Выживший: Набирая очки опыта

– А ты в это время?

– Если что, фургон я уже освободил. Поднимем?

– Давай!

Деревянная коробка на колесах оказалась не очень тяжелой – вдвоем мы без особого труда поставили ее на колеса.

– Вот видишь, – закивал я. – Это уже хорошее начало чего‑то… нового!

– Странного, – ответил Аврон. – Давай откатим ее подальше от дороги, чтобы никто из мимо проезжающих не обратил на него внимания. Проблем потом не оберемся.

– Ладно, – я не стал уточнять насчет проблем и просто помог убрать все с дороги. Что делать с лошадью, мы так и не решили.

Как только мы загрузили фургон вещами заново, я убедился, что у Аврона есть вода и еда, и отправился обратно к Отшельнику. Воодушевленный и радостный, уверенный в том, что точно все получится.

 

Глава 45. Ты не строитель

 

– Отшельник! О‑о‑отшельни‑и‑ик! – орал я, вернувшись к дому старика следующим днем. – Ты здесь? Отшельник!

Дорога назад не заняла много времени и потому я не чувствовал себя уставшим, хотя добрался лишь к вечеру. Я уже разбирался в направлениях, понимал, куда и как идти, помнил, где было поровнее, а где – нет.

А еще, воодушевленный, спешил. Потому что понимал, что есть ресурс, который мне поможет. То, что я еще не очень представлял, чего именно я хочу – другое дело. Куда важнее был факт светлого будущего, которое я мог бы построить своими руками. Помочь людям избежать гнета со стороны городов.

Последние виделись мной чудищами. Грязными, отвратными, вонючими и мерзкими. Полными болезней и уродов – не могло жить в городах нормальных людей, если города постоянно вели войны и принижали деревенских. Ситуацию надо было переламывать и как можно скорее.

Пока я шел к Отшельнику, я постоянно думал о том, что может заставить людей переселиться за реку. Создать свое государство.

Но для государства десяток деревень с населением в десять‑двадцать человек – маловато. Очень мало. Это вообще лишь базовый минимум для выживания и не более того. Что еще тут скажешь? Где мне взять еще людей, которые заходят мира и спокойствия?

– Отшельник! – проорал я еще раз, не рискнув заходить в хижину. Сейчас мне нагоняя от старика вообще не хотелось.

К тому же, по большому счету, что такое двести человек? Это разные группы, которые занимаются добычей еды и бытом. Это совсем немного. К тому же там наверняка есть старики, есть женщины и дети. Трудиться смогут не все, а есть хочет каждый.

Эту мысль я постарался побыстрее выбросить из головы. Как можно относиться к людям по‑разному лишь из‑за того, что кто‑то может трудиться, а кто‑то нет? Здесь не пахнет никакой справедливостью.

В моих мыслях деревня, сперва состоявшая из одного дома, желательно, крепко срубленного, очень быстро разрасталась, потому что люди приходили со своим скарбом, семьями, тащили родню, желали жить здесь, у меня. Потому что у меня было безопасно. И удобно. И комфортно.

Хотя я в глаза не видел никаких городов и не представлял, все ли хотят переселяться именно в эту сторону. Вариантов в целом было не очень много для простого селянина. Либо на войну, либо пахать, либо в город.

Со слов Аврона на войну почти никто не хотел. Селян и так грабили, так еще и жизнь положить. Пахать – ради чего? Чтобы урожай забрал кто‑то другой? Нет, конечно. Аврон уже сбежал от такой жизни, растеряв всех своих родных. И он не единственный – в чем я был уверен на сто процентов и больше.

– Где же ты, старик, – пробормотал я и обошел лачугу. – Не мог же ты исчезнуть, черт!

Мысли о новом поселении, укоренившиеся в голове, не давали мне покоя даже когда я уже дошел до места. Поселение должно как‑то существовать. Но как что? Как община? Как такая же деревня? Только вкладывающая ресурсы в собственное развитие.

Звучало логично. И правильно. При правильном управлении даже один человек мог бы централизованно решать, что делать с ресурсом. Или решать можно было бы коллективно. Вариантов масса, но они пока нереализуемы, так как нет людей. Я и Аврон.

Четыре руки – здорово, но нам нужен толчок. А еще лучше – сперва вообще отстроиться, потому что будет стоять у дороги такая же хибара, как у Отшельника – никто не подойдет и близко.

– Ну, чего ты? Передумал? – по‑доброму начал старик, завидев меня еще издалека.

– Нет, но у меня новый план, – ответил я. Трое суток не видел Отшельника, а как будто прошла целая вечность. – Я никого не приведу к тебе.

– Так ты нашел людей? – хмуро удивился он. – Не может быть!

– Нашел. И за рекой их много, но я туда не добрался. Я дошел только до дороги.

– Дороги… – эхом повторил старик. – Интересно получается. И близко она?

– День пути. Тебя ничего не коснется, Отшельник, но мне понадобится тетрадь.

– Так, – он медленно переваривал информацию, пытаясь привыкнуть к новой реальности. – Люди есть. Их много?

– Деревни, – я и сам задумался сперва над тем, как лучше описать количество, какие единицы выбрать, но сошелся на населенных пунктах.

– Ого! – воскликнул Отшельник и сразу же пошел за дом, присел рядом с очагом и принялся разжигать огонь. Из складок его балахона тут же вывалились грибы, которые он спешно подобрал с земли. – Присоединишься? Белые, нашел неподалеку, – с плохо скрываемым удовольствием проговорил Отшельник. – Почистить только осталось.

– А мясо?

– Убрал про запас. Зимой грибы не растут.

Некоторое время старик повозился с костром. Ничего специфического он не сделал, но все же пламя разгоралось из рук вон плохо.

– Влажность высокая, – проскрипел он, а, когда пламя наконец‑то принялось пожирать веточки, успокоился и занялся грибами. – Давай, рассказывай. Что случилось и как ты умудрился за три дня сходить и вернуться обратно. Хорошее ли было путешествие?

– Познакомился с одним… селянином, – ответил я и принялся рассказывать.

Обычно большие путешествия требуют огромных описаний. Происходит множество событий. Великих событий. Но для меня даже тот факт, что я добрался до цивилизации и поговорил с кем‑то кроме Отшельника, уже был настоящим подвигом.

Поэтому я рассказывал все в подробностях – а чего еще хотеть от шестнадцатилетнего парня. Но смех смехом, а старик меня внимательно слушал, иногда хмурился, но не перебивал и дал мне спокойно договорить.

– Интересная история, – ответил он, когда я закончил свой рассказал. – Ты хочешь привести его сюда?