Блогер Междумирья. История Юны

– Отлично, – удовлетворенно кивнула моя собеседница. Итак, вы находитесь в корпорации Междумирья. Мы работаем в разных направлениях сфер деятельности разных носителей жизни. Отрасли корпорации – долго перечислять, да и вам это не нужно. Ваше направление – это эмоционирование живых существ нашего офиса.

Я моргнула. Потом моргнула еще раз. Убрала прядку за ухо и уточнила: «Каких существ?»

– Живых, разумеется, – невозмутимо продолжила Антонина. – С неживыми, знаете ли, проще. Забил запрос в программу и всё что неживое задумало – сразу тебе полным списком.

– А что значит эмоционирование? И я ведь журналист… не понимаю пока фронт своих обязанностей, – я честно пыталась вникнуть, а вдруг это у них профессиональная лексика такая, может «Междумирье» это программа такая…

– Ваша вакансия у нас совершенно новая и должностная инструкция еще формируется. Если попроще, то вы должны общаться с нашими сотрудниками и заполнять полученной информацией ленту компании.

– Аааа, – облегченно выдохнула я, – значит вам нужно корпоративную страничку в соцсетях вести. А где? Вк, Ок, Тг? И о чем конкретно писать? Успехи, достижения, инновации?

– У нас своя социальная сеть, – удивила меня Антонина, – и вы получите в нее доступ. Если, конечно, мы договоримся. А писать нужно будет о… как бы объяснить… в общем слухи нужно будет рассказывать… Ну кто с кем общается, кто кого подсиживает, что делают вне рабочее время… Это такой развлекательных контент. Но вам подробнее Лилиана расскажет, ведь это была её идея.

– Она будет моим руководителем?

– Она будет твоим геморроем, девочка, – проскрипел писклявый голос.

Знакомый, кстати, писклявый голос. Я обернулась. В дверях стояла старушка «божий одуванчик». Жидкие кудрявые седые волосики украшала заколка в виде шляпки. На белом платье с огромным количеством рюш гроздью свисали крупные зеленые бусы. Из‑под рюш виднелись зеленные лодочки, украшенные большими белыми цветами.

– Анфиса Степановна, у меня собеседование. Зайдите пожалуйста попозже, – Антонина попыталась выставить старушку.

– Ой, Тонечка, ну брось. Она уже здесь. А я ведь честно пыталась не пустить её. Вот зачем ей это надо? Ну временно же это счастье‑то? А сердечко‑то потом как собрать? Это у Лильки оно пустое. Ничего бестии не сделается. А эта девочка, ох горевать будет. Да и Лилька, своего так просто не отдаст. Слышь, ребенок. Беги отсюда. И дорогу сюда забудь.

– Анфиса Степановна, ну‑ка не пророчь. Ты ж максимум на два месяца вперед видишь. Кто знает, чем закончится…, тем более поздно уже. Видел он её.

– Да что он там видел? Одни глаза. Вся ж замотана перемотана была, в шарф упакована, – бабулька вновь переключила своё внимание на меня. – Давай, девочка, тряпочки свои натягивай и бежать. Я провожу и дверь прикрою.

Я встала и пошла к шкафу, хватит с меня этого дурдома.

– Юна, да не слушайте вы Анфису Степановну. Она уже как двести лет свой дар передала, её крупицами сейчас и не видать ничего, – начала уговаривать меня Антонина.

– Вы знаете, что вы странные? – нахмурилась я, – вы говорите не‑но‑р‑ма‑ль‑ные вещи. Как Крис вообще могла меня сюда отправить? Приеду в редакцию, все выскажу. Интуиция у неё… ты мне доверяешь… спрашивала она… подстава какая‑то…

Бабулька, внимательно прислушиваясь к моему бурчанию, перевела взгляд на Антонину:

– Ведьма что ли?

Антонина кивнула:

– дар не раскрытый, но сильная. Её четко спросили – стоит или не стоит. А она к Юне сердцем привязана. И отправила её к нам. А ты портишь всё. Без тебя тут есть кому подумать, – злилась нанимательница.

