Равновесие крови

Так я осталась одна. Подойдя к окну, жду, когда увижу сестру. Вновь прикусив губу, не моргая гляжу в небо и дрожу как осиновый лист. «Вдруг… ну вдруг! А что, если?.. Но если так, то…» – дурные мысли разъедали изнутри, и я даже начала ногой притоптывать, пытаясь отвлечься от странного напряжения в груди. Будто натягивается нить, она становится все тяжелее и тяжелее, цепляясь за сердце, тянет его за собой, и боль вызывает сдавленный стон. Наклоняюсь вперед, прижимаясь рукой к холодному стеклу, и нить лопается одновременно со звериным ревом, доносящимся снаружи. Подняв голову, я вижу улетающего серебряного дракона с длинным хвостом, увенчанным шипастой булавой. Преобразившаяся сестра скрылась в пелене подошедших с моря кучевых облаков.

Открылись двери, и на пороге возникла кэрра Астерия. Она была в восторге до того момента, когда увидела мое обеспокоенное лицо.

– Твоя сестра пошла в отца. Я предполагала, что так будет, но не знала наверняка.

– Почему вы так считали? – спрашиваю я, подходя к ней.

Она покачала головой, усмехнувшись:

– Вас проверяли. Кэрра Калиста не унаследовала особенность зеленых драконов. Поэтому…

– Я поняла, – закивала я, прижимая руку к груди. Тяжесть ушла, а вместо нее пришло странное чувство одиночества. Потери. Словно я только что лишилась сестры. – А я унаследовала?

На лицо женщины набежала тень, она обернулась к своим помощницам и попросила их удалиться, добавив, что сама мной займется. Как только кэрры ушли, наставница поджала губы, разглядывая меня.

– Твои результаты смазанные, – спокойно ответила Астерия, выводя меня за руку на площадку. – В отчете мы указали, что ты сохранила зеленый дар, но на самом деле это неизвестно, как и неизвестно, здорова ли ты, невинна ли, достойна ли быть невестой. Скажи спасибо ректору Магической академии, дэру Томар Бай. Именно он счел, что ты чиста и подходишь для Равновесия, а результаты искажает магия эльфов, у которых ты когда‑то побывала.

Она искоса поглядывала на меня, а когда остановились у края, развернула к себе лицом и схватила меня за подбородок:

– Я не доверяю человеческому волшебнику. И считаю, что ты что‑то скрываешь. Это видно по тебе. Ты еще совсем ребенок и не умеешь лгать. К счастью, то, чего боишься больше всего, случится сейчас. И мы узнаем твою тайну, не так ли?

Я побледнела. Слова застыли на ледяном ветру, как и мое одеревеневшее тело. Меня раздирали отчаяние, чувство стыда и страха. Когда кэрра попыталась сдвинуть меня с места и у нее ничего не получилось, в ее глазах отразилось затаенное торжество. И тогда она изо всех сил толкнула меня в пропасть.

 

Глава 6

Взмах крыльев

 

 

Никлос и Артан

 

Артан оставил семью в ложе Зеленого дома, а сам направился к королю. Ему не хотелось быть сегодня с родными. Надоело слушать разговоры о достоинствах Мирты и терпеть намеки, как было бы здорово, если бы они сошлись. Разумеется, родные понимали – все зависит от слияния, но не могли не говорить об этом. Ведь дети Артана вырастут в столице рядом с другими детьми аристократов. А это связи и полезные знакомства. Выгодно для семьи.

Поэтому он выдумал предлог для того, чтобы удалиться, и разместился в королевской ложе на ступень ниже самого короля. Тот с самого утра уже был на месте, занимаясь планированием и обсуждением важных деталей с личным секретарем Богартом дэ’Винье, парнем из простолюдинов, серым драконом. Последний добился такого успеха благодаря выдающемуся уму и успешной учебе в Королевской академии общих наук. По традиции там выделялась стипендия для одаренных ребят с шансом получить работу в государственном аппарате. Богарт оказался лучшим на потоке, и десять лет назад король взял его к себе в помощники. А поскольку парень был сиротой, то оказанная ему честь сделала из него самого преданного секретаря, весьма ревностно охраняющего секреты повелителя.

– Проклятые подводники, – бурчал Никлос, разглядывая список послов. Его удивило, что их возглавит Сэлавелия, любимейшая дочь подводного короля Агондария. План изменили в последнюю минуту, а новый состав указывал, что разговор пойдет о чем‑то более важном, чем новый морской путь. – Верховная уже здесь?

– Да, она разместилась в Нимфеуме, – кивнул секретарь. – Говорят, она в благостном расположении духа.

– Значит, что‑то затеяла, – почти обреченно заметил Ник, прикрывая рукой глаза. Король сильно не любил Верховную. Она была вдвое старше него, а вела себя как маленькая девчонка. Любила покапризничать. Ее сестры, наоборот, олицетворяли собой чистую невозмутимость и ледяное хладнокровие, как и подобает потусторонним существам. Рождение шелки – смерть живой девушки. В этом суть утопленниц.

– Ей подготовили акулью требуху, это должно занять Флаксу на какое‑то время, – добавил Богарт, шурша бумагами в любимой папочке.

Тем временем трибуны заполнялись. Прибывающие семьи подходили к королю на поклон, выказывая свое почтение, а те родители, чьи дочери сейчас поднимались на площадку, удостаивались пары ободряющих слов от повелителя. Родители Кирнан даже расположились в соседней ложе, чтобы у девушки было больше шансов покрасоваться перед Никлосом.

К повелителю подошел и Брошин Адегельский со своими внуками, а вместе с ними и Алиста с Кристаном Винцель. Парень держался в стороне от Деяна и Тьена, учившихся на последних курсах Военной академии, и по виду был не в восторге от отцовских родственников. А вот кэрра Алиста сияла от счастья – будто сбылись все ее мечты.

И это походило на правду: гардероб женщины обновился, сегодня она блистала в расшитом серебряными нитями бутылочного цвета платье с утягивающим корсетом и пышной юбкой. В волосы вплетены блестящие серые ленты, а на груди сверкало фамильное украшение. Однако пристальный наблюдатель мог заметить, что на пальцах кэрры уже появилось несколько серебряных колец с черными драгоценными камнями, которые она носила поверх шелковых перчаток. Всем своим видом дама показывала, что благородное семейство Адегельских приняло ее как вдову их отпрыска. Что значит – она и ее дети под защитой влиятельного военного рода, чей глава является и главой Серебряного дома.

Выказав свое почтение, Брошин собирался уже увести семейство, но был остановлен королем, а Артан внезапно обратился к молодому Винцелю:

– Я слышал, кэрр Кристан, вы поступаете в академию? На какой факультет?

– Пока там общая программа, – смутившись, ответил парень. – После первой сессии будет решено, к какому виду службы я пригоден.

– Поступаешь по моей стипендии, не так ли? В этом году у тебя четыре соперника, включая моего племянника. Ты готов к такой конкуренции? – немного ерничая, продолжал Артан, испытующе разглядывая Кристана.