Равновесие крови

Каменный белоснежный пол под ногами испещрен глубокими следами когтей и крыльев. С этой площадки взлетали миллионы раз, и вот черед дошел до нас. Мы, держась друг за друга, и правда похожи на гадких утят, боящихся превратиться в прекрасных лебедей. Но вот одна из нас отбрасывает сомнения и делает решительный шаг вперед.

– Молодец, кэрра Кирнан! – захлопала Астерия, когда девушка встала рядом с ней. Легкий комбинезон на таком ветру совсем не спасал от холода, и Кирнан мелко дрожала. Она держала голову прямо, даже не глядя вниз.

Астерия наклонилась вперед и кивнула, заметив сигнал.

– Ладно, девушки, пора начинать. Вы же помните, что после вас идут простолюдинки? Для них это тоже особенный день, и они хотят как можно скорее начать праздновать начало взрослой жизни. А вы для них – пример для подражания.

Астерия указала в сторону ухоженного дворцового парка, за которым начинался густой лес, а уже за ним в низине находилась Вендорская поляна, где готовятся праздновать горожане. От нас по левую руку – морские глубины и крутые скалы, а по правую – город и его предместья. Там, где собираются обычные драконы, спуск к морю невысокий, метров двадцать‑тридцать – именно с него после нас будут прыгать молодые серые драконицы.

По правилам, мы должны совершить облет вокруг города и навестить их, а последняя, то есть я, помахать крыльями в знак поддержки, давая добро на превращения.

Словом, я размышляла, как бы не разбиться, летя с такой высоты, да и вообще как это делается – крыльями махать, а мне придется лететь и что‑то там поддерживающее изображать. Занервничав, я опять прикусила губу, и в этот раз до крови. Солоноватый привкус отрезвил меня, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Идемте, кэрры, давайте дадим Кирнан пространство, – заявила Астерия, заставив нас потесниться и отступить. От голода сводило желудок, а еще больше – от взгляда на прямую спину кэрры Грацбурской, замершей на самом краю. По бокам нее в отдалении остались кэрры Вира и Арнел, следящие за первой подопечной. Белое на голубом, косы, разлетающиеся на пронзительном ветру, и сжатые в кулаки руки – последнее, что я увидела, прежде чем двери закрылись, погружая нас в полутьму.

Мы поспешили к окнам, но из них не было видно, что происходит на площадке, а два ближайших к ней окна загораживали плотно закрытые ставни, сохраняя право на приватность.

Сначала ничего не происходило. Паули что‑то горячо нашептывала сестре, а Милан молилась святой Клэрии, как и еще несколько девушек. Кто‑то пожаловался на голод, кто‑то, не выдержав, отошел от окна и сел на лавочку, закрыв голову руками. Минуты тянулись невыносимо медленно, но, думаю, прошло не больше пяти, прежде чем я услышала восторженный вопль:

– Смотрите, она полетела! Кирнан – дракон!

Я тотчас протиснулась к окну, умудрившись пролезть в самый низ, но разглядела совсем чуть‑чуть – синее пятно, где‑то внизу уходящее за край башни.

– Эй, куда она! – обиженно воскликнула Агата Вессельмайер, ставшая практически лучшей подругой Кирнан. – Могла бы и перед нами покрасоваться! Все‑таки первая!

– А крылья синие, с золотистым отливом… красиво…

– Видели этот мастерский поворот в воздухе? Как она так смогла?..

– Я теперь еще больше боюсь – Кир сделала просто совершенное превращение, идеально!

– Скорее бы самой в воздух, аж не терпится вно… впервые полететь!

– Ну что, уточки? – довольный голос Астерии прервал живое обсуждение. – Пора следующей на взлет отправляться. Удачи, милая, – отечески добавила она, когда еще одна представительница синего дома вышла вперед. Набожная и стеснительная Милан была из голубой ветви, небогатая часть семейства, но родовитая, поэтому шла второй.

И вновь потянулись минуты. Одна за другой невесты покидали комнату и под восторженные восклицания совершали первое превращение. Кто‑то делал это быстро. Агата вообще прыгнула с разбегу, и до меня донеслись тихие, едва различимые в общем шуме проклятия Астерии – та догадалась, что драконица делала это прежде.

Не было никаких сюрпризов, девицы превращались в ожидаемые цвета. И каждая имела какое‑то уникальное отличие – будь то гребешок над носом, дополнительный цвет на крыльях, особая форма строения: двойная или тройная. Отличилась Анка Асколь, которая вызвала настоящий фурор, выдав гигантскую струю пламени в небо: очень редкий случай, когда женщина оказывается носителем огня. Теперь ее ждет блестящее будущее.

Словом, время кончалось. Нас покинула Паули, которая бочонком прыгнула до того, как закрылись двери. Ее крик потряс своей мощью – он перешел в настоящий звериный рык. Подруга не постеснялась покрасоваться перед окнами, демонстрируя ярко‑желтый теплый цвет чешуи, как и золотистые гребни вдоль спины и острые как бритвы когти на краях крыльев. Потрясающий вышел зверь! И сохранивший свою человеческую игривость…

А потом нас покинула бледная до изнеможения Мирта. Она чуть не потеряла сознание, выйдя на площадку, там ее подхватили кэрры, и двери закрылись. Астерия устало вздохнула, но глянула на нас с сочувствием.

– Не бойтесь, девочки. Видите, все идет как по маслу! – и аккурат на этих словах за стеной что‑то бахнуло и ухнуло. Астерия тотчас бросилась к дверям, а там Вира и Арнел лежали вповалку, обескураженно глядя друг на друга. Над ними воспарил зеленый дракон, поднимаясь все выше и выше в небо.

– Что случилось? – воскликнула Астерия, помогая помощницам подняться.

– Она как вторую кожу сбросила, даже не прыгая начала превращаться! Вот что стресс с девицами делает! – заворчала приходящая в себя Арнел. Приложив руку к глазам и прячась от солнца, она проводила взглядом пикирующую к земле Мирту. – Потрясающая девушка! Такая естественная грация!

А потом все трое обернулись к нам, и я поняла – пришло время сестры.

– Я боюсь! – Кали вцепилась в меня как клещ, до боли пальцами сжимая плечи. В ее глазах – бездна отчаяния. Даже запах изменился – словно кислятину разлили, настолько перепуганной сделалась сестра. И опять мне показалось, что она скрывает какую‑то тайну. Может… такую же, как и я?

– Кэрра Астерия, я могу остаться с сестрой? – обратилась я к наставнице, а Кали умоляюще уставилась на нее.

– Простите, девочки, но это тоже часть Равновесия, – с фальшивым сожалением ответила Астерия, вставая рядом с моей сестрой. Кэрра проявляла ко мне странную антипатию, и я не знала почему. – Я понимаю, вы близнецы и привыкли все делать вместе, но это ваша суть. Индивидуальность. Присутствие сестры сделает тебя слабой, Калиста, – мягко добавила она, осторожно перехватывая руки Кали и плавно уводя сестру в сторону к обрыву. – Ты боишься высоты, так бывает, но страх пройдет после прыжка. Он исчезнет, как только поддашься ему, не сдерживаясь, как человек. А растворившись, ты увидишь, на что способна. Но ты должна сделать это. Иначе ни один мужчина не посмотрит в твою сторону. Ведь тот, кто не превращается, ничем не отличается от человечков. Но ведь ты не земляной червяк, не так ли? Ты дракон. Так покажи это!

Передо мной закрывают двери кэрры Арнел и Вира, я вижу на их лицах холодное безразличие и усталость из‑за длительности Равновесия…