Бессмертный

Юноша скинул заплечный мешок и высыпал его содержимое прямо на пол тоннеля. Дагна, морщась, прикрыл глаза рукой, когда посыпались яркие искры.

Едва просмоленная пакля, наконец, занялась, к брату присоединился Ноч, аккуратно спустившись по толстому канату.

– Где командир? – спросил он у Минуса.

– Да где‑то там, – кивнул в том направлении, откуда слышал голос дварфа, Минус. – Не знаю, чего не подходит.

– Спросить не пробовал? – едко поинтересовался Ноч. – Может нам к нему надо?

– Слышь, ты… – начал было Минус, но только махнул рукой, передумав, и, стараясь не сильно шуметь, прошептал. – Командир, мы идем!

Внезапно отблеск факела отразился на паре сверкнувших во тьме, будто фонари, глаз. Братья моментально замерли. Минус медленно поводил факелом из стороны в сторону, но больше ничего не разглядел.

– Ты видел? – одними губами, спросил Ноч, отступая на шаг.

– Видел, – так же практически беззвучно ответил Минус и осторожно позвал. – Командир?

– Да иду я, иду! – проворчали из тьмы. – Факел убери в сторону пока.

Минус облегченно выдохнул, и, уже было сделал шаг навстречу, когда Ноч вцепился в его рукав, удержав на месте.

– Не‑не, погоди, – сглотнул Ноч, оттаскивая его дальше к свету, что лился с поверхности. – Может это какая тварь подражает его голосу?

– Ты что, рехнулся? – вскинул брови Минус и резко высвободил руку. – Тут кроме нас троих никого нет, иначе командир бы сказал.

– А если он уже мертв, а теперь эта тварь заманивает и нас к себе? – не унимался осторожный Ноч. – Ты оружие взял?

– Вот ты, конечно, перестраховщик! – ухмыльнулся Минус. – Куда я тебе под землю с полуторником полез бы?

– Заткнись и найди уже что‑нибудь, – яростно зашипел на него брат, выхватывая собственный клинок из ножен и напряженно всматриваясь во тьму. – Вон кирка валяется! Его точно сожрали!

– Спрячь железо, не позорься! – отмахнулся Минус. – Щас докажу, что это он!

– Молчи! – едва не взвыл Ноч.

– Командир, а правда, что, когда дварф ходит до ветра, то стук стоит такой, будто щебень в канаву сыпется? – громко прошептал во тьму Минус.

На самой границе света факела бесшумно показался коренастый широкоплечий силуэт.

– Ты что, совсем придурок? – проворчал Дагна, опуская ладонь, которой прикрывал лицо, и выразительно поглядел на старшего О’Тола. – Факел, говорю, убери! Глазам больно!

– Да тут один умник подумал, что тебя какая‑то тварь сожрала, – сказал Минус, сунув брату факел и похлопал его по плечу. – Сзади пойдешь, герой.

Дварф перевел вопросительный взгляд на Ноч.

– Виноват, командир, – смущенно опустил голову юноша, вкладывая меч в ножны. – У тебя глаза так светились, никогда такого не видел. Разве что у кошек похоже. Но совсем не так.

– Не вини себя, парень. За бдительность хвалю, – Дагна подобрал кирку и, не оглядываясь, пошел обратно к проделанному пролому. – Тебе бы поучиться у брата, Минус. Под землей и верно всякое водится. Но, к счастью, не здесь.

– Так, это, командир, – спросил Минервус как ни в чем ни бывало, с интересом разглядывая тоннель в трепещущем свете огня. – Получается, ты все‑таки во тьме видишь?

– Да, – коротко ответил дварф.

– Я ж тебе говорил, – повернувшись к мрачно шагающему брату, довольно осклабился Минус. – А ты «не слыхал, не слыхал».

– И что, все дварфы так могут? – подал голос Ноч, игнорируя улыбочки старшего брата.

– Нет.

– Командир, а как ты к нам подобрался так, что мы тебя не услышали?

– С пятки на носок, вонючий пепел! – раздраженно прошипел Дагна. – Слышь, Ноч, он когда‑нибудь затыкается?

– Да интересно же, – пожал плечами Минус. – Слушай, а почему ты в темноте видишь, а другие нет?

– О, Зерор Всеотец… – издал скорбный стон Дагна. – За что мне все это?

– Да перестань, – не унимался Минервус. – Может, мы с брательником хоть этому научимся. Навык‑то полезный.

Дагна молча остановился перед проломом, думая о чем‑то своем.

– Так чего, командир?

Ноч положил руку на плечо брата и резко сжал, намекая, что нужно наконец замолчать.

– Если бы ты знал цену этой учебы, то унял бы свой пыл, – глухо проговорил Дагна, шагнув в пролом. – Приведите сюда людей, а я пока осмотрюсь.

 

 

Глава 5

 

Тридцать лет назад.