Дом для зелёного человечка

А вот до лагеря, о котором говорил Гиналла Ар, кажется, ближе всего: мы долетели уже до предгорий. Я постарался вспомнить карту. Кажется, навигатор показывал кроме направления и старую дорогу, которая вела в ущелье. А там наверняка кто‑то ждёт Гиналла Ар. Он об этом обмолвился.

И тут я подумал, что палеонтолог так и не устроил меня на работу. Значит, следователи мной обязательно займутся. А теперь они меня вообще потеряли: из‑за поломки фона меня как бы нет и в Дереве и нигде больше. Я пока вне закона, и когда меня найдут, мне несдобровать. И тут сообразил, что человек из лагеря меня устроит на работу. И тогда проблем не будет. Решено: надо добираться туда.

Я осмотрелся. Заросли рогоза стояли стеной с обеих сторон реки. Настоящий лес. Побрёл от реки обратно на пригорок. И тут только заметил, что потерял поясную сумку с кристаллами получения. Пощупал в кармане и ужаснулся ещё больше: элеката не было! Выпал! Побежал к месту, куда меня выбросила катапульта. И вздохнул с облегчением: мой элекат пискнул, подсказал, где он. Я увидел его у самой стены зарослей, он даже наполовину развернулся. И от падения, кажется, он не пострадал. Наверное потому, что был сложенным, когда я упал в воду. Только его нужно подзарядить. А вот сумки нигде не было видно. Ну, теперь всё равно.

Я полностью развернул своё многострадальное средство передвижения, раскрыл сетчатую батарею усиленного накопления. Плохо, что до заката остались какие‑то два‑три часа. Успеет ли насытиться элекат? А в ущелье солнце спрячется за горы быстро. Хуже всего, что и навигатор элеката показывал пустой экран. Понятно: он был настроен на схему Дерева. Какое‑то невезение. Я не стал разбираться, в чём дело, да и пока это мне никаких неудобств не предвещало. Я сейчас оторван от Дерева. Но доберусь до лагеря… И там всё устроится. Обязательно устроится.

Достал флягу воды с микроэлементами, отпил необходимую дозу. Постоял немного, постепенно насыщался. Хорошо, что день был солнечным. Покатил вручную элекат к дороге, которую видел в навигаторе. И скоро наткнулся на неё.

Она проходила где‑то в километре от речки. Покрытие было твёрдым и серым. Асфальт? Обочины заросли пыльной травой, и от дороги осталась только узкая тропа, но этого для двухколёсного аппарата было достаточно. Нужно просто внимательнее двигаться, не полагаясь на автоматику, ведь элекат больше приспособлен к езде по гладким улицам Дерева, чем по горным тропам.

Решив, что зарядки достаточно, а остальную подпитку машина получит в пути, я поехал.

Я даже не ожидал, что дорога так хорошо сохранилась. В паре мест она была, правда, размыта речкой, но такие участки я успешно обошёл, перенеся аппарат на плечах. Дорога чуть петляла вдоль старого высохшего русла по равнине, но потом начала взбираться серпантинами на холмы. А подъёмы съедали энергию быстрее, чем ровные участки.

Подпитывать от себя я его не хотел по двум причинам. Неизвестно, как скоро я сам смогу поесть: впереди ночь. А во‑вторых, я явно не успею доехать до захода солнца, а ведь нужно где‑то переночевать. Возможно, под открытым небом. От луны толку мало, тем более что она стояла на ущербе. Получать энергию будет неоткуда.

Мне повезло. Перед самым закатом увидел скальный козырёк, под которым сложенная из камня стена образовывала огороженную полость. Сбоку был проход. Посветил туда – а там небольшое помещение. Даже с каменной лежанкой. Дальняя стена тоже была перегорожена камнями. Если за стенкой пещера, то я с этой стороны был защищён.

Я не особо обрадовался этому «домику», но, по крайней мере, спать можно будет не под открытым небом. Я перешагнул через камни на полу, пробираясь к лежанке. Сбросил несколько камешков с неё. Потом подумал и принёс в грот травы для лежанки и элекат. Расстелил поверх травы плащ‑батарею. Спать не хотелось, и я вышел на воздух.

