Слишком взрослая жизнь

Тогда мне едва исполнилось десять лет, но то, что произошло, вспомнил со всей осмысленностью – в голове сложился единый образ из услышанных по визору новостей, из разговоров родителей и знакомых.

Люди решили: технологии достигли того уровня, когда человек получит всё необходимое, если просто сядет перед экраном компьютера. Появилась акция – всем предлагали бесплатно воспользоваться интернетом и переселиться в модули. Когда строились будущие «тюрьмы», мы с ужасом слушали новости со всего мира, что люди по достижению двадцатипятилетнего возраста теряют рассудок. Журналист говорил: их поразила страшная болезнь, поэтому модули нужны, чтобы укрыться от морового поветрия. Все верили в его слова, хотя меня и родителей терзала смутная тревога.

Старые дома, ненужные посёлки и деревни сносили, а жителей переселяли в возведённые на руинах модули. Несогласных – нам говорили, что они преступники – отправляли на производство антисонных таблеток, продуктов питания и прочего, положенного каждому из добровольно заточенных людей.

Миллиардеры ворочали делом и щедро сыпали деньгами – они загребли к рукам весь мир. Люди подсели на Виртуалити, зато всё остальное перешло во владение финансовых магнатов.

У таких, как я, согласия не спрашивали – само собой предполагалось, что молодой человек из глухой приморской деревни пожелает полностью вкусить цивилизованной жизни. Попробовал, да чуть не подавился. А моих родителей, посмевших воспротивиться, отправили на принудительную стройку – так мне сказали. Кто знает, где они, да и живы ли вообще?

Вскоре мир вокруг разделился. Одни люди попали в принудительно‑добровольное заключение в модулях, другие работали на подземных заводах. А за тысячи километров жили третьи – те, кто сойдут с ума после двадцати пяти лет. Их я назвал заточёнными на мнимой свободе. Хотя, кто знает – вдруг люди в модулях и на заводах тоже обречены на безумие?

Вместе с воспоминаниями я восстановил имя. Витя, Виктор – так назвала меня мама. Где она? Вряд ли найду.

…Бег по крышам прервался. После многих лет с малыми физическими нагрузками тело требовало покоя. Я остановился: едва дышал. Лес приблизился, однако ноги подкашивались и не держали. Упал на серую поверхность и отчаянно захрипел. Впервые в жизни ощутил, что умираю.

«О нет, я забыл о противосмертном порошке – не взял его с собой! И всё, конец?!» – отчаянные мысли захлёстывали меня. Но их перебарывали другие: «Нет, умру на воле – ещё не достиг цели! Доберусь до леса». Обрести свободу, вернуться к природе – вот что двигало мной, придавало новые силы.

Пополз, преодолевая боль. В лёгких поселился огонь; я хрипел. Начались судороги. Мышцы не привыкли к напряжению, они отказывали, но с каждым шагом упрямо превозмогал себя и двигался вперёд

Тело превратилось в один огромный комок боли. Последним рывком дополз до края крыш. Спрыгнул с вершины – благо невысоко, метра два – на сырую от росы землю (начиналось утро). Ударился и закричал от пронзительной боли.

В этот страшный миг почудилась близкая смерть. Сознание отключилось.

Неведомо через сколько пришёл в себя, открыл глаза; увидел багровые краски заката – пролежал в отключке весь день. Зелёные деревья мягко шуршали от лёгкого ветерка, пели птицы, а я лежал и, словно ребёнок, радовался всему вокруг. Берёзы и дубы вставали надо мной, стремились к багровеющему солнцу, а ещё выше и в стороне виднелся бугор сопки. Птицы выводили трели, в кустах стрекотали насекомые – забытые звуки живого мира, а не жалкая пародия из виртуальных игр. Дурманящие запахи окружали меня. Я улыбнулся, прогнал внутренний страх и мысли: как жить, добывать еду, не заблудиться; что делать, когда придёт зима? Ответов на эти вопросы не нашёл. Мной овладела эйфория от обретённой свободы. Одно понял точно: в мир Виртуалити не вернусь.

