Тени Серебряной Лесовии

«Чего не сделаешь, чтобы заполучить богатство! Отыскать двух беглых девчонок, не знающих правил Магического мира, – что может быть проще?» – Злата тяжело вздохнула. Лана испуганно смотрела на нее – ее побелевшее от страха лицо покрыла мелкая испарина.

– Мамочка, – шептала она.

Злата, чтобы подбодрить ее, решила пошутить, вот только шутки выходили глупыми и несмешными:

– Да пошел он к лешему! Корчит из себя великого правителя, а сам, небось, прислуживает местному королю, – Злате хотелось излить на мага все упреки, показать его во всей красе, так чтобы Лана его не боялась. – Бегает за нами по лесу, можно подумать, мы бандиты какие‑то! Лучше бы в своем мире порядок навел, а то разве это лес? Не знаю, кому он служит, но правитель он никудышный. Своих подданных он совсем не любит…

– Откуда ты знаешь про подданных? – Лана озиралась по сторонам.

– Да ты вокруг посмотри! Деревья загубленные стоят, пепел по колено… Ты думаешь, это от хорошей жизни? Доброе слово и дереву приятно, а старик злой, не любит он никого! Пользуется чарами, вот ему все и прислуживают, потому что боятся.

– Я больше не могу бежать… – Лана с трудом ворочала языком. – Мне нужно передохнуть хоть немного, – она с мольбой смотрела на Злату. – У меня совсем сил не осталось, плохо мне что‑то…

– Потерпи, Ланка! – Злата заботливо обняла сестру, хотя сама изнывала от страха. «Думала, с одной бедой справимся, заживем опять счастливо, а к одной вторая прилепилась. Нечестно так! А может, мы это заслужили, может, не зря в этот мир попали, а все было заранее предопределено?» – Злата не хотела верить своим догадкам.

– Я есть хочу! – взмолилась Лана. Только откуда тут еде взяться – среди пепла и сумрака ничего не росло.

Злата взглянула на сестру. Та замерла, разглядывая дерево, отличавшееся от собратьев. Когда‑то оно было елью, но пожар не пощадил его, зато теперь вместо шишек с его ветвей свисали круглые серебряные блюда. Злата схватила Лану за руку и подошла ближе к дереву.

Пахло запеченной уткой, ароматным балыком; на тарелках горочкой лежали салат оливье, пурпурная селедка под шубой, украшенная зеленой веточкой; чуть подальше, как красные шары, висели розеточки с красной рыбой на нежном сливочном сыре.

– Смотри! Розетки с красной икрой, а там заливная рыба, а вот говяжий холодец! – Лана сглатывала слюнки. – Ты видишь утку с яблоками в горчичном соусе?

– А вон тарелка с запеченным картофелем и мясной рулет с черносливом и грецкими орехами, а там тортик «Наполеон»! – Злата возбужденно размахивала руками.

Неожиданно, как гром среди ясного неба, раздался оглушительный бой часов – двадцать четыре удара.

– Лана, да ведь это новогодняя елка! – ахнула Злата. – Слышишь? Вот и Новый год наступил…

В тот же миг они забыли об осторожности, о том, что их преследует злодей со сворой прислужников. Лана сняла одну розетку с красной икрой и приготовилась есть, но Злата резко дернула ее за рукав:

– Ланка, не надо, это западня!

Яства мгновенно исчезли.

– Терпи, сестренка! Мне тоже голодно, – подавить аппетит, когда так сильно хочешь есть, было невыносимо трудно. – Я тебя понимаю, – тихо прошептала Злата и потащила сестру за собой.

Грустное и бледное лицо Ланы волновало ее – она видела, что та теряет силы, да и говорит с большим трудом.

– Злат, а сколько прошло времени с тех пор, как мы сюда попали?

– Тебе что, день и час сказать? – сердце Златы грызла тоска.

«Неужели все кончено?» Яркой вспышкой перед ней возникло прошлое. Злата увидела доброе лицо мамы, папа смеялся и говорил: «Златка, ты справишься! У тебя все получится!», а Надя суматошно бегала по дому и все время твердила: «Куда же вы делись?» Неожиданно все померкло, будто прежний мир никогда уже не вернется и они навсегда останутся здесь. Злата почти отчаялась.

– Кхе‑кхе… Кхе‑кхе… – услышали они позади себя.

Злата резко обернулась – перед ними стояло корявое дерево с человеческими чертами: головой, руками, ногами, у него были даже волосы в виде тонких коротких прутиков; удивленные глаза смотрели на девочек.

– Вы как сюда попали? – дерево шевельнулось, словно хотелось сделать шаг навстречу.

– Мы? – Злата опешила и забормотала: – Нас ненормальный старик преследует. Вернее, он не один – их много… А ты кто? – она опомнилась, внимательно оглядела дерево сверху донизу и растерянно взглянула на сестру.

«Неужели она такой же станет?» – не успела Злата подумать это, как дерево ответило ей человеческим голосом:

– Правильно мыслишь…

– Не поняла? – от неожиданности Злата чуть не села в пепел.

Но вдруг совсем рядом загремели голоса и лязгнули цепи.

– Догнали! – выпалила Злата.

– Прячьтесь в меня, – прошептало дерево. Оно присело, ствол раздулся, расщепился надвое, образовав овальное дупло. – Быстрее залезайте! Они сейчас здесь будут!

Злата схватила Лану, втащила ее в дупло, и дерево, щелкнув, закрылось. Девочки оказались в полной темноте – здесь пахло древесной сыростью, грибами и еще чем‑то неуловимым, но живым. Снаружи послышался грозный голос Главного мага:

– Ларион, ты чужаков здесь не видел? – старик явно был недоволен.

Над головами девочек прозвучало:

– Ты чего мне спать не даешь? Какие чужаки? Кто у нас без твоего ведома бегать здесь может?

Злата замерла, испугалась, но разговор вскоре стих. Шаги преследователей удалялись. А она так утомилась от переживаний и неразберихи, да и внутри ствола стало настолько тепло и уютно, что ей нестерпимо захотелось спать.

– А что если Ларион тоже колдун? Может, он по своим правилам играет? Мы же в Магическом мире… они здесь все, наверно, колдуют? – Злата облокотилась на стенку дерева. – Почему стенка ствола мягкая и теплая? Оно же снаружи обугленное и корявое. Может, оно имеет двойное дно, как в легендах разных… – веки ее отяжелели и крепко сомкнулись. Злата боролась со сном, но получалось плохо, и она не заметила, как провалилась в забытье.

Проснулась Злата от скрипа – дерево опять распахнулось.

– Сони, просыпайтесь! – Ларион говорил весело, насмешливо, но не страшно. Злата вздрогнула, сон мигом слетел с нее. Ей не хотелось выходить – здесь она чувствовала себя в безопасности, – но надо было спешить. Она растолкала Лану – сестра все время вздрагивала, слезы текли по ее щекам, она что‑то шептала на непонятном языке – похоже, ей казалось, что она от кого‑то убегает или прячется.

Злата выдохнула:

– Пора! Уходим!

Лана открыла глаза и забормотала:

– Я Главного видела, он за мной гнался. Хотел у меня душу отнять. А я не отдавала, тогда он в меня черный шар кинул и пообещал: «Я заполучу твою жизнь! Это лишь дело времени. Так или иначе у меня все получится!» – Лана заплакала, оперлась на руку сестры, а у Златы перехватило дыхание.