Но я уже вышла из кабинета, снова наматывая шарф. Хотя всё это жутко интересно, но с психами работать я не хочу.

– Юна, постойте, – выскочила за мной Антонина, – послушайте, все не так плохо. К тому же мы не обсудили еще вашу зарплату. И да, у нас для вас будет непривычно, но это только поначалу. Потом вы со всем разберетесь, и ваша жизнь никогда не будет прежней.

Я попятилась от белокурой. И как она мне могла понравиться вначале.

– 300 тысяч, – хитро улыбнулась Антонина.

Я остановилась, не веря своим ушам.

– И это только на испытательном сроке. Если лента будет пользоваться успехом, можно будет говорить и о повышении суммы. А с твоей характеристикой – у тебя точно всё получится. Давай вернемся в кабинет?

300 тысяч. Это ж можно и ипотеку взять. Все равно придется съезжать с квартиры, которую мне телеканал предоставляет. Мысли бежали и спотыкались от открывающихся возможностей. И, конечно, я вернулась в кабинет. Ну подумаешь – психи. За такие деньги можно и потерпеть. Тем более фирма выглядит солидно. Опасности вроде никто не представляет. Только что они там про разбитое сердце говорили… Боятся, что я на какого‑нибудь начальничка западу? Ерунда. Я сюда за работой пришла. Да и после Петьки мне еще долго раны зализывать придется.

В общем, в кабинет я вернулась. Старушка, к слову, никуда не ушла. Уселась на диванчик с кружечкой чаю и старательно пыталась слиться с интерьером.

Я снова размотала шарф, закинула вещи в шкаф и присела возле стола.

– Итак, дамы, – начала Антонина, – возвращаемся к прерванному разговору. Юна, ты нам идеально подходишь, не против перейти на ты? – я кивнула, – но впереди у тебя встреча с Лилианой. И к ней нам нужно подготовиться.

– Как именно? – насторожилась, прокручивая в голове «300 тысяч, 300 тысяч в месяц»

– Идея создать в нашей соцсети страницы со слухами о сотрудниках корпорации полностью принадлежит Лилиане. У неё явно есть свой интерес. Правда я пока не понимаю какой именно…

– Вы мне так и не ответили, кто такая Лилиана? – я покосилась на старушку, но она молча уставилась в свою чашку.

– Юна, я тебе сейчас отвечу предельно честно, но обещай, не делать скоропалительных выводов?

Я кивнула, предвкушая подробности. Больно уж много не обычного в этом собеседовании.

– Я подбираю кадры для этой корпорации уже 7 лет. И таких Лилиан на моей памяти уже 14. Каждые полгода наш руководитель заводит новую начальницу маркетингового отдела. И каждая из них ждет от него предложения.

– Но пока никто на себе его так и не женил, – ожил божий одуванчик на диванчике.

– Анфиса Степановна, – укоризненно посмотрела на одуванчик Антонина, – не перебивайте меня пожалуйста.

– А при чем здесь я? – удивилась я.

– Все просто. Каждая из начальниц, когда ее срок подходит на вылет, активно начинает придумывать не стандартные ходы. Способы заинтересовать начальника разные. Кто‑то внешность, кто‑то умом пытается. Изобретают каждый раз что‑то новенькое. Хотят доказать, что они очень ему нужны. Вот и у Лилианы остался до вылета один месяц. И она внезапно придумала взять в штат журналиста. Зачем? Я думаю, она тебе сама расскажет. Но проблема в том, что она просила найти журналиста либо мужчину, либо даму в возрасте, а я нашла тебя. Но раз твой главред тебя прислала, значит на это есть причины и у нас всё точно получится. Ведьмы они всегда чётко такие вещи чувствуют.

– Хм… Во‑первых Кристина Юрьевна – не ведьма, – почему‑то мне стало обидно за свою начальницу. – Во‑вторых – не понимаю зачем вам это? Ну нашли бы действительно мужчину…