Дрем. Вернуть невозможное

Поднялась, заходила по комнате. Рыжие волосы Шелы Баре уже отсвечивали чернотой истинного вида Элиш, и я кинула взгляд в зеркало. Да, для меня окунуться в воспоминания тоже было тяжёлым душевным переживанием… Волосы светлели, и, чтобы не выдавать свою слабость, я глотнула антителина.

– Элиш, не забудь, что ты сейчас не Элиш, – усмехнулась.

– Ой, правда, – воскликнула она, тоже пытаясь улыбнуться. Получилось не очень‑то убедительно, но я была рада и этому.

Элиш глотнула ампулу, тоже превратилась в себя.

– Я сейчас, – она вышла в сторону косметической. Приводить себя в порядок, полагаю.

Я подошла к столу. Поколебалась. Опустилась в пинокресло. Запустила запись, показывающую моего любимого… Ещё раз… ещё… Смотрела и не могла насмотреться… Приступы ледяной тоски окатывали сердце – и я ничего не могла поделать с ними.

Пока гиперком не просигнализировал, что сопоставление произведено.

Я отключила запись, глянула на выход к косметической – Элиш ещё не появлялась – и подала мысленный приказ.

Гиперком нашёл три‑четыре планеты, похожие на увиденный фрагмент. Я тут же вызвала Мивана Орикийе.

В это время вернулась Элиш. Глаза слегка покрасневшие… я улыбнулась, поднимаясь, взяла за руку и повела назад в косметическую. Там на возникающей из стены полке стояла стабилизирующая крем‑маска, и я молча подала её Элиш. Элиш нанесла тонкий слой на лицо.

– Спасибо, – несколько смущённо пробормотала она, пока лицо приходило в норму. – Мы… сами полетим его искать?

– Зачем? – откликнулась я, возвращаясь в гостиную. Элиш шла за мной:

– Не знаю… Я думала…

– В таком состоянии ты никуда не полетишь. А промедление не желательно… Я вызвала Мивана Орикийе, если ты не против, пусть он просмотрит эту информацию в твоей голове. Хорошо?

– Хорошо, – покорно вздохнула Элиш.

– Я не настаиваю! – воскликнула я. – Пожалуйста, если против, так и скажи. Просто думаю, что это нам поможет. Но можно отправить на все четыре планеты по отряду…

– Конечно, мало приятного, когда копаются в твоих мыслях, Луэли… Но я понимаю, это может облегчить поиск… Ведь вы с Барелом… ему доверяете, да?

– Да, больше чем многим.

– Хорошо, – кивнула Элиш.

В это время появился сам телепат, рядом с ним на силовой подставке летел мнемосканер. Фасеточные глаза чивита мерцали янтарным светом, а также я отметила, что оба жала пустовали. Обычно в моём замке представителям их расы не разрешается использовать смертельное, а вот парализующее, как правило, у моей личной охраны и Помощников высоких категорий всегда при себе.

Но я не стала заострять на этом внимания. Вероятно, он просто счёл, что появляться в моих личных покоях с заполненными жалами – не слишком подобающе…

Через несколько минут из четырёх планет у нас осталась всего одна – лучше и не придумаешь! А ещё через несколько отряд во главе со специалистом, занимающимся делом соновиков, вылетел на неё.

Не прошло и часа, как пришёл отчёт. Элиш всё ещё была у меня – прилегла на диван и задремала, пока я просматривала последние новости, доклады и сообщения. Я тихо позвала, и она, потирая глаза, подошла:

– Поймали?

– Сейчас увидим, – я запустила отчёт. На стереоэкране показалась планета Сарин, названная почему‑то по имени звезды, вокруг которой вращается, сектор Геркулеса. Далее в сжатом виде промелькнул поиск нужного здания при помощи мини‑зондов, оснащённых визосканерами, а также местной гипер‑сети. Возникни у меня желание, могла бы просмотреть это в нормальном времени – но сочла излишним.

После появилась дверь, в которую и вошли несколько солдат из отряда – как я поняла, остальные сторожили всё, что могло послужить выходом. Впрочем, такая предусмотрительность оказалась ненужной…

Элиш вскрикнула.

Последний соновик лежал на полу мёртвый. Скорее всего, думаю, убит, хотя рядом валялся и‑у‑лет, на котором наверняка окажутся лишь отпечатки горе‑подростка.

Не знаю, почему я была в этом убеждена, так же как и в том, что он здесь не просто прятался – скорее, его тут скрывали насильственным способом. Все следы ещё хоть чьего‑либо пребывания были убраны, но я не сомневалась, что выстрелил кто‑то из охранявших.

Убит соновик был несколько часов назад. Думаю, некто… скорее всего тот самый телепат… узнал, что соновик передал Элиш картинку планеты… и почему‑то вместо того, чтобы перепрятать его в очередной раз, предпочёл убить.

«Вот тебе и продолжение!» – усмехнулась я мысленно, всеми силами заставляя себя не предаваться очередным приступам жалости и тоски.

Мои специалисты обратили внимание на несколько неприметных деталей, подтверждающих, что сно‑телепат тут был не один. Среди них, например, следы от колёс робота‑повара, очевидно, не единожды проезжавшего по зданию. Едва ли робота могли запрограммировать на убийство, хотя…

– Черти хвостатые! – перебила размышления Элиш. – Робота предпочли перепрятать, а человека!..

– Может, робота тоже утилизировали, – пожала я плечами. Элиш посмотрела на меня, успокаиваясь. Я добавила:

– Робот – ещё более страшный свидетель. Хороший специалист может восстановить любую затёртую информацию. Подождём, вдруг его найдут.

– Если его кинули в утилизатор, то никто ничего не найдёт, – мрачно ответила Элиш. Я обняла её:

– Посмотрим. По крайней мере, дело соновиков как таковых точно можно закрывать. А вот кто там ими воспользовался… Похоже, уже совсем другая история.

– Луэли… – чуть помолчав, позвала она. Я обратила к ней вопросительный взгляд, и, помявшись, она спросила:

– Что мне делать… с Овелием?

Сразу вспомнился наш разговор, когда она только‑только забрала к себе бывших охранников Барела, а до этого – нашего отца.

– Тебе известно моё мнение.

– Но… Пока Роберт был жив… А теперь…

– Что изменилось теперь?

– Боль ослепляет, – прошептала Элиш. – Потеря… вызывает желание мстить.

– Угроза дорогому существу, страх за него… может быть гораздо сильнее, чем желание мести, когда всё уже свершилось.

Элиш вскинула на меня глаза и уж не знаю, что прочитала в моих, но свои отвела.

– Как бы поступила ты, Луэли? – прошептала она.

– Думаю… я оставила бы их на Дэкси, – отозвалась я.