Сердце феникса

Проходил день за днем. Венера не могла нарадоваться тому, что Аид проводил с ней все свое время. Утром следил за порядком, отдавал приказы воинам, чего раньше никогда не делал, контролировал работу слуг, а после обеда отправлялся с Венерой в лес, где она обучала его владению огнем. За пару месяцев милорд научился излучать пламя своим телом, теперь искорки вспыхивали на ладони по первому требованию, собираясь в виде огненного кома. Все это отнимало много энергии, но в экстренной ситуации или в бою, очень даже могло помочь. Так же милорд учился пользоваться крыльями. Как оказалось, если он слишком резко делал взмах, не до конца распрямив их, то ранил самого себя. Порезы мгновенно заживали и следов не оставалось, но все равно мало приятного. Также учился использовать крылья, как щит, выставляя перед собой, прятать их и призывать. Пару раз получилось взлететь, однако с посадкой дела обстояли сложнее. Аид часто падал с высоты.

Венера наблюдала за тренировками любимого мужчины с улыбкой. Ей нравилось, что Аид нет‑нет, но срывал с ее губ поцелуи, иногда обнимал и делился переживаниями. Как никогда они стали ближе друг к другу, но ей хотелось большего. Девушку тянуло к мужчине на интуитивном уровне, в ней просыпался первобытный инстинкт. Вот только Аид не проявлял никаких действий и дальше поцелуев дело не заходило.

Как‑то сидя в лесу и наблюдая за Аидом, Венера набралась храбрости и спросила:

– Аид, я тебе даровала силу, крылья, открыла свое сердце, всегда была рядом, но ты ко мне холоден… Я не вызываю у тебя желания? Почему ты не прикасаешься ко мне?

В ее тоне милорд уловил обиду. Это плохо! Расстроенный феникс – это опасно! Но ведь Аид не лгал ей в прошлый раз. Он действительно относился к ней как к сестре. Не испытывал физического влечения, несмотря на ее красоту. К тому же с детства настраивал себя, что она всего лишь хищник, который живет по соседству. Он ее всегда боялся, не прикасаться к ней вошло у него в привычку. А теперь, зная, что Энза умер, и вовсе старался как можно реже обнимать и целовать ее.

Прищурившись, милорд смотрел в ее глаза, будто что‑то решая для себя. Улыбнулся и подошел к Венере. Сел на корточки перед ней, взял ее за руку, пересилив себя, и прошептал:

– Милая, ну что ты придумываешь? У меня голова забита местью отцу. Прости, я как‑то не подумал, что своим поведением обижаю тебя. К тому же ты еще такая юная, поэтому хотел, чтобы немного подросла, – солгал он, и она поверила.

Девушка нежно провела ладошкой по его щеке, потянулась и поцеловала, вложив всю душу в свой поцелуй. Зарылась пальчиками в волосы милорда, притянула его к себе, разжигая в нем огонь, который был теперь один на двоих. Аид ощутил желание – сильное, острое, неутолимое. Но не собирался прикасаться к Венере. Потому что понимал, что вкусив этот сладкий плод, потом начнут терзать сомнения. Ведь захочется снова. Лучше не знать какая она нежная и мягкая, чтобы потом не сходить с ума.

Отстранился от феникса, заметив в глазах девушки печаль и разочарование.

– И когда ты успела повзрослеть? – усмехнулся он и сжал ее ладошку. – Сегодня ночью я приду к тебе, – пообещал, сорвав с алых губ поцелуй.

Венера задрожала, и ее сердце сделало кувырок в предвкушении. Ей не верилось. Неужели они будут вместе? Милорд ответит взаимностью на ее желание? Феникс мечтала, чтобы Аид принадлежал ей, а она ему.

Аид сдержал слово. Когда все слуги ушли спать, милорд вошел в спальню Венеры. Девушка окинула взглядом его обнаженный торс и ощутила странное томление внизу живота. Уверенной походкой Аид подошел к кровати и забрался как хищник, не отрывая от феникса пристального взгляда. Ничего не говоря, подтянул девушку за щиколотки к себе, а она с шумом втянула в себя воздух. Накрыл ее губы своими, целуя властно. Впервые Венера видела в его глазах такой огонь. Заскользила пальчиками по груди милорда, а он перехватил запястья и завел руки над ее головой, прижимая к матрасу. Покрывал шею и грудь феникса поцелуями, а она не удержала стон, подаваясь ему навстречу. Ей хотелось большего, но Аид не позволял к себе прикасаться. Смотрел в затуманенные желанием глаза девушки и улыбался.

– У меня для тебя есть подарок, – прошептал ей на ухо, обжигая своим дыханием.

Венера задышала тяжелее, облизнула пересохшие губы и с любопытством посмотрела на милорда. Он никогда ей не дарил подарки!

– Только это сюрприз. Закрой глаза и обещай не подглядывать. Договорились? – строго проговорил Аид, а Венера закивала в знак согласия, и ее губы невольно растянулись в счастливой улыбке.

Девушка послушно закрыла глаза, слушая голос, который заставлял ее сердце трепетать, а душу сладко сжиматься.

– Венера, как же ты прекрасна. Я благодарен, что ты подарила мне частичку себя, доверилась и помогла сделать шаг навстречу мечте. Спасибо тебе, – выдохнул он, нежно прикоснувшись своими губами к ее губам. – Глаза не открывай! – напомнил ей, а она ощущала себя самой счастливой на свете.

Аид завел руку за спину и вытащил из заднего кармана штанов приготовленный заранее нож, который кузнец выковал из пера милорда. Замахнулся и одним ударом пробил сердце феникса. Венера умерла мгновенно, ничего не успев понять.

– Спасибо тебе за все. Но я не продвинусь дальше, если не обрету бессмертие. Только так мной будет гордится отец, – проговорил Аид и забрал весь огонь феникса себе, позволяя ему наполнить свои вены.

Аид смотрел на Венеру с сожалением, но при этом ничего не испытал. Он привык быть один, никогда не будет у него слабостей, чтобы враги не смогли воспользоваться этим. На рассвете приказал своим воинам убить всех слуг и рабов, и его приказ сразу исполнили. Вместе с воинами вернулся в замок отца, где встретил Армана. Брат постоянно был угрюмый и злой, а как выяснил позже Аид, все из‑за того, что старший брат привязался душой к своему фениксу, а убив не мог найти те же яркие эмоции. Еще раз Аид порадовался, что не притронулся к Венере, устоял перед соблазном, поэтому и потерю сильно не ощутил. Душа была пустой, но он всегда так жил. Тайлер гордился Аидом даже больше, чем Арманом. Ведь он не просто приобрел бессмертие, но и научился управлять своей силой. Как никогда Аид был счастлив, что угодил своему родителю.

 

ГЛАВА 6