Руны на шевронах
– Ух‑ты, кузен и правда здесь! – радостно сказал Миша, старший сынок тёти Светы, и перешёл на злобное шипение, – Ну, теперь тебе учёба покажется адом!
– Хорошо, – ответил я спокойно. – Тебе глотку прямо сейчас перегрызть?
Миша сразу не нашёлся с ответом.
– Ну, как хочешь, – улыбнулся я. – Перегрызу как‑нибудь потом.
– Сразу видно, что боярин‑барчук! – вспомнил он правильное продолжение.
Я презрительно отвернулся – как раз шли на следующий урок. Командование считает, что мы должны быть культурными. Мы встали у парт. Прозвенел звонок. И вошла она…
– Я Екатерина Васильевна, – сказала нам элегантная барышня. – Буду вести у вас английский и основы этикета.
«Катя»? – смотрел я на неё во все глаза. – «Что она здесь делает»?!
* * *
Очнулась Катерина в больничной пижаме, уже в Москве, в официальном госпитале Московского княжества. Туда её переправили литерным авиарейсом из просвещённой Германии от греха подальше. Не доверяют эти русские варвары европейской медицине, значит, и ответственность за состояние этой небедной русской вся на них.
Катя же с момента, когда пришла в себя, хорошо понимала, в чём причина её такого самочувствия. Всё дело в приказе её боярина. Она может быть сильнейшим магом и быть его гораздо умнее, но он её боярин. Катя сама принесла ему клятву мага, и её боярин получил над ней полный контроль.
Хотя Андрея дураком точно не назовёшь. Дураки не становятся резидентами разведки Гардарики, тем более на столь важном участке – в Берлине. Пусть она чего‑то не понимает, ей и не полагается всего понимать. Что входит в круг её обязанностей, ей в своё время скажут.
Сначала кто‑то из врачей или медперсонала, кто в курсе магических дел, сказал ей на ушко кодовую фразу. Её забытьё перешло в простой сон, она через час‑полтора проснулась и быстро пошла на поправку. Да так, что уже следующим утром сразу после завтрака получила на руки все документы и на такси уехала домой.
В бумагах значилась потеря сознания из‑за переутомления, и рекомендовался легкий труд. Она на своей уютной кухонке сварила крепкого кофе и села в гостиной за столик поджидать куратора. Он, конечно, не замедлил явиться.
Её время дорого, уж это точно знали в конторе, что направляла таких цыпочек в Берлин. Куратору не пришлось корчить из себя водопроводчика или газовщика. Он был просто Катиным одноклассником и тайным её воздыхателем, что, впрочем, совсем ему не мешало быть безжалостным начальником.
Вот отпили они по полчашки кофе, обменявшись фразами о самочувствии и погоде, и куратор перешёл к делу:
– Ты действительно неважно выглядишь, Андрей прав – тебе давно следовало отдохнуть от Европы. Да всё повода не подворачивалось.
– А теперь подвернулся? – тонко усмехнулась Катя.
– Да, – запросто проговорил куратор. – Андрей передал точные сведения о затее Штанмайера. Пока случился сеанс у немцев, потом тебя везли, мы собрали данные о несчастных случаях по стране на эти дату и время. Правда, по Восточному Царству сведения ещё уточняются, но вряд ли это изменит картину. В общем, пока ты проверишь только одного из обнаруженных, подпадающих под условия переноса…
– Я проверю? – в весёлом ужасе проговорила Катя.
– Да, ты проверишь, – не смущаясь, ответил парень. – Мы не можем его отсканировать. Мало, что маг, он является боярином. Тебе придётся затащить его в койку.
– Фи! – скривилась Катерина.
– Вполне симпатичный молодой человек, – возразил куратор. – Всего шестнадцать лет.
Он выложил на стол из кармана несколько листов и распорядился:
– Здесь кратко его история и психологический портрет. Читай при мне.
Катерина с серьёзным лицом взяла бумагу и углубилась. Куратор невозмутимо пил кофе…
Наконец, она так же серьёзно свернула листы и протянула ему.
– Проверить квартиру боярина мы, к сожалению, не можем. Впрочем, его отец был ответственным человеком и, скорей всего, не хранил записей о работе дома, – сухо проговорил парень. – Мы обратились в его совет, его сыну не принесут даже соболезнований. Он должен пойти в кадеты…
Куратор из другого кармана вытащил стопку бумаг и пояснил:
– В том корпусе заболела учительница английского, поздравляю, тебя приняли, – он позволил себе улыбку. – После моего ухода через полчаса ты с этими документами на своей машине поедешь на новую службу. Мальчик пока лечится, но быстро идёт на поправку. Думаем, успеет поступить. А ты пока войдёшь в процесс. Потом заеду к тебе в выходные на чашку кофе.
– Так точно, – мрачно ответила Катерина.
– На этом со службой покончено, – парень откровенно огляделся и проговорил благодушно. – А миленькая гостиная! Жалко, что я не видел других комнат. Покажешь?
Катя допила кофе и сказала сухо:
– Нет.
– Выгоняешь, что ли? – возмутился он.
– Да, – спокойно проговорила Кэт. – Проваливай, куратор.
Пришлось парню идти к двери и бормотать извинения. Его, видите ли, опять не так поняли. Когда за его спиной Катя шумно закрылась, он напомнил себе, что у всех магов невозможные характеры, даже у красивых девушек…
* * *
Первые недели Екатерина знакомилась с коллегами и входила в курс новой для себя профессии. Стоит ли говорить, что все учителя являлись магами? Она в жизни ещё не видела столько магов!
Собственно это было главным условием приёма – а то ж среди курсантов тоже хватает магов, так они у не‑мага легко спишут, и вообще будут делать ему мозги. Вот её предшественница Тамара Сеймуровна была настоящим маг‑педагогом! Да сил у бабушки уже мало, доктора посоветовали лёгкий труд – пишет мемуары.
Считали коллеги Катю молодой пигалицей, но с зубками – юным курсантам не светит. А в остальном со временем научится. Коллеги и не думали прятать своё мнение, но сильному магу с другими магами намного проще, честнее.
Вот от учебной части Катя аж умилилась. Не! Платили за образование меньше, чем за шпионаж, но плевать на деньги – она готова была остаться навсегда! Кстати, платили учителям весьма и весьма. Только её присяга мага своему боярину…
Ну, полгода отдыха, если не совсем ещё дура, у неё точно есть. А там, может, и больше. Требовать от неё затащить малолетку в кровать на территории княжеств никто не вправе – за это суровая статья. Разве что по очень большой любви…Тем более их первый год практически не выпускают, только на Зимние каникулы за особые заслуги…