Солнце уже зашло за горы, было сумрачно, холодало. Нагретые камни постепенно отдавали тепло. И было красиво. Внизу шумела невидимая река, вершины подсвечивались желтоватыми вечерними лучами. Но дышалось не так свободно. Явно воздух тут был разрежён. Но не настолько, чтоб заболеть. Однако в темноте энергия терялась быстро. Хорошо, что летом ночь короткая, всего лишь двенадцать часов.

Я вернулся в пещерку. Я теперь надеялся именно от элеката получать энергию. Пусть он и разрядится хоть до нуля – утром наберёт энергию снова – но я точно тут не околею.

Я улёгся, укрылся плащом, подключился к элекату, посетовал на сквозняк и уснул. Что‑то даже снилось: неприятное и даже опасное, но я не запомнил, что именно. Запомнился только тёмный длинный коридор.

 

7. Кау‑горы. Лагерь

Разбудило меня чувство голода. Я вышел из своего «приюта». Солнце стояло над горизонтом, поэтому с едой проблем быть не должно. Возле «сакли» я установил элекат, раскрыл плащевую батарею, выпил воды и сам распластался на камнях. Пищи хватало, но хотелось ещё и чего‑то съесть, плод ли, насекомое. Но эту пищу найду в лагере. А пока – только лучи светила. Вспомнил, что утром долго лежат на солнце рептилии. Так и я потратил пару часов на питание.

Путь особых забот мне не принёс. Дорога уверенно вела в ущелье. Мне пока везло, что не приходилось топать ножками. Я ведь даже не одет для походов в горы. Ступни точно бы сбил. А в лагере, до которого километров тридцать, меня должен встретить тот самый третий посвящённый, о котором обмолвился Гиналла Ар. Вот там и экипируюсь.

Повезло, что отвесных скал, загораживающих от меня солнце, не было. Это меня радовало. Поначалу ущелье напоминало широкую балку с высоченными покатыми склонами, заросшими кустарником и травами. По дну текла речка с ледяной водой. Чуть выше неё, на склоне, и была проложена кем‑то дорога. В некоторых местах её занесло по обочинам землёй, в трещинах она заросла травой. Давненько дорогой не пользовались.

В одном месте дорога пересекала речку по мосту. Со стороны он выглядел целым, но я был уверен, что это обманчивое впечатление. Горная речка должна постоянно подмывать опоры моста. Но всё оказалось не так и плохо. К моему удивлению, часть моста хорошо сохранилась. Только в паре мест посередине дороги зияли огромные дыры, а по краям у остатков перил шла тропкой узкая ненадёжная полоса. Проехать по ней я не рискнул. Это подобие дорожки казалось очень узким, чтоб рисковать. Поэтому я перешёл мост пешком. Внизу в воде среди камней и валунов валялись полузатопленные перила.

За мостом склоны ущелья становились всё выше и круче. Но дорога уверенно вела вперёд. Вскоре я въехал в широкую долину, местами поросшую лесом. Здесь речка разливалась, дробилась на несколько проток. На холме напротив слияния рукавов стояли три переносных домика с зелёными крышами и стенами. Дорога вела мимо холма. Это явно тот самый «засекреченный» лагерь, о котором мне говорил Гиналла Ар.

Я подъехал к домикам поближе. К ним от дороги вела тропинка. Безлистье подтверждало «затерянность» этого посёлка. Я сложил элекат и направился по тропке к ближайшему сооружению.

И тут из одного из домиков вышел лист, зелёнобородый, как и погибший музейный палеонтолог. Это у них мода такая? Вышел и уставился на меня. Я помахал жилкой. Он минуты две решал, что делать, а я за это время поднялся на вершину холма и остановился рядом с ним.

Общение очевидное: он поинтересовался, кто я и как сюда попал.

Я в двух словах рассказал о катастрофе и гибели Гиналла Ар.

Он был поражён:

– Так он утонул?

– Трупа его я не видел. Но очень может быть, что он мёртв. Да ты возьми и проверь. Наверное, сводки в сети уже появились.