Зарисвет

Весть о гибели Карога тут же разнеслась по армии Калахорна. Поскольку при разгроме ставки короля были перебиты и его ближайшие помощники, калахорнцы остались без вождей. А тут ещё Ботвига, извещённый посланцем Яробора, ударил с другой стороны. Лишившись руководства, захватчики поддались панике и обратились в беспорядочное бегство. Многие из них попали в плен. Поражение Калахорна было сокрушительным. Условиями заключения мира стали роспуск большей части армии Калахорна и запрет на появление его воинских отрядов в обширной области вблизи границы с Руверонией. Пленных вражеских воинов Яробор использовал для разрушения всех крепостей Калахорна, построенных в приграничных с Руверонией областях, а также для укрепления стен Форта и Росса. После принесения клятвы никогда больше не воевать с Руверонией пленные были отпущены на родину.

Теперь западная граница уже не была столь опасной, как прежде, и Яробор смог наконец‑то вернуть Ботвигу, своего лучшего друга и советника, в столицу. Жители Руверонии сочли, что именно рождение княжича Зарисвета принесло великую удачу в войне с Калахорном и знаменовало наступление лучших времён! Так с самого рождения Зарисвет стал любимцем всей страны.

 

ДЕТСТВО ЗАРИСВЕТА

 

Родители Зарисвета, сами почти не знавшие мирной жизни, хотели для своего наследника иной доли. Натила пригласила лучших учителей и наставников, чтобы обучать Зарисвета разным наукам и искусствам, мечтая, что вырастет из него просвещённый правитель, который возвысит Руверонию не воинской силой, а мирными делами.

Но хотя Зарисвету и легко давалось обучение грамоте и наукам, деятельная натура всё больше склоняла его к физическим забавам и воинскому делу. Однако, в отличие от Яробора в детстве, у Зарисвета не было товарищей среди сверстников, не с ними он предавался забавам на досуге. Дело в том, что проявившиеся в нём с младенчества богатырская сила и горячий нрав делали его опасным для ребятишек: увлёкшись состязанием, Зарисвет мог невзначай покалечить товарища. Только с матушкой он был всегда очень осторожен и нежен. Поэтому с детства Зарисвет всё свободное от наук время проводил среди дружинников отца. Молодые воины, хотя и нередко подтрунивали над юным княжичем, охотно принимали его в свою компанию, отдавая должное его силе и способностям. Особенно много времени ему уделял воевода Ботвига. Так и не заведший собственной семьи, Ботвига любил Зарисвета, как сына, и заменял ему отца на время отсутствия Яробора. Среди молодых дружинников своей силой и ловкостью выделялся Валитар – племянник Ботвиги. Будучи на четыре года старше, Валитар сначала был непререкаемым авторитетом для Зарисвета. Потом, когда Зарисвет подрос, они какое‑то время соперничали и даже ссорились. Но, в конце концов, стали лучшими друзьями.

Несмотря на мечты княгини о мирной жизни для сына, Зарисвет с юных лет обучался и воинским премудростям: время всё ещё было неспокойным. И к двенадцати‑тринадцати годам он уже превосходил в поединках многих взрослых дружинников. Однако к его великому огорчению Натила настояла на том, чтобы Яробор не брал его для участия в битвах. Натила боялась, что юное сердце рано зачерствеет, станет спокойно относиться к страданиям и смертям людей, пусть даже вражеских воинов. Она надеялась, что лихие времена скоро закончатся, и сыну вообще не придется кого‑то убивать. Яробор, со своей стороны, тоже не хотел раньше времени подвергать его опасностям, не будучи уверенным, что Зарисвет готов к настоящим битвам не только по силе, но и по зрелости, уму, хладнокровию.

В трудное для Руверонии время Словетон помог ей защититься от врагов, теперь же он сам очень нуждался в её помощи. Воинственные кочевники который уже год грабили землепашцев в южных, самых плодородных землях страны, увозили урожай, и Словетону грозил жестокий голод. Нужно было отогнать орду подальше на юг, восстанавливая по пути древние словетонские крепости для охраны освобождённых земель. Но сделать это было непросто, поскольку кочевники обычно избегали крупных битв с дружиной Загора, улетали в степь на своих стремительных и выносливых лошадях, а через некоторое время снова нападали на мирных землепашцев. Загор с Яробором составили план, который должен был вынудить кочевников‑ордынцев принять битву. Взяв с собой лучших дружинников на самых быстрых конях, Яробор пошёл рейдом по тылам орды. Они выследили несколько крупных табунов и перегнали лошадей ордынцев в Словетон, под стены ближайшей крепости. Кони – основное богатство кочевников, и им ничего не оставалось, как попытаться их отбить. В этой битве Яробор очередной раз оценил достоинства своего боевого друга. Благодаря Дару князь успевал везде – и прийти на помощь тем, кому было труднее всего, и настигнуть отступающих врагов. Яробор старался выбирать для поединков предводителей ордынцев. Многие из них пали от его меча. А Зарисвет вынужден был только наблюдать за битвой с крепостной стены: мать согласилась отпустить его с отцом только под клятвенное обещание, что он не будет участвовать в сражениях. Кочевники так и не смогли отбить свои табуны. Для союзников удача была двойной: дружины Загора и Яробора пополнились отличными лошадьми, а ордынцы понесли большой урон и вынуждены были уйти далеко в южные степи. Словетон начал восстанавливаться в своих древних границах.

Но Яробору не довелось отпраздновать с Загором эту победу над кочевниками. Пришла весть, что Корн, новый правитель Калахорна, младший брат Карога, за прошедшие годы в тайне собрал новую армию и, коварно нарушив договор о вечном мире, двинулся на Руверонию. Хорошо, что разведчики заблаговременно обнаружили выдвижение армии из глубины Калахорна. Это дало время подготовиться гарнизонам крепостей и послать гонцов к Яробору. Загор отдал ему большую часть захваченных у ордынцев коней, чтобы у каждого руверонского дружинника было по сменной лошади. Опять Яробор помчался на запад. Несмотря на все уговоры, он не взял с собой Зарисвета, напомнив ему об обещании матери. Не повезло и Валитару, неплохо показавшему себя в битве с ордынцами и очень хотевшему отличиться и на войне с Калахорном: его Яробор отправил с вместе с сыном в Цастр под предлогом сопровождения раненых и необходимости защиты столицы. Валитар не без основания решил, что князь не взял его с собой, чтобы он присмотрел за Зарисветом, и долго ещё дулся за это на княжича:

– Почему я должен возиться с этим ребёнком? Мне уже семнадцать, князь сам похвалил меня после битвы и сказал, что я уже зрелый воин. Вместо того, чтобы сейчас скакать с дружиной, мне приходиться быть нянькой, – демонстративно громко ворчал Валитар.

Через год Зарисвет припомнит Валитару эти слова.

Поручив Ботвиге вести дружину, Яробор в одиночку помчался вперед на неутомимом Даре. Корн уже преодолел пограничные укрепления (Яробор горько пожалел, что не успел построить там мощные крепости) и двигался к Форту. Неожиданное появление князя в Форте пресекло панику среди его защитников. Организовав оборону города, Яробор послал гонцов навстречу Ботвиге, чтобы предупредить его об условных сигналах, когда защитники города будут готовы сделать вылазку для совместного удара по врагу. Сам же помчался в порт Росс, который стоял подальше от границы. Яробор рискнул забрать большую часть гарнизона Росса, чтобы использовать этот отряд для нападения на калахорцев у стен Форта с третьей стороны и совсем сбить их с толку, надеясь, как и в прошлую войну, посеять среди них панику.