Счастье в нагрузку

Укушенный к столу притулился, и второй малыш рядом с ним. А самый похожий на Джу окопался на диване в противоположном конце комнаты, выдав подзатыльник надувшемуся подростку, устроившемуся на том же диване.

Странное чувство. Их тут так много, они хоть и молоденькие совсем, но мужчины. А переехав с Венги, я перестала недооценивать опасность, исходящую от этих существ. И все же где‑то в подкорке неистребимо прописано нечто, не дающее по‑настоящему испугаться именно их.

Тем более и так есть чем загрузиться. У меня полный корабль клонов, которые даже по меркам моей родной планеты – незарегистрированный биологический материал. А в Галлосоюзе они вообще вне закона!

Ну, то есть уничтожать их никто не будет, конечно. А вот у меня будут неприятности.

Поймав мой страждущий взгляд в сторону графина с выдержанным бренди, блондинистый нахал ящеркой метнулся по ковру и уже через секунду галантно подал мне стакан с янтарем на донышке и двумя кубиками льда из айсгенератора, стоявшего там же, на столике. При этом преданно заглянул мне в глаза, так, что рука зачесалась влепить подзатыльник. Гаденыш! На сервер он видео закачал! Тля.

– Рассказывайте. С самого начала.

– Что именно, госпожа? – наичестнейшими глазами вытаращился на меня блондинчик.

И тут же со стороны белокожего обладателя пореза донеслось:

– Вы же с Венги, госпожа, что именно вам непонятно в желании мужчин, воспитанных при Космопорте, сбежать с этой планеты при первой же возможности? Наша госпожа уже второй раз влезает в какие‑то неприятности, связанные с контрабандной перевозкой оружия, и если бы у нее обнаружили еще и нас… – этими словами парень явно пытался дать мне понять, как он заботится о своей госпоже. От которой лыжи смазал при первой же возможности, угу. – Но главное, по законам Венги нас не существует, так что нас просто бы распродали… распространили среди любителей экзотики. Ведь мы не являемся инопланетниками, и ДИС не встанет на нашу защиту. И признавать клонов как полноценных граждан Венги никто не станет, потому что тогда придется признать за людей и сельскохозяйственных…

Я мысленно передернулась, потому что сельскохозяйственные клоны наивнее маленьких детей, за ними постоянный присмотр нужен. И насчет ДИСа все правильно. Это департамент по инопланетным связям, а не по клоновым.

Тут поганец с планшетом снова радостно влез:

– Да, госпожа, мы специально узнавали, прежде чем срываться в неизвестность, есть ли у нас шанс стать законными гражданами на родной планете. В Галлосоюзе нас за деньги могут оформить как братьев… – вот вроде уверенно сказал, но голос дрогнул.

Еще бы… Ключевым в этом всем была сумма денег, которую снимут с этих лохов, и не факт, что документы будут настоящими.

– Так, – я на секунду прикрыла глаза и прикинула варианты. – То есть вас устроит, если я довезу вас до первой свободной планеты, высажу в космопорте и улечу по своим делам, забыв, что вообще когда‑то видела?

Мой здоровый эгоизм радостно замер, нервно дергая кончиком хвоста от нетерпения: пусть подтвердят, а?! И валят на первой же пересадочной станции хоть в черную дыру, хоть праотцам в задницу. То, что этих наивных придурков разберут на запчасти, когда они еще от трапа далеко отойти не успеют, – не моя проблема.

Ну и естественно, по всемирному закону подлости именно в этот момент по моему эгоизму так вдарили с ноги, что он с мявом отлетел в сторону, плюхнулся в самый темный угол и там обиженно затих.

Малыш, все еще сидевший у меня на руках, вдруг обнял меня за шею и громким шепотом в самое ухо спросил:

– А можно мне ее раскрыть? Я всего одну конфетку съем! Кушать очень хочется, – бесхитростно признался он, и его мягкий детский животик под моей рукой громко заурчал, подтверждая слова своего хозяина.

Я вздрогнула и словно проснулась. Второй ребенок смотрел на коробку голодными глазами, а подросток быстро отвернулся, но тоже явственно сглотнул. Твоего праотца‑а!

Тот, что засел у стола, был явно главным у них и вроде как самым старшим. Он мгновенно перехватил мой взгляд и тут же сорвался:

– Верни конфеты госпоже, у нас с собой еда есть! Я же тебе говорил – захочешь, только попроси!

Мелкий у меня на руках испуганно дернулся, а меня захлестнула дикая злость.

Я аккуратно посадила мальчишку на диван, забрала из детских рук злосчастную коробку, одним движением разорвала упаковку, встала и, кипя яростью, буквально пронеслась по каюте. Когда я вернулась на место, вручила малышу самого большого розового птеродактиля, снова усадила его к себе на колени и выдохнула: картинка в кают‑компании была та еще.

Все клоны сидели слегка ошарашенные, и каждый таращился на марципанового динозавра, насильно втиснутого ему в руки. Да, ни одного не пропустила.

– Ну‑ка быстро ешьте! – скомандовала я и сама удивилась.

Что на меня нашло‑то? Главное, если бы не взяли, я б от злости какого‑нибудь звероящера сопротивленцу в зубы сунула от полноты чувств.

Покусанный главарь клонобанды скривился, потому что лапа лимонного бронтозавра ткнулась ему в ранку, а все остальные, как загипнотизированные, послушно сунули лакомство в рот и пару минут активно жевали. Второй малыш жевал дольше всех, потому что лимонный бронтозавр «незаметно» перекочевал к нему.

Встретившись со мной взглядом, самый старший ксерокс Джу сделал независимый вид настоящего мачо. Порез на его лице очень способствовал усилению эффекта.

Я горестно вздохнула.

Итить, тлю колотить… Ромашки наивные, какие, к праотцам, им свободные планеты?! Взрослые – хрен с ними, большие мальчики, а я им не мамочка. Но малыши? Они ведь их за собой потащат.

– Так. Ладно. Теперь серьезно, – я все же отхлебнула бренди, выдохнула и продолжила: – Раз вы к праотцам поломали мне все планы на отпуск, я отвечу вам тем же и поломаю ваши радужные планы. Никакие документы на свободной планете явившимся с улицы «братьям» не оформят даже за деньги. Для этого нужны связи и знания. Попробуете сунуться со своими наивными рожами – и всем кагалом окажетесь в ближайшем борделе уже к вечеру. Это в лучшем случае. Если на органы не продадут.

Блондин у моих ног нахмурился и обернулся на самого старшего брата, словно ожидая от него какого‑то знака. Но главарь, напрягшийся еще больше после моих слов, лишь продемонстрировал ему сжатую в кулак неукушенную руку.

А внимательно прислушивающийся к нашему разговору самый похожий на Джу темноволосый парень, что‑то тихо процедив, почти не глядя пнул подростка, вытирающего свои липкие пальцы пледом. Причем подросток даже не пискнул, застыв и уставившись на меня испуганными глазищами.

Первомама дорогая, где я перед тобой так провинилась? За что мне этот клонированный детский сад?!

Ответа на мой вопрос не последовало, но я все равно вздрогнула от неожиданности.

– Дж‑ж‑жу‑у‑у‑у‑у! Пыщ! Пыщ! – малыш радостно подпрыгнул у меня на коленях и изобразил полуобъеденным крылом птеродактиля мертвую петлю в воздухе. – Вж‑ж‑жиу! Гель, смотри!

Я молча отпустила ребенка на ковер, и он шустро подполз к «братику», мгновенно организовав битву недожеванного птеродактиля с обкусанным бронтозавром.