросы, на которые она не сможет дать ответа, это вызовет подозрение, и их дружелюбие сменится враждебностью. К тому же Маша так и не поняла, где находится. Догадки были, но четкого понимания – нет. Слишком многое не состыковалось – если она там, где думает, то почему все говорят на одном с ней языке. В любом случае, она уже и не здесь. А где? Где‑то между мирами несется на огромном коне, стараясь не скатиться с поношенной шали, заменяющей седло, и цепляется за рыжеволосого грубоватого парня, который впервые за их знакомство кажется ей не на шутку перепуганным.
Шон же был настолько озадачен происходящим: мифический конь, странный задохлик, сказочная девушка, упавшая с балкона московского Сити – в Москве есть Сити?! – прямо в середину их озера. Почему он не остался у той девушки из паба на завтрак? Слоан, кажется. Она казалась вполне милой и симпатичной. Тогда бы он не встретил этого Саймона – и никакой Марии в его жизни! Хотя надо признать, что Мария гораздо красивее, но не похоже, чтобы здесь ему что‑то светило, а со Слоан все было так просто! Сейчас бы он уже доделал работу во дворе, вечером встретился с друзьям, весело провел еще одну ночь, и пошел к себе в гараж – продолжил бы чинить машины после своих затянувшихся выходных.
[1] Келпи – в шотландской мифологии враждебный людям водяной дух в образе коня, пасущегося у водоемов.
[2] Банши – в ирландском и шотландском фольклоре вид фей, предвестницы смерти.
