Выживший: Набирая очки опыта

Просто сидел, наслаждаясь моментом. Впереди предстояла еще упаковка кроличьих тушек в чистую сумку. Жаль, что не было ни пакетов, ни упаковочной бумаги. Только лишь сумка.

– Как настрой? – спросил Отшельник между делом.

– Прекрасный, – ответил я, уверенный в том, что все движется к успеху.

– Раз прекрасный, тогда пойдем, покажу тебе пару травок, которые могут тебе помочь.

– Помочь? От чего?

– Не от всего подряд, но если ты вдруг отравишься, то лучше парочку держать при себе.

– Хм, – задумался я и потрогал футболку, которая почти что высохла. – То есть, я эту травку съем и вылечусь?

– Нет, – ответил старик. – Тебя стошнит.

 

Глава 39. Еще немного и в путь

 

Показать – показал. И даже пояснил немного, что не стоит брать эту траву с собой в запас, потому что вещества из нее улетучиваются вместе с влагой.

– Высохнет эта штука, – говорил Отшельник, – и можешь жевать ее хоть целый день. Ничего не будет. Так и помрешь с травой во рту.

– Так кем ты был в прошлом? – спросил я, наблюдая, как старик перетирает между пальцами травинку.

– Потом скажу.

– Когда «потом», если я ухожу скоро?

– Так ты вернешься, – улыбнулся старик. – Никуда не денешься.

– А если я…

– Если ты «что»?

– Если я вернусь не один?

– Это что еще за новости?! Не надо нам сюда никого!

– Вдруг по лесам прячутся такие же отшельники, как и ты. Но только ты не знаешь про них, а они не знают про тебя, потому что вы мало перемещаетесь и почти не видите других мест, кроме как ты – этой поляны.

– Вот и пускай себе прячутся, – тут же запротестовал старик. – Ничего страшного, если они будут жить сами по себе. Пускай живут, отдельно, не надо ходить ко мне.

– А ко мне?

– А зачем тебе другие отшельники? – он прищурился и даже уронил травинку. – Думаешь, что лучше будут?

– Э‑э‑э, нет!

– Не бойся, я пошутил, – старик вернулся к своему занятию – поиску новых травинок.

И, как это уже было раньше, я ничего не запомнил, потому что все эти растения были похожи друг на друга. Хорошо, если на каком‑то из них были цветки. Я запомнил, что от отравления помогает цветок желтый, с пятью лепестками. А еще у него листья были похожи на папоротник. И это, пожалуй, все, что мне удалось запомнить.

На самом деле отличий было куда больше, но я поленился их запомнить или хотя бы отметить для себя. Маловероятно, что я получу какую‑нибудь ссадину, которая сильно испортит мне путешествие. На самом деле, я больше боялся отравиться. В условиях чистого поля это реально страшно.

– А что еще мне стоит знать? – уточнил я, понимая, что подготовиться к пятидневному путешествию нереально.

– Учитывая мой прежний опыт, могу сказать, что впереди, после такого дождя, что прошел ночью, будет несколько приятных дней. К моменту, когда ты доберешься до реки – может произойти все, что угодно. Включая грозу.

– Я знаю, что надо уходить в низины или леса, когда начнется гроза.

– Молодец, хоть этому тебя учить не надо. По жаре быстро не ходи. Захочешь пить – а воды у тебя не очень много.

– Я, пожалуй, трижды подумаю, если захочу пить, прежде чем прикоснусь к этим желудочкам, – я брезгливо посмотрел на тщательно вытертые желудки.

– В них войдет по поллитра в каждый.

– Этого мало, – вздохнул я.

– Мало? Значит, сделаем еще! Раз уж мы с тобой в полях, пора посмотреть силки.

Ловушки принесли нам еще двух зайцев. Отшельник, довольный результатом, потрошил тушки, доставая желудки. Себе он забрал еще несколько шкурок.

– Вообще‑то два с половиной литра – это уже хороший запас. Но идеален был бы козий желудок. Жаль, их тут не водится рядом.

– Если встречу по пути к реке – забью и принесу обратно.

– Не говори «гоп»… Еще пару советов тебе на всякий случай дам. Быстро не ходи…

– Ты уже говорил.

– Лучше я скажу тебе трижды, чем не скажу ни разу. Ешь немного, пей еще меньше, только когда ощутишь очень сильную жажду. Останешься без воды – иди в леса, если увидишь. В чистом поле ты не сможешь воды найти.

– Так, ага.

– Увидел ручей – сперва попробуй воду аккуратно, а потом наливай.

– А она у меня не испортится?

– В курдюках – нет. Только не оставляй воду на донышке. Тогда забудешь и точно испортится. И используй аккуратно. Видишь, я тебе что‑то вроде пробок успел сделать, пока ты мыться бегал.

– Что бы я без тебя делал, Отшельник, – притворно вздохнул я, уже готовый сорваться с места.

– Еще могу тебе сказать, что лучше выходить ранним утром. Так ты больше сил сбережешь.

– А я могу потерять в силе?

– Можешь. Пока идешь, мало ешь и пьешь – и тогда в силе при длительном перемещении ты точно потеряешь.

– Никому бы не пожелал такого.

– Поэтому хорошо иметь лошадь, которая пьет из лужи и есть траву с полей.

– А еще лучше… а, ладно, – ответил я, подумав, что чего‑то в голове крутится, но как понять, что именно – и тем более объяснить старику…

– Не тебе решать сейчас, что лучше, – Отшельник пока что не сердился, но я ждал, что его состояние скоро дойдет к этому в ближайшие минуты. Довести старика до белого каления мне не составляло труда.

– То есть, ты живешь в абсолютно глухой местности, где почти на сто километров кругом нет ничего? Ни одичавших животных, ни диких парнокопытных…

– Ты сказал слово больше пяти слогов длиной? – перебил меня старик, а когда недоверчиво на него посмотрел, махнул рукой. – Ожидаемый результат. Но все же ты это слово произнес. И – да. Действительно здесь нет таких животных. Может, возле реки ты кого‑нибудь и найдешь.

– Надеюсь, что людей.

– Или еще пару трупов. Только обирай их в таком случае грамотно. Чтобы все предметы были без запаха.

– Ты меня пугаешь, Отшельник.