Боль ушла – я не знал, сколько пролежал, смотрел ли на закат того же дня или следующего. Время и сон без видений исцелили меня. Рассмеялся задорно и весело: понял, что обрёл истинное счастье. Долой иллюзию реальности под названием Виртуалити! Стану настоящим человеком и заживу в гармонии с природой.

Улыбнулся закатному солнцу, щебетанию птиц и шуму деревьев. Встал, прогнал остатки боли и страха. Снял киберобутки, предназначенные для манипулирования персонажем в игре (как двигал ногами я, так делал и он, только быстрее), и побежал босиком по земле, свободный и счастливый. Природа даровала невероятную воздушность и окрылила меня. Не боялся ни судорог в мышцах, ни жжения в лёгких – всё живое исцеляло тело и душу.

Я бежал лесом, по росистым полянам – и не уставал, не выдыхался. Не нужно мне ничего, кроме шёпота ветра, пения птиц, сияния звёзд, пришедших на смену солнцу, и – счастья!

Потом остановился – ночью не побегаешь по лесным дебрям. Но эйфория всё не проходила. Я приметил в одном из деревьев дупло, забрался в него и заночевал.

На следующее утро дошёл до подножия величественной горы, где отдохнул и насладился счастьем. Скалы нависали надо мной гроздьями, но и на них росли жизнестойкие деревья. Шумела речушка, перекатывалась через каменные порожки. Я испил удивительно вкусной воды и поглядел на колеблющееся отражение. Совершенно не понравилось исхудавшее лицо, всё в щетине (Передатчики оснащали нас бритвенными приборами, но я редко ими пользовался). Неприятно поразили впалые глаза с синеватыми кругами под ними – от долгого сидения перед экраном. Робко улыбнулся – и понял: ещё есть возможность всё изменить.

Я искренне радовался обретённой свободе. Пришло вдохновение; записал всё произошедшее на бересте – вокруг белели берёзовые стволы. Как в полузабытом детстве, взял в руки обломанную веточку и обмазал её в глине. Затем приступил к письму. Сердцем чувствовал: надо поведать эту историю, даже если никто её не прочтёт.

 

Джордж. Запись в блоге № 1293. Портленд, штат Орегон. Перевод с английского

 

Мне сегодня исполнилось двадцать пять лет. Последний нормальный день в жизни, так почему бы его не отпраздновать с размахом? Он прошёл лучше всех предыдущих.

Я начал с безудержных гонок по дорогам. Это у русских все забросили машины, а мы гордимся, что не расстались с чудом цивилизации. Конечно, бензин не настоящий, а синтезированный (да‑да, я люблю поумничать в блоге, и вы прекрасно знаете об этом).

Ладно, не буду грузить тяжеловесными словами, лучше расскажу о драйве во время гонок с друзьями.

Адреналин в крови, бешеная скорость, опасные виражи – всё приносило невероятное удовольствие. Плевать, что в последний раз – надо оттянуться без тормозов! Мы с друзьями гоняли по улицам и не обращали внимания, что прохожие испуганно шарахаются.

Машинам лет по тридцать, а может, и сорок – других не осталось, никто не производит новых. Рёв мотора ударял по ушам, заставлял сердце биться всё чаще.

Энди, лучший друг, ехал вровень со мной, но я ловко его подрезал и обошёл на последнем вираже. Часовая гонка по улицам города закончилась у бывшего здания полиции. (Предсказываю ваши недоумённые взгляды… спрашиваете, а что это такое? Вы не поверите – если посмотреть фильмы, за безбашенные гонки штрафовали и лишали свободы. Поэтому финишировали мы у здания, где занимались подобными глупостями).

– Джордж, ты скотина! – с криком возмущения высунулся Энди из «ауди». – Так нечестно поступать с друзьями.

Я громко расхохотался в ответ. Открыл дверцу «форда» (кто интересуется марками машин, смотрите мои предыдущие посты), вышел и хлопнул друга по плечу: