Блогер Междумирья. История Юны

Меня зовут Юна Колесникова. Мне 23 года. И я журналист. Правда, буквально год назад я с отличием окончила ВУЗ, и специализация у меня – экономика. Но это уже не важно. Я люблю наш телеканал, у меня самый офигитительный коллектив в мире, но…. Капец, не могу поверить… Крис права – надо двигать дальше. Однако кошки орали на душе и раздирали её на кусочки…

Утром голова была тяжелой, а будильнику было всё равно. А вторнику и подавно. И хотя Крис мне сегодня дала отгул, нужно было еще подготовиться к собеседованию. Только вот как? Я не знаю даже о какой работе идет речь. Начальница спросила – ты мне доверяешь? И скинула адрес. Вот ведь.. Такой вредной женщины еще поискать нужно. Ок, оденусь, тогда как обычно – на работу. Брючки, свитерок. Вроде как можно и в администрацию поехать, и на соревнования, и в больницу, и на стройку, и на кладбище – куда меня только Кристина Юрьевна не отправляла. Белые локоны подкручу немного. Реснички подведу слегка, блеск на пухлые губы, грудь вперед. Плывем навстречу успеху и летим – тоже вперед, приземляясь ровно на локти и колени.

Петькин чемодан нагло торчал из‑за угла. Сдвинуть его не было сил. Пнула в надежде, что что‑нибудь в нем разобьётся из‑за моих пострадавших конечностей. Но огромному неподвижному монстру было все равно на мои желания. Как в принципе и Петьке. Знаете, что он мне подарил на мой день рожденье – ни‑че‑го. А знаете, как мы проводили наши выходные – он лежал на диване и не хотел ни‑че‑го. А знаете какое у него высшее образование – ни‑ка‑ко‑го. А в чьей квартире мы живем… Вот и Крис сказала, что не мой это человек. Правда она сначала поддерживала меня, истории рассказывала, почему иногда мужчины не дарят подарки… но потом тоже махнула рукой. Вот и я махнула. Так что попытка дубль два – плывём к успеху с гордо поднятой головой.

На улице было ‑30. А на автобусной остановке тоже человек 30. Все вместе мы и погрузились в муршрутку. Дышать было тяжело как никогда. В какой‑то момент мне показалось, что по ноге что‑то ползет. Я дернулась, но не сильно. Люди, облепившие меня со всех сторон, не давали даже руку поднять. Движение повторилось, но уже выше бедер. Что за… Я начала извиваться ужом и тут двери открылись. Пассажиры высыпали на улицу. Практически все. На другом конце салона остался только мужичок, который тихонько дремал в тепле. Как ему удалось расслабиться в этой толпе было не понятно. Я осмотрела свой пуховик и ничего не увидев – успокоилась и уселась на сиденье.

Через 20 минут я уже стояла перед высоченным офисным зданием. У стекляшки окна были заморожены на первом этаже, а на остальных сверкали прозрачностью. Никаких вывесок и опознавательных знаков, что это за фирма и чем здесь занимаются. Только табличка с адресом, скромно прибитая даже не на здании, а на красивом декоративным, прозрачном заборе, опоясывающим всю территорию на приличном расстоянии от офиса.

В сообщении Крис, был какой‑то номер. То ли 635, то ли 985. Не помню. Я нырнула в карман и нащупала пустоту. Во втором лежали ключи. Сразу вспомнилось то неприятное ощущение, словно по тебе что‑то ползет. Украли. Мой смартфон стащили в маршрутке. Жаль, ныть было некогда и холодно, поэтому я направилась к домофону и набрала цифры по памяти. Первый номер – дал тишину, а вот на второй набор динамик разразился писклявым голосом:

– Имя?

– Юна Колесникова, я на собеседование.

– Не знаю таких, – прописклявил голос и отключился.

Да щааас! Я снова набрала тот же номер.

– Имя? – ожил домофон

– Послушайте, у меня собеседование, мне назначено. Впустите меня наконец, давайте разберемся. На улице ‑30.

