Дракон королевы

На побережье я гулял еще недолго. Внезапно меня окликнул странный мальчик в зеленой хламиде. Он сунул мне в руку письмо, поросшее тиной и крупную жемчужину. Наверное, ловец жемчуга. Я перехватил его руку. Не кожа, а слизь. И лицо у него с зеленой кожей, с жабрами и ушами, разошедшимися в форме раковин. Морской житель! Давно я их не видел. И тем более так близко. Опасаясь моего огня, они не приближались почти никогда. Ходили вокруг меня за метр, но вот, наконец, нашелся тот, кто посмел подбежать ко мне.

– Кто тебя послал? – я заметил это в его крохотных жабьих глазах. В них явно отражалось подчинение чужой воле.

– Все в письме, – не голос, а шуршание водорослей в воде.

И он ушел, кутаясь в накидку так, чтобы его никто особо не рассмотрел. Но ловцы жемчугом и торговки устрицами его знали. Видимо, он им помогал, и они не чурались его внешности. Удобный помощник. С ним самому не надо нырять в море.

– Не верь ему! – прозвучало из зеркала.

– Почему? Ты уже встречалась с ним на глубине? – я глянул на прелестную сирену в зеркале. – Он подводный плут, который всех вас дурачит.

И что‑то выманивает? Мне доводилось слышать о таких.

Нужно будет как‑нибудь найти время и навести в подводных царствах тот же порядок, что я навел на суше. В конце концов, я обязан следить за всеми волшебными существами в мире и их территориями. Такой уж у меня статус.

– Он изгой, – вдруг заметила сирена.

Что бы это могло значить? Что ему приходится обитать в каких‑то малопривлекательных лужах типа лагун, бухт или заводей с мертвой водой?

– Кому он служит?

– Кому‑то, – сирена точно не знала, ее серебристый голос напрягся, как струна от раздумий. – А я вот принадлежала королеве Лилофее, когда ее супруг правил морскими глубинами.

– Это она заточила тебя в зеркало?

– Нет, он. Морской царь, он и ее тоже держал в плену. Мою прекрасную хозяйку. Но она в итоге оказалась не против. А мне в море как‑то неуютно от того, что я не могу больше плавать сама, а сижу в зеркале Лилофеи. Унеси меня с собой.

Да, такая находка приятнее раковины, из которой слышатся голоса погибших моряков. Я даже не стал спрашивать сирену о том, где теперь ее хозяйка Лилофея, и правит ли все еще на дне ее супруг. О Лилофее я слышал и раньше, как и о многих других волшебных правителях, которых свергли еще задолго до того, как я объединил все волшебные королевства в одну империю. Империю Дракона, названную так в честь меня, дракона, единственного правителя здесь. Всех кто правил до меня как‑то разом не стало. Даже память о них почти стерлась. Король эльфов Дагда, королева фей Медея Шаи, царица вод Лилофея, королева Амаранта, Ланнан Ши и многие другие. Где они все сейчас? Я их не искал, а сами они не смели прийти ко двору дракона, чтобы засвидетельствовать свое почтения. Единственными, кто осмелился, попросить законного позволения оставить себе небольшие владения на моих территориях были королевы зимы, осени, весны и лета. С ними я даже подружился, хоть эта дружба порой и была опасной. Чего стоили одни проделки королевы весны Мирты и ее опьяняющее сонное вино!

Я надеялся, что с сиреной из зеркала крупных проблем не будет. На бывшую королеву вод она не слишком похожа. По внешности больше смахивает на рядовых русалок и водяниц. А с ними куда меньше неприятностей, чем с правящими особами. Я по опыту сделал вывод, что самыми большими капризницами оказываются девушки королевского происхождения.

– Рассказать тебе про мою госпожу Лилофею и ее чудесную морскую свирель? – верещало звонкое зеркальце, вернее его звонкоголосая обитательница.

– Как‑нибудь потом, – я смотрел на цепочку следов, оставшихся на песке от водяного посла. Они превратились в лужицы, полные мутной зеленоватой воды, хотя ни одна волна еще не успела их омыть. В них копошились какие‑то существа лишь отдаленно напоминавшие крабов. Я заметил, что у каждого из них человеческие головы и изумрудные то ли крылья, то ли жабры на спинках.

– Не смотри на них, смотри на меня, – снова раздался легким водным журчанием голосок из зеркала. – Разве я не прекрасней, чем все создания моря?

– Разумеется! – я сунул зеркальце и послание себе за пояс. Знала бы обольстительная сирена в зеркале, что я несу ее в подарок королеве Серафине. Хотя, вполне вероятно, что они с новой хозяйкой даже подружатся. Серафина обожала разные волшебные вещицы. А зеркальце ей даже не придется запирать в клетку. Ведь оно все равно от нее никуда не уйдет.

 

ТАВЕРНА НЕЧИСТИ

 

На капризную, прекрасную и богатую королеву постоянно кто‑то хотел напасть. Вероятно, она провоцировала врагов сама. Не удивительно, при ее‑то качествах. Я бы сам на нее напал, если б не завел с ней роман. А сейчас мне приходилось уничтожать ее обидчиков одного за другим. Хоть для меня это и было не особо сложно, но я уже сбился со счета. Сколькие пытались напасть на нее за одну неделю? Такое впечатление, что все правители мира сговорились против нее одной. Без меня королева Фаллота точно бы пропала. Вот и сейчас я спешил на очередную разборку из‑за нее. Нужно предупредить нападение, о котором мне донесли духи‑шпионы, летавшие по всему свету и все слышавшие или видевшие через замочные щели.

К Серафине на этот раз подослали убийц из Корунда. Раньше королевство Корунд принадлежало смертному королю, которого взяла в плен Темная Муза. С тех пор там поселилась нечисть, которая нагло заявила, что не обязана мне подчиняться. Все они тут изгнанные, обездоленные, озлобленные и, по крайности жизни, самостоятельные, поэтому я им больше не император и слушаться меня они не будут. Я пустил в ход когти и огонь, и нечистые силы тут же изменили свое мнение.

– Мы просто пошутили, ваше императорское величество, – заверещал их заводила, крепко пойманный мною за шкирку. – Мы больше так не будем! Чем мы можем искупить свою вину перед вами?

– Перед королевой, – строго поправил я, между делом раздумывая, а не посадить ли этого уродливого демона в клетку. У Серафины в подвалах, наверняка, еще остались заговоренные клетки, предназначенные для пленения конкретно волшебных существ, а не обычных зверушек. Хорошо бы рассажать всю эту артель бунтующих гоблинов и троллей по клеткам ее зверинца. Можно будет даже показывать их вражеским послам для устрашения и намекать, что мы в любую минуту можем выпустить их и натравить на чужую страну. Таким образом у Серафины появится хоть какая‑то защита кроме меня, и я смогу улететь восвояси.

Ну, вот, я уже думаю, как от нее освободиться. А духи, даже местные, с азартом шепчутся, что у меня роман с королевой. Уже в ушах от этого звенит.