Слишком взрослая жизнь

За прошедшие годы Ярослава и сын научились сверхспособностям, дарованным природной энергией: читать мысли, телепатически общаться на расстоянии и перемещаться из одного места в другое. Но им никого не удавалось спасти из‑за странных женщин. Милен вскоре направился в город, чтобы всё выяснить. На подходе к окраинам перед ним возникла темноволосая женщина с бластером в руках.

– Ни шагу дальше, – сказала она.

– Ты кто? – спросил Милен.

– Я искусственно создана, чтобы контролировать людей. Нас называют исоргами. В Центре автоматического слежения заметили ваши попытки проникнуть в город. Не знаю, кто вы такие, откуда – над этим пусть думают в Центре – но моя обязанность проста: не пускать чужаков.

Милен вернулся в сад – он тоже использовал телепортацию, чтобы девушка не проследила за ним. Во время переноса из одного места в другое парень пробегал по невесомой, едва видимой радуге. Это длилось всего пару секунд.

Благодаря встрече с исоргом Милен с Ярославой догадались, что энергия сада позволяет им скрываться, поэтому обоих до сих пор не обнаружили.

Попытки выручить горожан мать с сыном предпринимали ещё не раз. Но постоянно мешали исорги – красивые куклы, а не женщины. Видимо, их создал мужчина, чтобы многократно воспроизвести свой идеал. Милен считал их жалкими подобиями настоящего человека. Разве сравнятся с Ярославой, красавицей с широкой душой? Кстати, мужчины‑исорги попадались редко, вели себя агрессивно, что тоже не соответствовало его идеалистическим и порой наивным взглядам.

У Милена и Ярославы не вышло никому помочь. Но вскоре наступил памятный год, когда энергия природы набрала особую силу после долгого сна – и мир изменился.

 

Виталий. Запись № 2. Город 33

 

Вереницей потянулись тоскливые, беспросветные дни. Я просыпался, приводил себя в порядок и понуро плёлся на работу. Александра превратилась в тень, везде и всюду неотступно следовала за мной. Отрабатывал положенное – и понуро шёл домой. В голове занудно толкались грустные мысли: «Сойду с ума раньше срока от безысходности». А день рождения неумолимо надвигался. Говорят, много лет назад люди искренне радовались, когда становились на год старше. Мы не праздновали: не хотели неотвратимого приближения к безумию.

Я давился произведённой на фабрике продукцией, но не обращал внимания на отвратительный вкус. Однажды твёрдо решил ничего не есть и умереть с голоду. Увы, не выдержал постоянных спазмов в животе; у меня часто болела и кружилась голова. Физическое истощение вскоре заметила Александра.

Один из дней запомнился жуткой болью: я вышел с работы и без сил рухнул на асфальт. Александра подняла меня, втолкнула в рот невкусный прогорклый псевдохлеб. Поневоле подчинился ей.

На следующий день после окончания голодовки сестру увезли в роддом, и Александра без стеснения вошла на кухню, заставила меня поужинать. Я наелся, отправился в спальню, чтобы отдохнуть. Не успел лечь на кровать, а исорг стиснула меня в объятиях, провела ладонями по одежде. О, если б я знал тогда, зачем она это вытворяет!

Её рука нагло проникла под штаны, ухватилась за трусы. Я оторопело спросил:

– Эй, что ты делаешь?!

– Я хочу от тебя ребёнка, – ответила она привычным механическим голосом.

– Не смей! Не лезь ко мне! – воскликнул я и решительно оттолкнул Александру. – Разве исорги рожают?

– Учёные предполагают, что это возможно – мы клоны обычных женщин. Ребёнок от исорга и человека – весьма интересный эксперимент. Может, согласишься?

– Нет! – рявкнул я. – И не смей больше входить в мой дом! Сторожи на улице, раз тебе неймётся.

Александра пожала плечами. Она покопалась в моём шкафу – перебрала одежду, – а спустя минуту вышла на улицу.

Я долго не засыпал. Лицо кривилось от омерзения. Подумал – и решил во что бы то ни стало улучить момент, предпринять новую попытку побега.

Осень медленно и нехотя переходила в зиму – пришёл октябрь. Опали все листья на редких в городе деревьях. На улице становилось всё холоднее. Александра не чувствовала этого, по‑прежнему разгуливала в лёгком комбинезоне. Но ей, видимо, надоела обязанность следить за мной. Пока я работал, удалялась по неизвестным делам. Однажды заметил её отсутствие, отпросился у начальника цеха пораньше под предлогом навестить сестру. Ольга родила мальчика, назвала Фёдором. Но выписывать её из роддома не спешили, потому что они с малышом чувствовали себя далеко не лучшим образом.

Я осмотрелся и понял, что Александры нет в пределах видимости возле фабрики. Поспешил к лесу. Благополучно миновал город и заторопился, чтобы забраться поглубже в заросли. Я верил, что сбегу, но увы!

Через минуту Александра возникла передо мной и ударила кулаком по лицу. Из рассечённой губы потекла кровь. Исорг сбила меня с ног и прижала к сырой и холодной земле.

– Ты не сбежишь! Думаешь, зачем я тебя обнимала и подходила после этого к шкафу? Ко всей одежде, даже к трусам, прикрепила микродатчики наблюдения. Куда бы ты ни пошёл, я всегда прослежу за тобой. Их снять невозможно без пароля, вдобавок невидимы для человеческого глаза – но не для нашего улучшенного зрения. Мы их всегда разглядим в ультрафиолетовом излучении. Сомневаюсь, что ты нащупаешь микроскопическую вещь или сломаешь её. Бежать бесполезно.

Отчаяние и боль захлестнули меня. Всё. Я обречён на безумие. Исорг прикрепила датчики ко всей одежде, а новой не полагалось. По правилам, раз в год она менялась до шестнадцати лет. После этого выдавали не чаще, чем комплект раз в три года. Мы с сестрой вынужденно донашивали старьё.

А может, уговорить Михаила отдать мне одежду? Нет, АЛ‑31 пресечёт любую попытку. Скорее всего, предупредила всех моих знакомых, чтобы не помогали под страхом смерти.

Когда мы вернулись домой, Александра усилила бдительность. Она вновь стала без спроса входить внутрь. Пять дней сидела на полу в моей комнате и тщательно следила за каждым движением. Я отчаялся: не сбежать. День двадцатипятилетия непреклонно приближался.

Вскоре исорг прекратила постоянную слежку. Я разозлился на её присутствие в моей комнате. После гневного замечания она возобновила прогулки вокруг дома, но изредка заходила внутрь.

С тоской посмотрел в окно. Александра неутомимо разгуливала. «Когда она отстанет?» – мелькнула мысль. Тяжело вздохнул: понял, что исорг выполнит приказ любой ценой. Я сел за стол и взялся за карандаш, чтобы с помощью письма успокоиться, излить страдания на бумагу.

 

Видеозапись, сделанная Сержем. Портленд, штат Орегон

– Джордж, чтоб тебя черти взяли! Просыпайся, скорее!