Пропавшие в параллельном

Выйдя на корму, капитан отстегнул цепочку и, шлепнув тэга, подбросил его в воздух. Существо пискнуло и понеслось к острову.

Капитан Крис осмотрел в подзорную трубу горизонт. На небе ни облачка. Только где‑то под кораблем черной точкой парил, раскрыв свои могучие крылья, альбатрос. Крейсер рассекал воздушное пространство со скоростью более ста миль в час на высоте более двух тысяч метров.

 

В это самое время на нижней палубе новичок получал последнюю инструкцию перед первым самостоятельным вылетом.

– Короче, что там долго говорить. Я сейчас открою люк, и ты прыгнешь первым. Только не открывай рта и не зажмуривай глаз. Секунд через пять, будешь считать про себя, поднимешь руки на уровне плеч и расставишь ноги, и ты полетишь, старайся ловить струю воздуха. Уловил?

Никос кивнул молча. Его широко раскрытые глаза совсем округлились.

– Может быть, поучимся летать на палубе? – с надеждой в голосе спросил новичок.

– Или ты разобьешься об воду, и на этом твоя воздушная история закончится, или ты станешь летающим юнгой. Всё, пора.

Старший юнга критически оглядел Никоса, поправил крепления на плечах, затянул ремешки, удерживающие сияющий шлем. Он привычно открыл люк и проговорил медленно:

– Ну, прыгай, или я тебя столкну, и ты никогда не научишься летать.

Никос вспомнил слова мистера Редли: «Ничего и никого не бойся, и ты станешь настоящим мужчиной!»

Он сделал шаг от края люка и устремился вниз, туда, где в первых лучах солнца сияла морская гладь.

Руки юнги были прижаты к туловищу, но, как его учил Орленок, через пять секунд он поднял их на уровень плеч и чуть развел ноги. Воздушная струя швырнула его в сторону, и вдруг он ясно осознал, что его тело скользит в воздушном пространстве. Юнга сделал едва заметное движение кистью левой руки, и аппарат заскользил влево, затем он то же движение проделал правой рукой. О чудо! Аппарат был абсолютно послушным. Никос раскрыл ладони, словно лепестки цветка, и его стремительно понесло вверх. Он сделал мертвую петлю и огляделся. Далеко внизу, рассекая воздушное пространство, выпуская клубы пара и напрягая, словно мускулы, снасти, двигался «Королевский ястреб».

В следующий миг мимо Никоса скользнул старший юнга‑пилот. Он показал большим пальцем руки направление и устремился вниз. Никос, не теряя его из виду, начал пикировать за напарником. Полет был стремительным, а перегрузка – огромной. Не долетев до поверхности воды метров десять, они вновь взмыли вверх, испытывая возможности костюма‑крыльев. Но минута истекла, одноразовый патрон‑сопло вот‑вот мог разрядиться, и тогда смельчаки остались бы парить в воздухе, естественно, отстав от небесного крейсера. Запасного заряда у них не было, так как он ценился на вес золота. Стоимость одного заряженного патрона равнялась цене самого породистого, быстроного грэга.

Когда‑то, в эпоху примитивных шаролетов, ученые использовали для костюма пилота лианы с острова Го. Бесспорно, растения были удивительной прочности и гибкости. Но, к сожалению, у них был недостаток: приятный запах, который притягивал к ним муху ре‑ре. Она откладывала в их древесине личинки, которые подтачивали волокна. В результате погибали десятки юных пилотов. Изъеденная древесина не выдерживала перегрузок, ложившихся во время боя на костюм‑крылья.

С появлением в окружении короля тайного советника Шракры при изготовлении крыльев стали использовать невесомые материалы, созданные на основе паутины горного паука волосатого костолома. Было непросто в пещерах заснеженных гор добыть пару пауков‑великанов, обладающих невероятной силой и развитым интеллектом, и в специальном террариуме получать из них бесценную жидкость. Содержание пауков недешево обходилось королевской казне, так как пауки питались только живыми существами, в основном косулями. Правда, поговаривали, что тайный советник ради экономии средств на содержание пауков использовал попрошаек, бездомных детей и подростков. Их якобы вылавливали по ночам сотрудники тайной стражи.

Костюм‑крылья стал невесомым и очень прочным и приобрел золотистый оттенок. Он надевался как комбинезон с единственным фиксатором на груди. Плоскости крыльев складывались за спиной, делая юнгу‑смертника похожим на стрижа, сидящего на гнезде. После прыжка крылья раскрывались примерно под углом шестьдесят градусов и жестко фиксировались в течение всего полета. Для рук пилота с внутренней стороны крыльев были сделаны специальные карманы, в которые пилот вставлял кисти, а так как кончики крыльев были очень гибкими, пилот легко управлял ими во время полета. Нижняя часть костюма надевалась на ноги пилота и представляла собой так называемый хвост. Им управляли с помощью ног. Основным элементом костюма являлся широкий пояс с одноразовым патроном с очень дорогой начинкой.

Ученые‑маги Шракры бились над тем, как увеличить мощность заряда и время полета человека‑снаряда. В этой связи крайне важным условием становился вес пилота. Чем пилот меньше весил, тем дольше находился в воздушном бою. Поэтому флот Его Величества так остро нуждался в особенно юных пилотах. Только в этом смысле Никос был идеальным кандидатом: десятилетний мальчишка был, мягко говоря, сухощав.

Созданный по эскизу принца шлем имел вытянутое острие в виде клюва коршуна и выпуклые очки. По верху шлема проходил гребень. В его отверстия вставляли перья – по количеству побед. Шлем крепился под подбородком специальными ремешками. Всё тело пилота покрывала тончайшая лайка с алым шелковистым подбоем.

 

Последние годы после переворота королевство вело бесконечные войны, захватывая остров за островом. Естественно, были потери в живой силе, и особенно среди юнг‑пилотов. Эту бесконечную потребность в молодых смертниках пополняла специально созданная летная школа. Когда‑то срок обучения составлял шесть месяцев, но из‑за нехватки кадров тайный советник сократил программу наполовину.

Юными кандидатами становились, как правило, молодые рабы, захваченные на далеких островах, но особенно ценились мальчики с острова Голубая Жемчужина. Они были от природы бесстрашными, гибкими, с невероятной реакцией – уже готовыми акробатами. Воспитатели использовали особые настои трав, полностью стиравшие их память. Вместо этого им внушали только любовь к королю и послушание. Они становились безупречными солдатами королевской армии, готовыми выполнить любой приказ.

Согласно уставу, разработанному принцем, после ста боевых вылетов, а это удавалось считаным единицам, молодой смертник получал свободу и ему специальным указом присваивали звание лейтенанта – военная карьера счастливчику, считай, обеспечена. Он получал надел земли на берегу моря и пятьдесят золотых монет. Именно такую школу юнг‑пилотов закончил капитан крейсера «Королевский ястреб» и прошел путь от юного раба до капитана крейсера первого ранга.

Конечно, случай с новичком был особым и выбивался из общего правила, но капитан полностью доверился опытному старшему юнге‑пилоту. Да и времени не было запрашивать у руководства школы очередного юного смертника – крейсер выполнял особое задание штаба. Поэтому вопрос о зачислении кандидата в штат команды корабля был решен в долю секунды одним росчерком пера капитана.