Дар

– Кнуд, вы такой наивный, им была нужна крепость для плацдарма, а не партизанский отряд в тылу, там уже к вечеру не осталось никого живого из жителей. Господа, отведите его светлость в темницу. А эту сучку свяжите и ко мне в спальню. Я подожду, пока она придет в себя, иначе она не сможет меня достойно позабавить.

Я скрежетал зубами от бессилия, но на краю зрения виднелась иконка, уведомляющая меня, что токсин, запрещающий мне пользоваться магией, должен был действовать еще пару часов. Темница оказалась обычным подвалом без окон, зато с толстой деревянной дверью. Из оружия я взял с собой на обед только маленький кинжал, который у меня отобрали перед уходом. Хорошо, что хотя бы оставили пару свечей. Тюфяк на полу набитый соломой был единственным предметом обстановки.

– Из огня да в полымя,– недовольно сказал я, когда остался в одиночестве и вспомнил обстановку спецкаюты.

За первые полчаса я простучал все стены, проверил все швы между камнями, несколько раз проверил на прочность дверь пинками и потерял единицы жизни, ушибив палец. По всему получалось, что даже с киркой побег занял бы у меня не один день… Оставалось ждать возвращения магии. Хотя, что я ей мог сделать? Выбить дверь порывом ветра? Нереально. Придушить стражника и забрать ключи? Да, когда за мной придут, но что за это время Юрген сделает с Ингрид? Да и если конвоиров будет несколько, они могут успеть меня вырубить. Однако, одна идея у меня таки возникла.

Меня уже трясло от волнения, когда таймер "запрещенного волшебства" отсчитывал последние секунды. И когда проклятая иконка исчезла, я подлетел к двери. Дерево, в сущности, губка. В нем полно воздуха или воды, и если я могу управлять стихиями, то смогу справиться и с этим материалом. Сначала я повысил давление внутри досок около петель до десяти атмосфер, затем резко создал вакуум вокруг. И тут же проклял свой идиотизм. Только чудом фонтан щепок не попал мне в глаза, а только посек лицо. Негромкий хлопок, с которым все произошло, судя по всему, не привлек внимания. Я поднял тюфяк, чтобы использовать его как щит и увидел под ним Олега.

– Что, любопытно, тварь?! Лучше бы ты помог, скотина!

Однако, булыжник не проявил ни малейшей склонности к кооперации и я, вознеся молитву духу бобра, вернулся к своей экспериментальной методике деревообработки. После пятого раза, я восстановил ману вторым дыханием, подобрал Краеугольный Камень Мироздания и несколько раз от души жахнул им по покалеченной двери, предварительно создав вакуум вокруг точки удара что бы не нарушать тишину, и она нехотя начала заваливаться на меня. Я постарался как можно тише опустить ее на пол и выбрался наружу.

В коридоре прямо на полу спал мертвецки пьяный стражник, охранявший мою темницу. Я приложил его по голове Камнем на всякий случай, забрал меч, кинжал, плащ и поспешил на помощь Ингрид.

Я тихо проскользнул за спинами бойцов, охранявших вход в подвал. В большой обеденной зале на втором этаже несколько десятков воинов с топорами в кольчугах и хорошо знакомых мне волчьих шлемах распевали песни на островном наречии:

Allons enfants de la Patrie,

Le jour de gloire est arrivé !

Contre nous de la Imperie,

L'étendard sanglant est levé *

*начальные строки республиканского гимна.

Я затаился под лестницей пропуская прислугу и под громовое "Aux armes, citoyens! Formez vos bataillons!" прошмыгнул выше. И только тут до меня дошло, что я совершенно не знаю куда идти. К счастью, я почти сразу наткнулся на аппетитную служанку, которая тащила вниз поднос с пустой посудой. Без всякой тайной мысли она рассказала мне дорогу к обители Юргена, приняв за одного из клановцев, а затем недвусмысленно намекнула, где я могу ее найти минуток через десять, чтобы утолить ее одиночество.

В холле четвертого этажа знакомая компания ветеранов распивала вино, закусывая сырами. Порывом ветра я распахнул окно и потушил факелы, а затем вдоль стены проскользнул незамеченным дальше за поворот коридора, пока они кляли непогоду. Я оказался перед запертой дверью в покои коменданта. Пьянка в холле продолжилась. В этот раз я, наученный горьким опытом, встал в стороне и начал методично ломать дверь прикрывая шум вакуумом 'удушения'.

Наконец, дождавшись очередного громогласного "Aux armes, citoyens!", я пинком выбил дверь, вломился в темную комнату и тут же получил чем‑то тяжелым по голове.

Очнулся я на полу. Голова болела, потолок плыл перед глазами. Ингрид сидела рябом со мной на коленях. Я с трудом сел. Помещение, в котором я оказался, больше напоминало интерьер роликов сайта BDSM.com.mars, чем спальню коменданта форта. С потолка свисали кандалы, в углу располагалась кровать под балдахином. У стены стояла пара станков непонятного предназначения. Хотя нет, предназначение, на самом деле, было достаточно понятно…

– Прости, пожалуйста, я не думала, что это ты! – Прошептала волшебница.

– Спасибо, что живой,– мрачно буркнул я, с трудом поднимаясь на ноги.

Посреди комнаты лежал в луже крови труп Юргена.

‑Чем ты его так?

– Он с дозировкой зелья не угадал, меня всего на полчаса усыпило. Потом я спящей только притворялась, и, когда он меня развязал и лапать полез, я его же кинжалом и прикончила. Жаль, до завтра колдовать у меня не получится…

– Понятно. Надо убегать отсюда. Я постараюсь нас вывести. Сейчас только в себя приду немного.

Через час песни немного утихли. Все островитяне в холле спали кроме одного, справлявшего нужду в открытое окно. Без всяких помех мы спустились и добрались до конюшни. По пути я забрал из каморки свой меч.

С сеновала слышались характерные вздохи и охи. Не обращая на них внимания, мы запрягли лошадей, запаковав в седельные сумки самое необходимое из телеги, выехали в открытые настежь неохраняемые ворота и направились дальше в сторону гор.

– Мы будем искать Трикса? – спросил я, когда мы немного удалились от форта.

– Нет, я даже не представляю, где он и остатки княжеской дружины. Юрген, скорее всего, соврал – им не было никакого резона двигаться на север. Думаю, Трикс, как и мы, тоже постарается уйти в горы.

Пара уроков верховой езды, которые мне устроила Ингрид по пути в форт, оказались как нельзя кстати. Хотя галоп все еще пугал меня до дрожи в коленях, я запросил пощады только через пару часов езды.

Мы решили заночевать в небольшой рощице у дороги. Все равно погоня могла начаться только на рассвете, когда моя любимая волшебница уже восстановит боеспособность.

Наутро дико болели ноги. Голова кружилась то ли от сотрясения, то ли от слишком частого использования магии, но я был бодр и весел по сравнению с Ингрид. Все заклинания, которыми она себя поддерживала после битвы за Арос, спали, а обновить их она не могла из‑за продолжающегося действия настойки. Рана на руке снова открылась и начала кровоточить, от слабости бедняжка не могла даже сидеть. Кое‑как я наложил повязку, перенес лагерь подальше от дороги и пошел в ближайший хутор, чтобы купить телегу. В седле ни я, ни волшебница держаться бы не могли.

Деревенька располагалась чуть в стороне от дороги и состояла почти из десятка дворов. Разговаривать со мной никто не хотел, все посылали к старосте. Староста Ингвар, невысокий кряжистый старикан с седой козлиной бородкой и блестящей лысиной, почти полчаса выяснял у меня всю мою подноготную и даже проверил подорожные. За бешенную цену в золотой мне таки удалось уговорить старосту расстаться со своим транспортным средством. Он даже довез меня до нашей стоянки и помог перезапрячь лошадей.