Цветы Персефоны
– Насколько страшный? – спросил Ян, внезапно заинтересовавшись не столько своим другом, сколько уровнем ужасности его сна, но тут же схлопотал удар локтем в ребра от Анны, заставивший его фыркнуть от боли. – Эй, как грубо!
Такой же загадкой, как и его дружба с Анной, для Алекса было и то, как Анна с Яном могли терпеть друг друга. Ян был хулиганом. Иногда складывалось ощущение, что он весь состоит из грязных слов. В то же время он был славным малым, симпатягой с взъерошенными волосами и бегающими, как у хитрого проныры, глазами. У него было три брата. Он был самым младшим, тем, кому доставалась вся изношенная одежда и старые игрушки… и тем, кому оставалось меньше всего любви. Но этот недостаток любви компенсировался дружбой с Анной и Алексом.
Анна была его полной противоположностью. Умная, с чувством собственного достоинства, из богатой семьи. Как и Алекс, она была единственным ребенком.
То, что сделало бы другого невыносимым, в ней, напротив, воспитало скромный характер, в котором не было даже намека на высокомерие или хвастовство. А еще она с каждым годом все больше хорошела…
Алексу стало не по себе при мысли о том, какой привлекательной она стала. Как она превращалась из девочки в девушку, как прекрасны были ее глаза и вздернутый нос, из‑за которого она еще больше походила на заучку. Алекс всегда повторял, что она напоминает ему Гермиону Грейнджер, подругу‑всезнайку Гарри Поттера. Когда он так говорил, она злилась и уходила, громко и сердито фыркая, в точности так же, как та самая выдающаяся ученица Гриффиндора. Алекс гордился дружбой с ними, их связью, гораздо более сильной, чем любые материальные или культурные различия.
– Это было очень странное видение. Доска опустилась, и будто через окно я увидел… – Алекс пересказал свой зловещий кошмар.
– Это точно был греческий Акрополь? – спросила Анна, уже зная ответ.
– Я видел его тысячу раз в книгах отца. Могу нарисовать тебе план с точным расположением каждого здания с закрытыми глазами. Я абсолютно уверен, это был он.
– Ты, видимо, и правда рехнулся, раз говоришь, что Цифра была красивой… – недоверчиво пробормотал Ян, ухватившись именно за этот момент в рассказе. – Совсем чокнулся, – тихо повторил он.
– Ян! – упрекнула Анна.
– А что? – насмешливо улыбнулся мальчик.
– Посмотрел бы я на тебя, если бы ты увидел змей на ее голове, – сказал Алекс, все еще дрожа от этого воспоминания.
– Нет уж, спасибо, у меня офидиофобия[1], как у Индианы Джонса, – помрачнел Ян.
– Посмотрите‑ка, это что‑то новенькое. Буду знать, – подмигнула Анна. – Только, боюсь, Алекс не рассказал всей правды. – Ее глаза напряженно блеснули.
– Что ты имеешь в виду?
– Урок, конечно, был скучным, но давай будем честны, ты никогда не был хулиганом. И всего лишь две недели назад с тобой уже было что‑то подобное. То, что ты описал, может быть не сном или кошмаром, а галлюцинацией или… видением. Ты хорошо спишь по ночам?
– Ты употребляешь наркотики? – обеспокоенно спросил Ян.
– Нет, конечно нет. Как ты мог подумать? – сказал Алекс, обидевшись. – Ты ведь меня знаешь. – Алекс вздохнул. В конце концов, если поделиться тем, что с ним происходит, возможно, станет легче.
На футбольном поле победители принялись праздновать забитый гол криками и прыжками. Облака над головой все темнели, и вскоре все небо окрасилось в безрадостный металлический серый цвет.
– Анна права. Я почти не сплю по ночам. Боюсь сомкнуть веки. Когда закрываю глаза и засыпаю, вижу кошмары и… – его голос задрожал, и он ничего не мог с этим поделать. – Ощущения становятся все более и более интенсивными.
– Тебе снится одно и то же? – спросила Анна с интонацией врача.
– Более‑менее. Сегодня это был красивый корабль в море. Он плыл, разбрызгивая пену при каждом движении кормы. На нем была вырезанная из дерева человеческая фигура. Она могла говорить и пророчествовать о будущем. Капитаном был мой отец, и вся команда, почти двадцать человек, безоговорочно ему подчинялись. Когда они увидели берег, чудовищный морской зверь разорвал корабль на две части своими ужасными щупальцами и отправил его в морские глубины. Это было ужасно. Я проснулся весь в поту, сердце колотилось как бешеное.
– Да, приятель, у тебя очень странные сны. Может, перед сном полистаешь журналы, которые я тебе оставил на той неделе…
– Не неси чушь, Ян. Этот корабль, это ведь «Арго», не так ли?
Алекс кивнул.
– «Арго»? Что такое «Арго»? И как ты вообще поняла, как он может называться? – Ян раздражался все больше и больше.
– «Арго» – это корабль, на котором Ясон и его команда плыли в Колхиду в поисках золотого руна, – пренебрежительно пояснила Ана.
– Аргонавты? – Ян тоже слышал об этом знаменитом мифе.
– Точно. Вот почему нос корабля говорил, ведь он был создан самой богиней Афиной из священного дерева, – заключила подруга.
– Откуда ты все знаешь? – спросил Ян с завистью. Ему не удавалось запомнить элементы периодической таблицы, что уж говорить о классических мифах. Он вспомнил, что дома был диск с фильмом по мифу, и он решил его пересмотреть…
Девушка покраснела, на щеках появился румяный оттенок смущения.
Горячий спор футбольных команд на поле перерос в настоящую драку. Пара учителей, болтавших у входа в школу, похоже, не заметили этого.
– Так что, – резюмировал Ян, – твои сны связаны с мифологией. Может, найти психолога? Или «Бога войны»[2]?
– Ян, пожалуйста, не время для шуток, – упрекнула Анна. – Нам с тобой это может казаться странным, но Алекс живет с этими историями с детства. По причине, которая от нас пока ускользает, все, чему учил его отец, теперь всплывает в подсознании. Но мне кажется, важно не то, что он говорил, а сама травмирующая ситуация.
– Сколько я должен вам за консультацию, доктор? – Ян умел раздражать.
– Дурак! – Анна встала со скамейки и ударила друга в руку. – Тебе стоит поговорить с матерью, Алекс.
– Боюсь, ты права. – Ему совсем не хотелось вести долгий семейный разговор, но найти источник проблем все же стоило.
[1] Офидиофобия – боязнь змей.
[2] «Бог войны» (God of War) – серия компьютерных игр в экшн‑жанрах hack and slash и action‑adventure. Основана на древнегреческой и скандинавской мифологии.
