Эксперт

– Не забудь с предохранителя снять, – предупредила Лин и кивнула на бластер. – Береги себя.

Я выбрался на захламлённую, явно заброшенную улицу и огляделся. Винты флаера сдували в разные стороны лёгкий мусор. Ближайший дом выглядел старым и запущенным, очевидно, тут никто постоянно не жил. Лин улетела.

Сначала всё шло слишком быстро и чересчур гладко. Показалось даже, что нас ждали. Но, разумеется, это было не так. Просто предупредил кто‑то из агентов, охраняющих здание. Я стоял с зажатым в руке бластером и старался меньше двигаться. На мне были заряженная всем необходимым распахнутая куртка поверх комбеза, шлем и перчатки. Всё чёрное. Наш фирменный цвет. Это не было обычным для меня облачением, но иногда и такое приходилось надевать.

Флаер с коллегами давно приземлился, но те почему‑то не спешили вылезать. Из‑за угла выскочила компания каких‑то типов зверского вида. «Дык‑дык‑дык…» – сразу же застучали звуки выстрелов. Судя по вспышкам, палили в меня, одна из «маслин» всё‑таки достала. Попали прямо в бронепластину комбеза, сбили с ног, поэтому остальные пули прошли выше. Уже из положения лёжа я выпустил всю обойму «умных» патронов, а потом осмотрелся. Вместо агрессивной компании валялось несколько трупов. Повезло. Но главное – никто не заметил, что на мне чёрное. А то обычными пулями не обошлось бы. Я мог ходить в любой одежде, в чём угодно, но в этом районе на сотрудников администрации велась постоянная охота.

Сзади кто‑то постучал по плечу. Я перевернулся на спину. Альб Сунац – один из новых модераторов, молодой парень, работавший первый год. Он был без шлема.

– Привет, а ты крут! – улыбнулся Альб. – Всех пострелял. Так и знал, что тоже придёшь.

– Приказ же, – буркнул я. Рёбра болели, но, скорее всего, отделаюсь синяком. – А сам‑то где был? Вот напрасно ты шлем снял.

– А, ерунда. Я здесь, во флаере сидел. Вместе со всеми.

– Чего так скромно себя вели?

– Поступило строгое указание: ни во что не вмешиваться. Найти возможность поймать кого‑нибудь из банды живьём. Руку давай, хватит валяться. Или тебя всё‑таки зацепило?

– Синяк наверняка будет, – скривился я, а сам про себя отметил, что такого удобного указания от начальства не получал. – В сё‑таки лучше надень шлем, а то здесь…

Но договорить не успел. В то же мгновение что‑то сильно толкнуло, и я снова потерял равновесие. Это вышло совсем не больно, только больше я уже ничего не помнил.

Когда открыл глаза, то обнаружил, что лежу на спине, а в уши как будто напихали ваты. Голова была совершенно пустая, ни единой мысли. Все они остались там, где‑то раньше, в прошлом, которое сейчас не мог вспомнить. Было спокойно и безразлично. Над головой распростёрлось голубое небо, а ко мне склонилась Лин, державшая в руках какой‑то прибор. Никак не удавалось понять, где нахожусь. Наконец решил встать и осмотреться. Ничего не получилось. Всё поплыло, земля закачалась, и я шлёпнулся на задницу. Комбез смягчил удар.

«Вроде жив. Интересно, что произошло?» – подумал я, пробуя подняться.

Лин помогла встать на ноги.

– Ты в порядке? – забеспокоилась девушка.

– Ы‑ы‑ы, а‑а‑а, – промычал я, разминая язык и горло.

– Как себя чувствуешь? Заряд отсроченного действия. Эти кинули. Альбу не повезло. На куски разорвало, теперь собирать будем.

Справа действительно валялись разбросанные фрагменты человеческого тела, только недавно бывшего Альбом. Я попытался заговорить с Лин, но пока плохо получалось. Значит, те бандиты всё‑таки прекрасно поняли, кто я. Обратили внимание на чёрный цвет. Кинули мину, на которой и подорвался Альб. Жалко его… Мы не были ни приятелями, ни друзьями. Почти не разговаривали. Но он был моим коллегой, работал в той же службе и взорвался вот так, прямо на глазах.

Тут на меня накатила новая волна головокружения и тошноты. Начало мутить, и Лин помогла сесть на землю и немного отдышаться.

– Голова… кружится, – я уже обрёл способность говорить. – А так вроде норм.

– Сколько пальцев?

Лин показала растопыренную пятерню.

– Пять, – сразу же ответил я. – А ты‑то здесь откуда? Улетела же.

– Вернулась, когда выстрелы услышала. Выглядишь что‑то не очень.

– Ты что, сквозь шлем видишь? – попытался пошутить я.

– Шатает тебя, тут и слепой увидит.

– А что случилось?

– Когда ты из флаера вылез, – старательно подбирая слова, произнесла Лин, – наши уже сели. Вдруг появились эти твари. Я уже на той стороне была. Потом рядом с тобой что‑то взорвалось, и ты упал. Я тут же рванула назад. Когда ты очнулся, все уже были здесь.

– Даже приказ ради меня нарушила… Спасибо, Лин. У меня странное ощущение… будто ненастоящее всё. Что‑то произошло, но никак не могу понять, что именно.

– Постарайся много не говорить. Контузило взрывом, – послышался голос человека, полностью скрытого защитным костюмом. – К плечу доступ дай. Клапан открой.

Это подошёл доктор Джалт, сравнительно недавно присоединившийся к нашей команде. После того как мы с Лин получили по инъекции какого‑то препарата, стало значительно лучше и мир сделался почти нормальным. Для чего док уколол Лин, я сначала не понял, а потом просто забыл спросить. Затем, значительно позже, док сам объяснил, что вколол мне энергетик вместе со стимуляторами для поддержки и ускорения заживления. Лин же получила лёгкий седативный препарат.

Тем временем подоспели ребята из второго флаера. Впереди шла одна из наших парамедиков с чёрным мешком. Она сделала несколько снимков, а потом принялась деловито собирать тело несчастного Альба. Кое‑кто из коллег помогал ей.

– Да, не повезло парню. Молодой совсем. А ты скоро в норму придёшь, – успокоил док. – Сейчас к шефу на расправу поедем. Я с вами. Приказано прибыть немедля.

– А остальные?

– Эти вместе с телом полетят. Он из их команды.

– Что произошло, пока я валялся? – спросил я.

– Да ничего интересного. Ты быстро очнулся, – начал пояснять док, помогая залезть внутрь кабины. – Нет‑нет, шлем не снимать. Мало ли что здесь в воздухе. Без фильтров дышать не стоит. Альб вон шлем снял, и где он теперь?

Вопреки ожиданиям Майк Скиннер почти не ругался и ничего осуждающего не высказывал. О проваленном по моей вине задании даже разговора не возникло. Шеф явно сильно переживал по поводу сотрудника, погибшего из‑за собственной безответственности. Потеря человека выбила шефа из колеи, и он утратил всякий интерес к неудачной операции. К этому моменту окончательно удалось прийти в норму.