А в ответ тишина. Пискля отключилась снова. Лааадно. Я начала набирать все номера, приходящие в голову. Но домофон больше не отзывался. Тем временем пальцы переставали слушаться и кнопки я мучила уже костяшками. Тыкая последние две минуты одну и ту же кнопку, я услышала, как подъезжает машина. Но сил повернуться уже не было. За спиной заскрипел снег и дверь передо мной открылась. Открылась, чтобы запустить в тепло приехавшего. Ну нет милый, один не войдешь – пронеслось в голове, и я схватила окоченевшими пальцами мужчину под руку, чтобы залететь в офис вместе с ним. Задеревенев на морозе, даже не сразу поняла, как мужик выбрался из моего захвата, и я очутилась на полу.

Из‑под мохнатой шапки на меня с неприязнью смотрели оранжевые глаза. Тихо пробормотав – «аккуратнее», он развернулся и пошел в сторону стеклянного лифта. Странно было то, что несмотря на мохнатое нечто у него на голове – одет он был легко. Черное пальто. Строгий кромби, но оно явно не для зимы, тем более нашей северной. На ногах – демисезонные дерби. Интересно… Даже если ты ездишь на машине, то до неё ещё нужно добежать по нашим снежным завалам. Мужчина зашёл в лифт, дверцы закрылись. Он развернулся и похоже, что начал разглядывать меня…. И ему было на что посмотреть. Я ведь так и сидела на полу.

Стало стыдно. За него. Как можно было пройти мимо и не помочь девушке подняться. Ну и фиг с тобой, отмороженный. Я осторожно отлепила ладошки от пола, потерла их друг об друга и попыталась встать.

– Добрый день, Юна. Я так понимаю вы ко мне на собеседование. Ну что ж… Начнем. Вы опаздываете и совершенно недопустимым образом проникаете в здание корпорации. И это при том, что у вас есть вся необходимая информация, для того чтобы попасть сюда обычным вертикальным образом.

Я развернулась на голос. Метрах в пяти от меня в кресле сидела девушка приятной внешности. Идеально белые волосы холодного оттенка, ни одной желтоватой прядки, уложены в аккуратную ракушку. Глаза, лишь слегка тронутые тушью, смотрели с насмешкой, красная помада на узких поджатых губах не скрывала попытку спрятать улыбку. Она поднялась, продемонстрировав идеально сидящий на ней синий брючный костюм и предложила следовать за ней.

Торопливо подскочив, я рванула за ней, по дороге быстро разматывая свой шарф. В помещении было ощутимо тепло, а одежды на мне как на капусте. Моя провожатая завернула в один из коридоров, потом снова свернула и снова, и снова, а я поняла, что не успела толком осмотреться и заблудиться здесь довольно просто. Потом была лестница, снова два поворота и вот наконец кабинет.

– Меня зовут Антонина, – сказала девушка, пропуская меня в кабинет и закрывая дверь.

– У меня украли телефон, – я решила всё‑таки объясниться, – а в нем был код от домофона, и я его не запомнила и поэтому не смогла попасть. Пыталась подобрать, и мне даже кто‑то ответил, но увы впускать не захотели.

Слушая мои объяснения, Антонина, достала из шкафа вешалку и предложила мне снять пуховик. Я с удовольствием выбралась из горы одежды, повесила всё в шкаф, присела на стул возле стола и осмотрелась. Не большой кабинет был современным и уютным. Из шкафов только один, для одежды. На столе – ни одной бумажки, зато огромный монитор моноблока. Небольшой диванчик с парой кресел окружили чайный столик. Огромное окно в пол слегка покрытое зимкой подглядывало за метелью и открывало вид на заснеженный пустырь перед зданием и чащу леса за ограждением. Но уют создавала не мебель и не вид из окна. Повсюду стояли цветы. И они цвели. И еще… я не знала ни одного названия из этих цветов. Даже не так… я никогда не видела ничего подобного. Листья отливали то сиреневым, то розовым оттенком, а цветущих бутонов было непомерно много. И у всех разные оттенки. Растения, словно вьюнки тянулись по установленным специально для них заборчикам и цветение делало конструкции практически не заметными. Стена из‑за этого была похожа на покрывало из живых цветов. А что еще удивительнее, если внимательно смотреть, то станет заметно что растения… двигаются… Я зависла.

– Итак, Юна, что вы знаете о нашей вакансии, – отвлекла меня Антонина.

– Если честно – ничего. Мой главред сказала, что мне здесь все расскажут.