Живой лес

Я закусила губу, пытаясь справиться с потоком эмоций. Предательски резануло глаза, я украдкой стряхнула рвущиеся наружу слезы. Порывисто метнулась, отмеряя шагами небольшой скальный островок и лихорадочно обдумывая возможные варианты действий. В висках стучала горячая кровь, я отвела взгляд от Ратмира. Он был холодной статуей, безнадежно далекой от меня. Говорить бесполезно, словно внутри угловатой фигуры безжалостно затерли способность к состраданию. Бежать – отбилось в голове. Уйти. В эту минуту. Немедленно! Пока еще не стало поздно. Скорей!

Я покосилась на лошадей, которые продолжали переминаться у скалы. Что если сейчас совершить отчаянный побег? Пустое, поморщилась я, шанс опередить жениха неумолимо стремился к нулю. Мой будущий муж, как того требовало соглашение, заверенное Старой Кочергой и причитающимися ведьме пауками, решительно отрезал пути к отступлению, словно мощная плотина на пути довольно скромной речушки. Всего лишь один шанс… разорвать внезапно свалившиеся узы. Один… Подошла к самому краю обрыва, манившему бескрайними умиротворенными просторами, скрывающего за линией нисходящего солнца родной дом. Посмотрела вниз на головокружительную высоту. Несколько камней из‑под ног сорвались и, резво отскакивая от скал, полетели вниз. Закружилась голова. А что, если…

Цепкие пальцы буквально впились в мой локоть, больно дернули, развернув так, что из‑под ног поднялось облачко пыли.

– Алёна!..

Голос звучал негодующе и почти с угрозой. Я подняла голову, с вызовом глядя в коричневые глаза, наполнившиеся пронзительной темнотой. Влажные щеки охладил порывистый ветер, принося с собой отрезвление. В самом деле, что со мной? Нельзя сдаваться, встретив первую кочку на своем пути. Даже если эта кочка кажется непреодолимой горой… Что бы не говорил беспринципный жених, у меня много шансов выйти сухой из воды. Я резко выдернула руку и попятилась, пытаясь не показывать страх.

– Я Вам не подхожу, Ратмир. Я не та, кого Вы ищите. – Покачала я головой. – Я совсем не люблю лес, я равнодушна к диким зверям, к уединенной жизни…

– Обманываешь… – слова прошелестели совсем близко, Ратмир тихо рассмеялся. – Впрочем, не время тебя убеждать. Не пытайся перекроить судьбу, Алёна. Смирение – наш главный помощник.

– Вот и смиритесь!.. – отбрила я, но фигура снова надвинулась, наползла на меня, бессовестно сокращая расстояние.

– Чем больше ты брыкаешься, тем будет больнее. А итог все равно один… – он схватил меня за руку, сжал пальцы в теплой ладони, поднимая и прижимая к своей груди. Я не рыпалась, затаившись и недоумевая, каким образом умудрилась вляпаться по самые уши. Комары и навязчивые женихи – совсем не та участь, о которой мечтала ученая девица.

 

Глава 5

 

.

Непутевый кот и его хозяйка.

Вниз мы спускались молча. Желание выспрашивать подробности моей предполагаемой счастливой семейной жизни отпало начисто. Усталость и опустошенность накатили волной, словно целый день я потратила на перетаскивание тяжелых кирпичей никак не меньше, чем в гору. Сказались напряжение и тревога последней недели, а странный разговор на горном плато поставил жирную точку всем моим девичьим мечтам. В глубине души я надеялась, что это замаскированная запятая, но сил бороться уже не было. Я сосредоточила внимание на окружающих деталях. Свежий лесной воздух, пронизанный ненавязчивыми ароматами листвы и хвойных масел, теплое покладистое животное подо мной, птичья трель, взывающая партнера к любви… Солнце скрылось за горизонтом, надвигались сумерки и вечерняя спокойная тишина. Я расслабилась и спокойно дышала, веря, что это приведет в порядок разметавшиеся по сторонам, словно стая ворон, мысли.

О чем думал Ратмир – оставалось загадкой. С момента нашего знакомства прошло не более двух часов, но жених (одобренный ведьмиными червяками, про это я не забывала) вызывал все больше сомнений. В свою тетрадь, где я описывала свойства элемента под названием Ратмир, я решила добавить новые эпитеты – тиран, сдвинутый, мерзавец (можно и не ставить запятые). Так то! Но на каждое сумасшествие найдется еще большее умопомешательство – это я знала точно. Посмотрим, кто из нас больший безумец!

Внезапно неумолимо захотелось добраться до кровати и сладко уснуть… отдохнуть и забыть сумасшествие этих дней… Я зевнула. Испытаний на сегодня достаточно! Где‑то в поместье меня ждут любимый Ку‑ку и тетка Клозель, очевидно, принимающая успокоительное из‑за моего слишком долгого неподконтрольного отсутствия. Я не могу бросить на злобу этого субъекта свою маленькую разношерстную команду. Кто знает, какие глупости придут тирану на ум, попытайся я бежать. Вспомнишь неприятность – вот и она (то есть он) собственной персоной.

– Все в порядке? – раздался самый нелепый вопрос из всех возможных.

– Да, если можно назвать порядком творящееся безобразие… – промычала я под нос.

– Уже темнеет, нам надо торопиться. – С этими словами «неприятность» взяла поводья моей лошади, и некоторое время мы ехали в странной связке. Чрезмерно сосредоточенный жених в драном камзоле и девица, наружностью более походящая на выброшенную из воды русалку, о чем явно свидетельствовали нездоровая бледность, мокрые глаза и спутанные ветром волосы.

Лошади, казалось, сами двигались в нужном направлении, ведомые невидимой нитью. Вскоре я расслабилась и поняла, что Ариадна несет меня прямо за Чернышом, обхватила её шею и блаженно прильнула к теплому, пульсирующему жизнью, и такому мягкому и нежному телу. Несмотря на движение животного подо мной, я почти уснула и в полудреме видела гигантские деревья‑исполины, перешептывающиеся ветвями, слышала шум леса, странный, глубокий, увлекающий, как будто деревья переговаривались друг с другом покачиваниями и треском ветвей, обсуждая незваную гостью, призванную навсегда быть запертой в их окружении…

Сознание резко вернулось, когда мы остановились. Я подняла тяжелую ото сна голову, всмотрелась сквозь едва подобравшуюся темноту. Высилась громада особняка, в на фоне сизых деревьев угадывались контуры каменных стен и несколько горящих окон в центральной и левой части. Два крыла, уходящие в глубину леса, – перед нами парадный вход с широкой лестницей. Строение не выглядело многолюдным, а сад утопал в темноте, выдавая провинциальный образ жизни обитателей. Горели два факела, давая свет, достаточный лишь для того, чтобы беспрепятственно подойти к особняку.

Я бросила быстрый взгляд на Ратмира и получила пристально‑оценивающий в ответ. Хмыкнула – почти привыкла к неприличной манере жениха изучать невесту, словно растянутая в опыте лягушка. Лишь бы не приближался, а то лягушка неожиданно обернется озлобленной крысой с двумя рядами хоть и мелких, но довольно острых зубов! Повелитель лесов и комаров… Кстати, удивительно, но ни разу еще не встретила здесь комара.

Ратмир что‑то крикнул в темноту, и из‑за дома, кряхтя, выскочил взлохмаченный сутулый мужик, на ходу натягивающий жакет. Увидев нас, он тихо охнул и засуетился вокруг лошадей. Без сомнения, хозяин дома навевает страх и на своих слуг. Червяковый жених подал руку, чтобы я смогла спуститься.