Дневниковые записки ростовского сыщика

Все элементарно, Ватсон, – хвастался Федя Ло‑ сев, – никто до меня этого не придумал. И немного помолчав, продолжил :

Когда я был на Украине, то там через своих друзей познакомился с одним парнем из г. Хмельницка, с кото‑ рым придумали способ поставки «макухи» (маковой соломки), в г. Ростов‑на‑Дону. Федя Л. затянулся сигаретой и важно стал продолжать:

Так вот, думали мы думали с Петей из Хмельницка, как безопасно поставлять «макуху» в г. Ростов‑на‑Дону и вдруг меня «осенило»: «А давай по почте!» – вдруг предложил я Пете.

Как это по почте? – спросил у меня удивленно Петя.

А так, по почте. Будешь «макуху» поковать в целлофановые пакеты и затем посылкой отсылать на мой адрес.

У Пети аж глаза на лоб полезли.

Во дает Ростов. Молодец, Федя. Вот это придумал. Голова, – только и смог сказать Петя.

Вот с тех пор, – продолжал Федор, – уже полгода таким образом получаю «макуху». И все нормально, никакого риска. Скоро придет еще посылка, покайфуем.

После получения такой оперативной информации в отношении Лосева была активизирована оперативно‑ розыскная работа.

По адресу проживания фигуранта была проведена проверка и установлено, что Лосев Федя по месту своего жительства проживает со своей женой. Квартира расположена на втором этаже двухэтажного дома по улице Казахской. Сам Федя Лосев работает токарем на заводе «Ростсельмаш». За Лосевым было установлено наблюдение с целью установления всех его преступных связей, образа жизни и поведения. Для реализации полученной информации были подключены все силы и средства, имеющиеся в арсеналах органов внутренних дел.

Задача хорошего оперативника при реализации любой оперативной информации – провести оперативно‑розыскные мероприятия таким образом, чтобы преступник ни в коем случае не смог установить источника информации.

При реализации этой информации я разработал бесхитростный план. Для того, чтобы полученная информация стала «гласной», решено было познакомиться с заведующей почтового отделения, расположенного на улице Казахской, и частично ввести ее в курс проведения оперативных мероприятий. В те годы такие мероприятия можно было проводить без опаски их разглашения. К органам внутренних дел и особенно к уголовному розыску в те годы относились с большим уважением. И потому лишний раз предупреждать людей, особенно руководителя, о неразглашении полученной информации практически не было смысла.

С заведующей почтового отделения мы определились таким образом, что по получении очередной посылки на имя Лосева Федора, информация немедленно поступает мне.

Дальнейшие действия договорились проводить так:

Людмила Ивановна, (так звали заведующую почтовым отделением), получив посылку на имя Лосева, Вы тут же сообщите мне, и я с группой сотрудников приезжаю к Вам на почтовое отделение и в присутствии работников почты проверяем посылку. Для этого мы шилом, через щель почтового ящика, сделаем прокол в пакете и, если из почтового ящика посыплется маковая соломка, то поступим таким образом, – продолжил я, – Вы позвоните в дежурную часть ОВД и сообщите, что при разгрузке посылок из одного из почтовых ящиков высыпалось какое‑ то подозрительное вещество. После чего мы с экспертом прибудем на место и, взяв вещество, проведем химическую экспертизу.

– Ну, а дальше? – спросила заведующая.

– А дальше!? Если экспертиза подтвердит, что изъятое вещество наркотик, то будем проводить мероприятия по задержанию негодяя. Уведомление о получении посылки Лосеву вы отправите только после того, когда мы будем готовы. О проведении мероприятий никто из ваших сотрудников не должен знать. В день вручения уведомления на выдаче посылок и бандеролей поставите нашего сотрудника.

И вот день «Х» наступил, на выдачу посылок решили поставить одного из вновь прибывших сотрудников. Это был Мишуков Эдик, прибывший в ОВД недели две назад после окончания школы милиции. Необходимо было провести оперативные мероприятия таким образом, чтобы у жулика не возникло никаких подозрений.

С восьми часов утра Мишуков Эдик, одетый в рабочий халат, как заправский почтовый работник, уже выдавал посылки и бандероли. Для связи с нами у Эдика была рация, которая, как показали дальнейшие события, оказалась бесполезной в условиях почтового отделения, кирпичное здание мешало проникновению радиоволн. Так называемая «группа захвата» состояла из меня и еще троих сотрудников ОУР Первомайского ОВД. Наш автомобиль находился метрах в пятистах от почтового отделения. Для связи с Мишуковым у нас тоже была рация.

«Брать» Лосева решили после получения им посылки по дороге к дому. По нашему указанию извещение о посылке Лосеву отнесли где‑то около 9‑30. Мы надеялись, что получив уведомление, Лосев тут же побежит получать посылку, но не тут‑то было. Наш фигурант осторожничал. Целый день, без завтрака, обеда и ужина мы прождали в «засаде» (в а/машине), а так как дело про‑ исходило зимой, то мы изрядно подмерзли. Нервы у всех были на пределе. «А вдруг Лосев что‑то почувствовал или каким‑то образом узнал о проведении мероприятий?!» – эти мысли кружились у нас в головах.

Рабочий день подходил к концу, и потому надежд на появление Лосева в почтовом отделении уже не было. Но, как и настоящие охотники, мы терпеливо ждали.

Лосев появился в почтовом отделении только к закрытию. Мишуков Эдик выдал ему посылку и затем, зайдя в подсобку почтового отделения, стал нас вызывать по рации, которая, к большому сожалению, ничего, кроме шипения и треска, не издавала. Эдик понял, что в условиях кирпичного здания наша рация превращалась в бесполезную игрушку. Поняв все это, Мишуков выбежал на крыльцо почтового отделения и стал руками и ногами махать в нашу сторону, издавая еще при этом какие‑то непонятные звуки и подавая какие‑то странные сигналы. Со стороны, для несведущих, это выглядело, наверное, смешно, но нам было уже не до смеха. Нам стало понятно, что посылка «ушла» без нашего контроля. А тут как назло автомобиль не заводился. Со всей прыти я и еще один сотрудник бросились бежать к почте, где на крыльце «плясал» Мишуков. Подбежав к почтовому отделению, мы узнали от Эдика, что Лосев получил посылку и, скорее всего, пошел домой.

Со слов Мишукова фигурант ничего не заподозрил. К этому времени машина завелась и подъехала к нам. Тут же, быстро посовещавшись, решили Лосева «брать» дома. Дом Лосева находился недалеко от почтового отделения.

Подъезжая к дому фигуранта, увидели, что вокруг дома уже «кружат» наркоманы.

Действовать нужно было быстро и решительно. Дверь квартиры «вылетела» мгновенно. Вбежав в квартиру Лосева, мы увидели такую картину:

– Лосев и его жена стояли у раскрытой посылки и расфасовывали маковую соломку по газетным пакетам. Они ничего не успели понять и потому не успели среагировать и придумать свою версию. Наручники защелкнулись на руках Феди. В присутствии понятых наркотики были изъяты. В процессе работы с Лосевым в условиях ИВС был установлен и поставщик наркотиков из г. Хмельницка. Мероприятия по задержанию Пети из г. Хмельницка проводили с участием УУР МВД Украины. В адресе Пети изъяли около пятидесяти килограммов маковой соломки. Для проведения оперативно‑следственных действий Петю этапировали к нам в г. Ростов‑на‑Дону.

Так был закрыт еще один канал поступления наркотиков. Лосев и его подельник Петя были осуждены и получили реальные сроки лишения свободы.

После этого случая у наркоманов района появились обо мне анекдоты: