Девайс

Захар был небольшого роста коренастым молодым человеком. Совершенно обычным на вид. Даже хуже: совершенно незапоминающимся. Простоватое лицо с полными щеками, невысокий лоб, вечно торчавшие в беспорядке соломенные волосы. Неряшливый вид Захара и даже в каком‑то роде его внешняя запущенность хорошо подходили к его профессии. Молодой человек отстегнул поясные ремни от круглого обруча и спустился на пол комнаты. После тестирования устройства кожа лица горела – и вдобавок он чувствовал резь в глазах. Сколько всякого барахла на тему виртуальной реальности он создал своими руками, сколько часов играл, но обычно глаза так не уставали. В черепной коробке запульсировали невнятные далекие нотки боли.

– Одного я вот только не пойму… – продолжил Скаро, растирая слезящиеся глаза. – Я же программист… Я почти не тестирую видеоигры, я их создаю. Зачем вы меня позвали? У вас и так потрясающая штука получилась. Я даже представить не могу, как вам это удалось.

– Вы нам и нужны именно как программист! – ответил один из собравшихся в комнате людей. Это был высокий брюнет с двухдневной щетиной. Деловой костюм с тонким галстуком. Хищный взгляд, волевой подбородок. Акула, жаждущая сорвать куш. Захар за годы работы таких видел уже, наверное, за сотню. Каждый, кто запускает необычный стартап, хочет побыстрее навариться на фрилансерах, готовых на любой заказ. Этот прохвост представился Артуром Константиновичем, правда, фамилии своей при этом не назвал.

– У вас все и так прекрасно работает, – повторил Захар. – Я даже поражен, насколько хорошо! Как вам удалось настолько реалистично показать быт России в XIX веке? А эти аутентичные наряды и обстановка! Ваши художники постарались на все сто сорок шесть процентов! Еще раз скажу, просто потрясающе!

– Захар, а кто вам сказал, что это мы сделали? – вступил в разговор еще один человек, очень похожий на самого Скаро. Лохматый, заспанный. Этот обладатель узеньких глазок, спрятавшихся за очками, явно тоже был программистом и, возможно, очередным непризнанным гением. Назвался он Владимиром Борисовичем.

– Ну, купили движок…

– Это сейчас не важно! – властным тоном произнес мужчина в костюме. – Скажите, вы сможете, находясь непосредственно в игре, открыть в ней исходную консоль с кодом?

Захар нервно улыбнулся.

Наниматели бывают разные. Кто‑то и воровством промышлял. Было такое. И не раз. Особенно воровством дорогостоящего софта, который нельзя было по какой‑либо причине законно приобрести. Такое в его сфере деятельности было обыденностью. С подобными дельцами лучше никаких дел не иметь.

– О‑о‑о, ребятки, да вы, кажется, начинку сперли! Я в таких делах не помощник, ломайте внутренности сами. Я перепрошивкой и взломом больше не занимаюсь из принципа.

Артур Константинович сделал шаг вперед. Его глаза не моргали, хищная улыбка выражала уверенность, что любое его предложение будет безоговорочно принято.

– Два миллиона рублей. Два миллиона, если вы сможете взломать код внутри симуляции и предоставить нам все исходные данные. И еще четыре миллиона сверху, если поможете нам полностью разобраться с исходным материалом!

Захар вновь нервно улыбнулся. На этот раз ему начало казаться, что над ним прикалываются. Его явно троллят коллеги, может, кто‑то из дружков заказал настолько тонкий стеб? И все это снимается на камеру, как обычный дешевый пранк. Хотя что значит дешевый? Люди, стоявшие перед ним, были вполне себе суровыми. На лицах полная отрешенность, даже некая настороженность. Да и такого великолепного уровня игру невозможно создать ради банального розыгрыша.

– Вы серьезно? – решил уточнить Скаро.

– Серьезнее некуда! Контракт готов, нужна только ваша подпись.

– Допустим, я соглашусь! Но я не буду работать в вашем здании. Мне не нравится обстановочка.

Захар не лукавил. Ему действительно не нравился этот офис с тремя сотрудниками, пустыми кабинетами и такой же пустой регистратурой.

– Это не обсуждается. Устройство не может покинуть это помещение или здание компании. Само собой, вы должны понимать свою ответственность. – Голос Артура Константиновича был поставлен, как у профессионального чтеца.– Неразглашение любой полученной здесь информации. Коммерческая тайна. Ну вы же умный парень и понимаете, что такое штрафные санкции за урон, нанесенный компании. Про суд я и говорить не буду.

– Я думал, вы собираетесь продавать эти штуки в промышленных масштабах.

– Возможно, в будущем, – наконец вмешался в разговор третий человек, все это время стоявший позади и не вступавший в разговор. – Ваше решение, товарищ Скаро? Либо работаете здесь под нашим контролем и, так сказать, под присмотром, либо деньги заработает другой человек. Я уверен, наша страна все еще богата на умных программистов!

Захар внимательно посмотрел на третьего собеседника. Самого странного и серьезного из всех. Если задрота‑программиста и жадного предпринимателя можно легко вычислить, то этот тип оказался совершенно непроницаем. Стеклянный взгляд черных глаз внушал чувство подсознательной тревоги. С такими людьми не только не хочется вести никаких дел, но даже просто общаться. От них веет проблемами и секретами, а то и уголовным делом. Помнится, когда Захар пришел в эту компанию, тот представился, как Григорий Евгеньевич?

– Ладно… – промямлил Захар. – Попробуем! Но я хочу аванс. Деньги на банковскую карту! А что там будет с кодом, это уже разберемся по ходу. Сколько у меня на это времени?

– Хорошо, – отметил человек в костюме. – Время для нас не проблема.

– И я еще хочу знать, зачем вам все это?

– Это не ваше дело! – ответил мужчина с черными глазами. – Все, что происходит здесь, в этом помещении, подпадает под категорию коммерческой тайны. Помните это!

– Все веселее и веселее…

В диалог снова вмешался мужчина в очках:

– Захар Петрович, еще очень важный момент. Вы должны найти способ узнать внутренний код во время симуляции этого девайса. Вы не можете разбирать устройство. И никакого доступа через внешние гаджеты.

– Я понял…

Очкарик кивнул с улыбкой и продолжил:

– Также мы не видим, что происходит со сценарием игры во время вашего тестирования. Шлем автономен, к нему ничего не подключено. Как вы уже заметили, устройство шлема такое, что мы вас практически не услышим. Это, скажем так, издержки производства для полного погружения в сценарий.

– И как я вам тогда передам код? Я что, должен его запомнить? Вы с ума сошли?

Владимир Борисович поправил очки и снова улыбнулся, словно размышления на эту тему доставляли ему радость.

– Интересный вопрос. Продиктовать особо не получится… Да и это возможно будет долго и чревато ошибками. Но можно попробовать записать на обычной бумаге. Дайте нам знак рукой, что нашли то, что мы ищем. Остальное мы уже придумаем. И подадим вам какой‑нибудь инструмент.

– Код на бумаге? Вы издеваетесь? Там будут десятки тысяч символов.

– Нет, мы совершенно серьезно, – без тени иронии произнес очкарик. – И еще, после завершения сеансов тестирования мы ждем от вас отчеты о проделанной работе.