Счастье в нагрузку

– Нет, тут все очень вежливо и загадочно написано, – Йош потряс листочком. – Но как ты думаешь, почему на этом письме нет ни одного почтового штемпеля и почему оно отправлено не через галлосеть, а бумажкой… явно голубиной почтой? Да потому что вот: «Дорогая, мой супруг очень заинтересовался вашей проблемой. Он уверен, что это поможет ему решить недавно возникшие у нашей семьи финансовые затруднения, поэтому он с радостью поменяет харшасский порошок на каганатские камушки». А выше, вот: «Ты же знаешь, бельюора – это такой местный белый порошок. Его часто используют для решения проблем», – тут Йошэт тряхнул своей снежной челкой, выматерился и прокомментировал: – Часто, угу! Одна щепотка – и здание взлетит на воздух… И никаких проблем! – выдохнув, он снова продолжил читать: – «Но не будем о грустном, дорогая. Мы тут отдыхали на одном курорте, в системе Алькорского каганата, славящегося производством эльвернитов».

В комнате снова наступила тишина, наконец Нэйт отмер:

– То есть… по‑твоему… каганатов груз…

– Письмо без этой записи – бред скучающей женщины, эта запись без письма – тоже что‑то не совсем понятное. Но если их сложить вместе, то дело пахнет… канализацией.

Само собой, что поспать этой ночью получилось только у двух самых мелких, Геля и Айхо. Ну еще и Иля к утру все же выключило, как он ни боролся. А старшие сидели, переговаривались между собой, планировали, как все завтра провернуть, если пойдет так, а если так, а если вот так…

Получалось, что почти всей операцией по спасению придется заниматься Йошэту. Вот шантаж с угрозами взял на себя Нэйт. У него даже лицо было соответствующее – со шрамом.

– Значит, так, зависаем у взлетки. Если не выходит сама – выманиваем. Потом я подсаживаюсь к ней, хакаю планшет и считываю к себе ключ‑карту от корабля. Уверен, она ее с собой таскает, а у меня прога есть, все норм, – Тэйшэт и Нэйт молча, с уважением посмотрели на брата. – Забор вокруг взлетки я уже не раз хакал, но там быстро надо, за минуту всем проскочить. Так что мелочь в рюкзаки – и вперед. Место посадки я заранее узнаю, бежим быстро. На корабль влезаем тоже быстро, потом ищем груз. Вряд ли там камни в открытую лежат, так что, скорее всего, надо будет найти второе дно и…

– Справимся, – уверенно буркнул Тэйш. С техникой у него было все сложно, зато обычные замки он умел вскрывать с детства. Да еще так ловко, что никто очень долго не замечал его проникновения в подвал, например, где хранились банки с вареньем. Пока не выяснилось, что часть банок каким‑то чудом опустела. Тогда только поймали это чудо и устроили ему чудную взбучку. Чтобы в следующий раз делился, а не в одиночку лопал.

– И еще… – Нэйт посмотрел на парней, вздохнул и озвучил свою полубезумную идею: – Лабораторию разгромить надо.

– Ты псих? Там же материал… – Йош только начал возмущаться и сразу замолчал, потом согласно кивнул: – Пошли. У нас еще два часа до рассвета. Разгромим все к праотцам и галактическому дедушке…

 

Глава 5

 

Найра на звонок так и не ответила, ни сразу после приземления, ни полчаса спустя, когда я, злая, как пиратская команда после неудачного абордажа, вошла в небольшое кафе, расположенное прямо у взлетно‑посадочной полосы.

Вот что за хрень, а?! Теперь я еще должна метаться по Венге, разыскивая, кому отдать эту дурацкую посылку?

Найра должна была сама приехать на ней в космопорт, я даже не собиралась проходить через пропускной пункт, отделяющий взлетную полосу от Космогородка. Но не могла же я просто взять и улететь обратно? Пришлось выползти и попытаться найти эту идиотку, хотя бы для того, чтобы высказать ей все, что я о ней думаю.

– Двойной тайшу, пожалуйста, – машинально сказала я официанту, присаживаясь за столик у самой стойки и краем сознания отмечая, что народу в помещении немного, а пахнет тут весьма приятно – свежей выпечкой и бодрящим запахом свежесмолотых тайшовых зерен. Единственное, по чему мама скучала на Земле, это национальный венговский напиток, к которому она приучила и меня с братом.

Положив планшет на стол, я уткнулась носом в оперативно поданную чашку. М‑м‑м… блаженство. Земной кофе пахнет совсем иначе и на вкус другой. А жалкие попытки инопланетников сварить что‑то похожее на это наслаждение и настоящий тайшу – это как шоколад и соевый батончик: с виду похожи, но стоит попробовать – и сразу чувствуется подделка.

– Хороший сегодня день, правда?

Я вынырнула из кружки и удивленно приподняла бровь на материлизовавшегося за моим столиком парня. В первый момент мне показалось, что он мне знаком, ну или просто на кого‑то ужасно похож. Потом я мысленно себя одернула. Слишком экзотичен для местных, а на Земле у меня очень мало знакомых азиатов. Парнишка был очень похож то ли на корейца, то ли на японца, то ли вообще на жителя Хенсана – не разбираюсь я в них.

Такой красивый мальчик с экзотическим разрезом черных глаз, почти белой шевелюрой и золотистым загаром совершенно точно либо инопланетник, либо чья‑то слишком дорогая игрушка. Судя по его манерам, все же скорее не местный. Даже самый избалованный наложник никогда не осмелился бы подсесть за столик к незнакомой женщине, да еще и заговорить первым.

– Более‑менее, – тайшу настроил меня на благодушный лад, и рычать я не стала. Хотя обычно не слишком люблю навязчивость и нахальство земных мужчин. Генетика, что поделать.

– Вы ведь не местная, верно? – пацан бросил едва заметный косой взгляд на свой планшет, который он небрежно шлепнул на стол чуть ли не вплотную к моему. А потом вроде как немного смутился и поднял на меня честные и очень умело подкрашенные в манере корейско‑японских поп‑звезд глазки. Мальчишка совсем, лет шестнадцати‑восемнадцати, раз по айдолам фанатеет.

М‑да, Айм, вечно к тебе школота клеится, что на Земле, что на родной Венге. Слишком молодо выглядишь, детка, и на свои тридцать четыре не тянешь даже с пивом. Хотя… кто их разберет, этих восточных идолов, у них иногда тридцатилетние перестарки выглядят как сопляки.

– Угу, – я тоже скосила взгляд на планшет и снова начала злиться. Найра не перезванивала!

– А откуда? – мальчик наивно захлопал глазками, но при этом у меня появилось настойчивое желание дать ему по затылку, чтобы чертики из этих глазок высыпались на стол и не сверкали так хитро.

Эх, вроде и послать жалко, и смотреть в целом приятно. И все равно сижу же, жду, когда эта коза драная прочухается. До коридора вылета еще полтора часа… Если Найра не объявится – сдам к черту ее ящик в камеру хранения, и пусть она его оттуда потом сама как хочет достает!

– С Земли, зайка, – я нарочно поддразнила мальчишку, с интересом ожидая реакции. Местный смутится и усилит градус кокетства, инопланетный может и возмутиться фамильярностью.

Мальчик смешно надул губки, изобразил оскорбленное достоинство, даже к окошку отвернулся, полюбоваться на три солнца. И все это успел проделать буквально за пять секунд, а потом снова уставился на меня восторженно сверкающими черными глазищами.