Эриол. Судьба королевы

Он даже не сразу нашёл нужные слова для ответа. Просто смотрел на напряжённую спину своей рабыни, чувствовал, как участилось от волнения её дыхание, и молчал. А потом уверенно притянул её ближе к себе, обхватил ногами, руками, а голову положил на её плечо.

– Она не вернётся, – проговорил, понижая голос до шёпота. – Она мертва.

– Но Кери уверен в обратном, – королева сказала это ровным, но слишком спокойным голосом. Что уже само по себе выдавало её волнение, а точнее желание его скрыть.

– Он просто выдаёт желаемое за действительное, – поясни ей Мадели. – Тебе не стоит беспокоиться. Можешь мне поверить.

– Но почему ты так уверен в том, что она умерла? – Эмоции девушки всё же вырвались наружу, и эта фраза прозвучала даже с каким‑то надрывом.

– Не стоит так из‑за этого волноваться, – ответил Кай мягким тоном.

Его рука нежно гладила её по плечу, стараясь успокоить. Он даже попытался повернуть к себе её лицо, чтобы посмотреть в глаза, но она не позволила ему этого сделать.

– И всё же… – бросила Эри, желая услышать о причинах его уверенности.

И тогда Мадели чуть отстранился и, откинув голову на бортик ванной, всё же решил сказать ей правду. В конце концов, как он может добиться от неё полного доверия, если сам не желает ей доверять?

– Я видел, как её убили, – сказал он бесцветным голосом.

Эриол резко обернулась, не веря собственным ушам.

Он был там?! И позволил им сделать это с ней?!

Она уже собиралась обрушить на его голову весь свой праведный гнев, когда Кай снова заговорил:

– За день до своего ареста отец почти насильно отправил меня в Вертинию, – сказал он, глядя в потолок. – Поэтому обо всех событиях, произошедших тогда в столице, я узнал через месяц после его казни. Некоторые друзья и соратники моего дражайшего папеньки посчитали, что я буду счастлив узнать, как они расправились с той, кто отправил его на плаху. И решили не ограничиваться простым письмом, а прислали ко мне менталиста.

На этом моменте ирония окончательно пропала из его голоса, обнажая истинные эмоции, главной из которых была боль потери. Тем не менее он всё же взял себя в руки и продолжил:

– Скорее всего, ты не слышала об этом, но обладатели дара ментальной магии могут не только узнать всё, что творится в твоей голове, включая мысли и воспоминания, но и показать тебе свои. Вот он и показал… всё, что видел в ночь, когда убили королеву. И это было… страшно. – Кай сглотнул, будто снова возвращаясь в события тех видений. – Я словно на самом деле присутствовал там… стоял рядом, смотрел, как в её сердце втыкают отцовский кинжал, и… не мог ничего сделать.

– Кай! – Эри выбралась из плена его рук и, повернувшись к нему лицом, сама крепко обняла.

– Не нужно, – бросил он, не глядя на девушку. – Это прошлое, а изменить его мы не в силах. Поэтому не стоит и переживать. Эриол погибла. Её больше нет, а ты есть. И ты любишь её страну, делаешь для Карилии всё, что в твоих силах. И уже хотя бы поэтому ты достойна носить её титул.

Несколько минут они просидели в молчании, касаясь друг друга лбами. И снова первой тишину нарушила королева:

– Скажи… ты же знаешь тех, кто повинен в её смерти? – поинтересовалась она едва слышным шёпотом.

– Да, – сказал Кай. – Но даже не надейся услышать от меня их имена. С меня взяли клятву. Магическую.

– То есть… – уточнила девушка.

– То есть если я раскрою их личности, то лишусь жизни. Это тоже происки менталистов. Все члены организации отца, имеющие доступ к информации, давали такую клятву.

– Значит, ты тоже был в их числе? – С каждой его фразой Эриол всё больше напрягалась. Ведь одно дело – простить сына заговорщика, и совсем другое – помиловать фактического участника заговора против короны.

Кай вздохнул и поймал её взгляд.

– В какой‑то степени.

– Как это понять, Кай? – выпалила она, глядя в его глаза. – Значит, ты тоже участвовал в организации того переворота?

– Нет! – Он тоже повысил голос и, мягко отодвинув от себя девушку, поднялся на ноги и вылез из ванны. – Отец знал, как я относился к Эриол. И несмотря на то, что в последние годы не испытывал к ней ничего, кроме ненависти, ему было известно, как сильно я любил её… когда‑то.

Кай остановился у большого зеркала и поймал в нём растерянный взгляд своей рабыни. А заметив, что она не совсем понимает его объяснения, всё же решил добавить:

– Я бы не дал им её убить. Именно поэтому меня держали в неведении, а перед тем как приступить к воплощению в жизнь задуманного, вообще отправили подальше из страны. Отец не хотел, чтобы я всё им испортил… – Он вздохнул. – Вот так, милая моя девочка. Я не ангел. В «Совете правды и свободы» я был кем‑то вроде советника по экономическим вопросам. И хоть знал почти обо всех их планах и целях, но, как оказалось, главное от меня всё же скрыли.

Эри тоже покинула ванну и, обмотавшись лежащим рядом полотенцем, подошла к Каю и прижалась к его спине.

– Скажи мне, – начала она, – а что бы ты сделал, если бы знал о готовящемся покушении?

– Не знаю, – честно ответил он. – Но одно могу сказать точно: Эриол бы сейчас была жива.

– Ты до сих пор любишь её? – едва слышно произнесла девушка.

Кай резко развернулся и, подхватив с пола свои вещи, направился к выходу, тем самым подчёркивая своё нежелание отвечать на этот вопрос. Несмотря на его демонстративный уход, Эри пошла следом. Сейчас она была намерена во что бы то ни стало выяснить правду.

– Кай, ответь! – бросила она, глядя ему в спину.

Он остановился у кровати и обратил на свою рабыню усталый взгляд. Весь его вид наглядно и крайне красноречиво демонстрировал, что разговоры на эту тему ему неприятны, но она не собиралась мириться с его молчанием.

– Пойми же, мне важно… – начала она, подходя ближе, но вдруг остановилась, наблюдая, как холодеет его взгляд. А когда его губы искривились в ледяной усмешке, а лицо стало просто надменной маской, она всё же поняла, что перегнула палку.

Он отвернулся, не спеша надел брюки и изрядно помятую рубашку. Затем так же молча натянул на ноги туфли из мягкой кожи и, сжав в руках камзол, снова посмотрел на свою рабыню.

– Знаешь, Рус, – проговорил он, окидывая её равнодушным взглядом, – это не твоё дело. Я дал тебе трон, относительную свободу действий, возможность реализовывать свои идеи. Я дал тебе себя… но и этого оказалось мало.

– Кай, – воскликнула королева, – не говори так!

– А в чём я неправ? – спокойно поинтересовался он. Затем усмехнулся и ответил: – Наверное, глупо было надеяться на благодарность со стороны рабыни. Глупо было так тебе открываться.

– Перестань, – выпалила девушка, подходя к нему. Она взяла в ладони его руку и поднесла её к своим губам. – Я очень благодарна тебе за всё. И за то, что сейчас ты рядом. Но я вижу, что…

– Что? – иронично поинтересовался он.