Свет зари
– Принято, «Пятый».
– «Четвёртый» – «Первому»! Готов.
– «Четвертый», принято.
– «Третий» – «Первому». Вместе со «Вторым» готов к выдвижению.
– «Третий», «Второй» – принято.
– «Шестой» – «Первому». На месте.
– «Шестой» – принято.
Всё, пошёл отсчёт.
Решения приняты, всем доведена диспозиция – обратного хода уже быть не должно. Нет, командир, разумеется, может ещё всё тормознуть, дать отбой и приказать свернуть операцию.
Может.
На то он и командир – отвечает за всё.
Даст команду идти – пойдут.
Лежать – залягут.
Летать вот только не может приказать – не умеет пока человек летать без всяких там сложных приборов. Впрочем, если они есть – то отчего бы и не полететь?
– Начали…
Незаметной и бесформенной тенью прошелестел по двору мини‑робот. Остановился возле домика климатического комплекса, задержался там на пару‑тройку минут. Вырулил оттуда и тронулся дальше. Задержка…
Возврат на перезарядку.
Снова в путь.
Опять во двор, задержка… новая точка…
Возврат.
Пересменка часовых – расходится по постам новая смена. Очередной водитель топает к рембоксам.
Замирает за поленицей «Нафаня». Мотор выключен, робота практически не видно и не слышно. Да и то сказать, никто за эту поленницу давно уже не заглядывал. Так что нет оснований думать, что сегодня водитель вдруг сменит направление движения и свернёт, чтобы осмотреть этот уголок. Не его это дело – он водитель, а не часовой!
Вот и сейчас – прошёл мимо и никуда не свернул.
Всё, вернулся маленький помощник, закончена его работа наверху. Мины расставлены, заряды заложены.
– Фаза два…
Ещё вчера, прежде чем отправлять на задание робота, командир группы решил проверить справедливость полученных данных об отсутствии сигнализации в некоторых точках. Те самые «два окна в ремонтной зоне…»
Пробраться во двор особого труда не составило – тем паче, что выступ крыши надёжно скрывал эти окна от часового наверху казармы. Это удалось проверить при помощи «Нафани» – робот заехал аккурат под одно из окон – видно было только уголок крыши над постом. Оставался, правда, ещё и сам двор… но для чего‑то же учили нас, в конце‑то концов?
Окна оказались… сказать, чтобы мутными – так это ещё ничего не сказать. Окна и рамы изнутри заросли и вовсе не пойми какой грязью.
Бить стекла, разумеется, никто не стал, а вот форточку – приоткрыли. И туда тотчас же проник хоботок камеры на гибком подвесе.
Через пару минут стало ясно – в этом помещении очень давно вообще никого не было. И никакой сигнализации на окнах не имелось, видимо, по этой самой причине – про данное помещение попросту забыли. Открыть закисшие намертво шпингалеты на раме было ещё той задачкой – но, справились… И даже тихо! После чего, проникли, наконец, и в саму комнату.
Это помещение, действительно, раньше было туалетом. Когда‑то… Теперь это являлось каким‑то складом всевозможного мусора. Вся комната была завалена всевозможной рухлядью и хламом. Грязью и пылью всё там заросло неимоверно! Так и не удивительно – ремзона всё‑таки, пусть и не совсем настоящая. Но пылюки там – при здоровенных открытых воротах, предостаточно!
Выход же в прочие помещения – так и вообще, перегорожен каким‑то… шкафом, что ли? На это было здорово похоже, потому как, даже в прибор ночного видения можно было рассмотреть, что щит, закрывавший дверь был не цельным – из двух половинок. И гвоздики, маленькие такие, с обеих сторон. А внизу, справа, отчётливо просматривалась… ножка шкафа!
В помещении, после всего увиденного, остался «Диктофон» – аккуратно разобрать мусор и проделать проход к двери. Ибо пролезть здоровенным мужикам через все эти нагромождения – и не устроить при этом татарам – было бы совершенно нетривиальной задачей! И её надо было как‑то решить!
О чём он по связи и доложил… уже под вечер следующего дня. И судя по тону высказывания, задачка эта оказалась очень даже непростой!
Дверь – и на самом деле, была задвинута шкафом. Вихорев даже дырочку в его стенке провертел – и ничего не увидел. Шкаф либо не открывали, либо и он был завален всяким хламом.
А вот просунутая под него камера – та показала внутренность мнимого рембокса. И полное отсутствие народа внутри – всего единожды там протопал какой‑то персонаж. И судя по тому, как он там по сторонам озирался, клиент явно направлялся куда‑то по неслужебной надобности. Оружия при нём замечено не было.
На этот раз к тем самым окнам отправилось уже более представительная компания. Вместе с Гелоевым пошёл и командир – все остальные были заняты своим делом.
Проникнуть внутрь уже разведанным маршрутом было гораздо проще – и вот уже окно закрылось за спинами спецназовцев.
– Ну, как ты тут? – поинтересовался капитан у «Диктофона».
Тот молча показал пустую флягу.
– Душно тут… и пить охота…
– Поделись водой, – кивок «Топтыгину».
Булькнула вода.
– Что там? – на этот раз кивок уже в сторону двери.
– Да, часов пять уже тихо – ни звука, ни шороха.
Командир осмотрелся и уважительно покачал головой – да уж, Вихорев постарался!
