Сердце Империи

– Скоро все успокоится, – сказал Навуходоносор мне, не обращая внимания на тучи, а все продолжая разглядывать неписей, – это временный фактор. Я просто не люблю большое скопление людей. Чувствую себя неуютно. Давай пройдем не напрямую, а задами.

– Ага, только подожди минуту.

Мое внимание привлекла невысокая фигура, уверенно двигающаяся в сторону выхода из верхней части города. Скорее даже не она, а огромный холщовый мешок, закинутый на плечи гнома. Умудренный опытом, я сразу понял, что Глостер явно где‑то что‑то спер.

– Мы сильно торопимся? – спросил я Навуходоносора.

– Да нет. А что тут?

– Надо за одним жрецом проследить. Его бурную деятельность приходится изредка пресекать, чтобы избежать крупных международных скандалов.

– Так уж и международных.

– Это я еще преуменьшил. Раньше возникали войны из‑за прекрасной Елены, а теперь могут из‑за ужасного Глостера.

– Ну, про конфликт с Адарой я слышал, – хмыкнул Олег.

– А возник он вообще на ровном месте. Так что лучше проследить за этим гномом.

К нашему счастью, мастер‑лучник, он же жрец и на дуде игрец, недолго таскал нас по отстраивающемуся Йорану. Он попетлял среди недавно возведенных у стены домов и юркнул в проулок.

– «Коммерческий дом краткосрочных займов имени первого мастера над монетой Бампаса и Шальта Глостера Палец‑в‑рот‑не‑клади», – прочитал я над дверью, за которой скрылся гном.

– Да, этот молодчик от скромности точно не помрет, – усмехнулся Навуходоносор.

– Ага. Сдается мне, что его скорее повесят разозленные и облапошенные клиенты. Зайдем?

Олег вместо ответа открыл дверь и вошел внутрь, а я последовал за ним. Ничего особенного. Обычный домик в два этажа. Нижний, по всей видимости, был заточен под большую гостиную, но Глостер поставил здесь открытые шкафы, прилавок буквой «П» и витрины с крышками из стекла для драгоценностей. А вокруг покоились хаотично наваленные друг на друга товары, которые разбирал худенький, по местным меркам, драман.

– О! – только и сказал Глостер, увидев нас. Сам он сейчас как раз ссыпал вновь принесенный товар из мешка и был явно удивлен. – То есть я хотел сказать, что очень рад вас видеть.

– Глостер, это что? – спросил я.

– Ну… как… – замялся гном, – коммерческий дом этих… краткосрочных займов.

– Ломбард, – коротко резюмировал Олег.

– А что такого? – Глостер уже пришел в себя и начал возмущаться. – Я честный торговец. За медяк покупаю, за два продаю. На эти четыре монеты и живу.

– Вот именно что, математик ты доморощенный. Тебе кто вообще этим заниматься разрешил? Ты же вроде жрец!

– При заключении договоренности не было никаких запретов на занятие коммерцией, – легко отбил мой выпад гном, – тем более что это жречество меня никак не кормит. А кушать хочется.

Я не стал вспоминать про кучу послушников и ту сумму, которую Глостер поимел с них. С тем гешефтом он мог несколько лет кормить весь Тойрин. Вот ведь гадкий хитрый пройдоха!

– К тому же у меня вон работник трудится, сам я здесь лишь изредка появляюсь. Так что на основном виде деятельности это никак не сказывается.

Я снова перевел взгляд на драмана. Не знаю уж, что он натворил в этой жизни, что злая судьба уготовила ему роль наемного работника у Глостера, но мне было его искренне жаль.

– А дом ты этот как получил?

– Через бурмистра. Внес деньги на строительство, заключил договор. Все честь по чести.

– А товар ты где берешь?

– То тут, то там. Много «диких» всякую дребедень сдают. Им деньги нужны.

– И что теперь делать с тобой?

Вопрос был скорее риторическим, потому что фактически я ничего не мог предъявить гному. То, что он втихую облапошивает «диких» драманов? Так они же не силком к нему идут, а вполне себе добровольно. А сами по себе перекупка и ростовщичество – не преступления. И на каждый новый вопрос у виновника был ответ.

Вот и Глостер, видимо, почувствовал мое настроение.

– Я ж по закону все, – заверил он меня, – больше никаких сомнительных сделок. Именем своим, – поднял палец он вверх, – рискую.

– Да черт с тобой, – махнул рукой я, – но если поймаю на какой‑нибудь авантюре…

– Не поймаешь, – довольно улыбнулся Глостер, но тут же спохватился: – То есть хотел сказать, что не будет никаких сомнительных сделок. Отцом клянусь!

Я не стал ему напоминать, что в Шальте он довольно легко отказался от своих заверений и обетов перед Создателем. Вряд ли это что‑нибудь бы изменило. Вместо этого я еще раз недобро посмотрел на гнома, вроде как даже недовольно, и пошел на выход.

Если честно, то я искренне восхищался гномом. Провернуть такое дельце, да еще втихую, чтобы никто не узнал… Ведь открытие ломбарда – процесс не быстрый. А я даже ни сном ни духом. Хотя все же с племенами надо будет поговорить, так сказать, предостеречь их от необдуманных сделок.

Снаружи уже вовсю лило, будто Гаррег договорился с Матерью смыть Йоран вместе с дерзким таоком, что заточил его в клетку. Зато в этом был дополнительный плюс – беспорядочно снующие взад‑вперед НПС скрылись под навесами домов и храма, поэтому мы без особых приключений добежали до резиденции «Миротворцев». Если не брать во внимание то, что вымокли до нитки. Правда, это временное неудобство довольно быстро исправил Хло с помощью своего «волшебного фена».

«Миротворцев» внутри было порядочно. Такое ощущение, что здесь собрался почти весь клан. Мы поднялись с Олегом наверх, минуя множество игроков, большинству из которых периодически приходилось кивать – круг знакомых за последнее время значительно вырос.

А вот на втором этаже таоков почти не было, лишь несколько высокоранговых бойцов, выполняющих роль охраны у кабинета Олега. Навуходоносор остановился перед дверью, выжидающе посмотрев на меня. А я, глубоко вздохнув и пытаясь унять внезапно охватившую меня дрожь, сжал кулаки и кивнул.

Францевич сидел во главе стола полубоком к окну, задумчиво глядя на струи стекающей воды. По правую руку от него расположился дядя Вася, а по левую – Адара. Я сразу же почувствовал колоссальное напряжение, которым, казалось, воздух был буквально наэлектризован. Более того, лицо аналитика представляло собой странную помесь отвращения и брезгливости, словно его заставили сесть возле кучи навоза.

– А вот и вы, – не скрывая радости, сказал дядя Вася.

– А вот и мы, – коротко ответил Навуходоносор.