С архимагом в голове. Том 1
– Обязательно будешь! Куда денешься… Ладно, я пойду к повозке. Приходи в себя и двигай к нам, оставим тебе кашу.
Псевдобродяга исчез, и я огляделся внимательнее.
Нильяма схватили в вязаной кофте и грубых холщовых штанах. Плохонькие ботинки, которые мать подростка выменяла на четыре мешка картошки у местного торговца, остались лежать в поле: как схватили, так и доставили. Хорошо, что рукава кофты парнишка обвязал вокруг пояса, и теперь у меня имелось, чем прикрыть торс.
Я перевел взгляд в сторону. Мы находились возле реки: вокруг росла чахлая трава. Песок, который я нашарил, приходя в себя, нанесло течением, когда река разливалась по весне.
В пятнадцати метрах от меня стоял огромный фургон из грубо сколоченных досок, небрежно обтянутых дырявой тканью – в нем путешествовали мы, подростки. Рядом стоял фургончик поменьше: разукрашенный яркой краской, добротный. В нем жил маг. У слуг мага не было жилища: они спали на земле, брезгуя делить с нами фургон.
Память Нильяма услужливо поделилась памятью о вони, царящей в фургоне ночами, и я скривился: сам бы побрезговал. После систем фильтрации воздуха и абсолютного отсутствия запахов аромат полевых цветов бил в нос мощными ударами. Вонь в фургончике царит гораздо мощнее.
Стреноженные кони паслись метрах в двухстах от нас. На песочке неподалеку стоял белый конь стражника, с не связанными путами ногами. Мага не видно: добраться бы до коня, вскочить…
И погибнуть от разъедающего кожу шара кислоты, который выпустит из посоха маг. Гадость летит быстрее стрелы и изменяет направление, неизменно догоняя беглеца. Так погибли трое, прежде чем даже самые тупоголовые уяснили: побег бесполезен.
Я шагнул раз‑другой. Покачался с пятки на носочек, напряг икры, бедра. Немного шатает, но в целом прихожу в себя. Голова гудит, но боли нет. Единственная сложность на данный момент – сохранять равновесие и привыкать к худощавому телосложению подростка. На мое прежнее тело оболочка Нильяма Тернера не походила совершенно, и диссонанс бил по мозгам.
– Я вижу, вы пришли в себя, молодой человек.
Я обернулся.
За моей спиной стоял маг. Выглядел говнюк как добродушный дедушка: седые волосы собраны в хвост, борода заплетена косичками. Глаза участливые, горят желанием помочь. Вместе со всей жестокостью и садизмом, которые собрал в себе этот человек, благообразная внешность производила потрясающий диссонанс.
А еще старик умел телепортироваться, что тоже помешало бы сбежать.
– Да,– кивнул я, – я пришел в себя.
Старик любил, когда ему отвечали, и ненавидел грубость. Нарываться на ровном месте я не хотел.
– Тогда будьте добры ответить на мои вопросы. Вы действительно Нильям Тернер?
Дьявол!
Мозг заработал на полную катушку. Я должен убедить себя, что я – это Нильям Тернер, должен убедить…
Хотя зачем убеждать? На данный момент я – настоящий Нильям. Я знаю все, что знал подросток, я в его теле, так что меня можно считать им. Случись мне переселиться в человека из прежнего мира, я бы смог ставить подпись его почерком, входить на фабричные зоны по его пропускам и даже самая совершенная система проверки зрачка, отпечатков и анализа крови не выявила бы различий. Я самый что ни на есть настоящий Нильям Тернер.
– Да,– легко подтвердил я.
Хорошо, что старик не спросил, кем еще я себя считаю – тогда бы начались проблемы. Мы давно заметили, что маг умеет определять правдивость ответов.
– Плохо, Нильям! – скривился старик. – Я думал, наконец создал правильный ритуал призыва сущности из другого мира, но он не сработал… Очень плохо!
Я лишь хлопал глазами, не возражая. Маг выругался, развернулся и утопал к фургону, на этот раз без телепортации.
Кстати, прежний Тернер не знал такого слова, как "телепортация". О магах крестьяне вообще знали мало, зато неоправданно много боялись и приписывали им всяческие реальные и выдуманные способности. Я вспомнил эти выдумки и поморщился – сплошной мусор! Единственный верный вывод, который я откопал в памяти: встретил мага – беги или прячься. И то не ясно, поможет ли такой совет в реальности. Тем, кого загребли в телегу, не помог.
