Равновесие крови

– Я уверен в своих знаниях и способностях, кэрр Артан Гадельер. И приложу все усилия, чтобы получить стипендию. Это мечта всей моей жизни – попасть в Военную академию и служить нашей родине, – с неожиданной ледяной твердостью ответил Кристан, расправляя плечи и с вызовом глядя на посерьезневшего первого маршала. Его мать с опаской посмотрела на сына, испугавшись резких слов. Она все еще видела в этом двадцатилетнем пареньке своего ребенка, а не взрослого мужчину.

– Достойный ответ, – вмешался король. – Надеюсь, ты окажешься действительно таким, как о себе говоришь.

Парень кивнул, низко поклонился, и все семейство, за исключением Брошина, сошло с помоста, отправляясь в свою ложу.

– Жаль, что его крылья не окрасились серебром, – сказал кэрр Адегельский, провожая их взглядом. – Из него получится отличный военный. Лучше, чем отец.

– Талантливый дракон нигде не пропадет. Даже если его крылья зеленого цвета, – веско парировал Артан, с прищуром глядя на Брошина. Один из сыновей старика должен был стать адъютантом Рупера Свенского, но тогдашний маршал нарушил устоявшуюся традицию и взял к себе мальчишку с улицы. Это не понравилось Адегельским, но им пришлось проглотить обиду. И это читалось в глазах Брошина.

– Посмотрим. Иногда кровь решает лучше, чем кажется, – кисло ответил он, после чего обратился к королю: – Ваше Величество, у вас есть ко мне вопросы?

– Да, я хотел еще вчера обсудить ваш интерес к дочерям Алисты. Они ожидаемо будут зеленого цвета, но вы пригласили их. С какой целью?

– Я планирую женить одного из внуков на девице Винцель, – спокойно ответил старик. – Получится хороший брак, ведь один из них по окончании академии отправится младшим послом в заокеанское княжество Лапалия. А туда посылают только женатых мужчин.

– Но ведь девицы с изъяном? – почти деликатно заметил Ник, тем временем отпуская притомившегося секретаря и подзывая слугу с подносом охлажденных напитков. – Почему именно они?

Брошин слегка нахмурился. Ему не нравилось так долго стоять на месте. И глядеть на короля снизу вверх тоже не добавляло уверенности. Как и скопившееся в отдалении количество аристократов, пытающихся услышать, о чем же так долго Никлос говорит с ним.

– Именно из‑за изъяна, – проницательно воскликнул Артан. Он даже хлопнул в ладоши от своей догадливости. – Для отборочной комиссии важно быть уверенными в благонадежности послов. А что может быть надежнее влюбленного в свою жену мужчины? Он не загуляет с местными красотками. А рождение детей еще больше укрепит семейные узы. Княжество Лапалия, хоть и распустило костры инквизиции, все же остается подвержено религиозному влиянию, поэтому они предпочитают семейных послов. Вы далеко смотрите, кэрр Брошин.

– Но немного промахнулись. Ведь вы рассматриваете теперь только Селесту? – добавил король, делая приличный глоток легкого вина. Глянув на замерших аристократов, а после посмотрев наверх, в сторону площадки, куда вот‑вот должны подняться девушки, он взмахом руки отправил семейства по местам. Разговор был важнее, чем их приветствия.

– Как только узнали, что Калиста не унаследовала дар, – да.

– В таком случае рекомендую рассмотреть другие кандидатуры, например кэрру Мирту Гадельер, или вовсе оставить надежду на этот изъян. Так как тот, кто женится на Селесте, не покинет пределов королевства, а наоборот – отправится к ней на родину. И скорее станет послом к эльфам.

Артана передернуло от этих слов, хоть он и знал о планах короля. Ему претила сама мысль, что Селесту рассматривают только как дополнение к миссии. И Никлос не думает о ней как о личности. А ведь она не просто девица на выданье. В ней есть нечто диковинное…

– Я буду учитывать ваши пожелания, Ваше Величество, – учтиво поклонился Брошин, и взмахом королевской руки был отпущен на волю.

Теперь в королевскую ложу вернулись ближайшие соратники, включая благодушного Врана с женой Пиеттой, а также кэрру Винелию Барбскую, которой король явно благоволил, дозволив организовать прием дочери подводного правителя.

Над трибунами засверкали сотни маленьких зеркал, направленных в сторону дворца и усиленных магией, чтобы невесты почувствовали поддержку близких. Никлос задрал голову и увидел на краю площадки фиолетовое пятно, бывшее Астерией Брунцкой. Она ожидала только его приказа. Он вскинул руку, и над трибуной вспыхнуло ярко‑белое пламя:

– Да начнется Равновесие невест! – Голос короля мощным рыком зазвучал на всех площадках королевства, знаменуя начало самого главного весеннего праздника.

Аристократы захлопали и затопали ногами, их голоса зазвучали по‑звериному, а на лицах расцвели довольные улыбки. И тогда Никлос поднял руку и щелкнул пальцами, погружая трибуны в напряженную тишину. А герольд, стоявший в специальной боковой нише над сценой, хорошо поставленным голосом объявил:

– Кэрра Кирнан Грацбурская!

И в тот же момент сверкающей вспышкой в небесах раскрылся дракон.

– Цвет крыльев – синий! – дополнил герольд, и на трибунах раздался ответный рев.

Дева‑дракон удивительно красиво заложила вокруг башни вираж, взмыла в самую высь и камнем рухнула вниз, входя в крутое пике.

Амфитеатр, который заполнили зрители, находился на некотором удалении от здания, но так, что все трибуны, включая центральную ложу, смотрели на сцену, за которой начинался малый парковый ансамбль. Самая высокая площадка располагалась в центре дворца, и получалось, что драконицы отправлялись в полет по левую сторону от амфитеатра, кружили прямо над сценой и заходили на посадку с правой стороны. Кирнан поступила круто – не дав себе времени на снижение скорости, она отправилась в пике четко напротив зрителей, изрядно усложнив себе задачу, но повысив зрелищность своего полета. И справилась с блеском!

Она изящно сложила крылья, вовремя выгнув хвост, чтобы снизить скорость, и довольно ловко приземлилась на широкую сцену, освобожденную от всех театральных конструкций. Когтями вспоров каменный пол, драконица опустилась на все четыре лапы, выгнула спину и издала пронзительный победоносный рев. Но без пламени. Огнем она не была одарена, отчего фыркнула, постепенно сворачиваясь как змея и становясь маленькой худенькой девушкой, с трудом устоявшей на ногах.

Ее комбинезон совсем не пострадал, а лицо осталось чистым и красивым. Она отдышалась, выпрямилась и с достоинством поклонилась аплодирующим придворным. Подбежавший служка помог девушке спуститься вниз и проводил в ложу к счастливым родителям.

– Блестящее исполнение, кэрра Кирнан, – доброжелательно сказал Никлос, поглаживая колючую щетину и с удовольствием разглядывая девицу, открывшую свою суть. В ее глазах зажегся огонь, она почувствовала в себе зверя и теперь знала, на что способна. Эта уверенность легко переходит в самоуверенность, поэтому ее ответ был:

– Я всегда готова повторить это удовольствие, Ваше Величество. И с радостью разделила бы счастье полета с будущим мужем. – Девица обворожительно улыбнулась, присаживаясь на свободное кресло и поднимая с подноса слуги бокал охлажденного вина. Королю понравилась ее откровенность, поэтому он отсалютовал своим бокалом, и они вместе выпили.