Её величество попаданка

Лицо? Пожалуй. Оно у мужчины красивое: тонкий ровный нос, чётко очерченные полные губы, выразительный подбородок и скулы. Вьющиеся волосы уложены в небрежную причёску. Вот они немного выбивались из образа холодного и неприступного аристократа. И что‑то мне подсказывало, что это осознанный беспорядок, призванный одурачивать ложной простотой наивных женщин.

– Как вы себя чувствуете, Амирана? – спросил верховный маг чарующим голосом, и я утвердилась в своих подозрениях.

Таким голосом хотят расположить к себе, а может, и вовсе приворожить. Я начала догадываться, что всё не так просто, как рассказали монахини. Этот верховный явно рассчитывал неизбалованную мужским вниманием восемнадцатилетнюю девчонку сразить наповал, а потом ею манипулировать.

– Всё хорошо, герцог. Слава Святой Ветренице, я здорова, – тихо пролепетала я с благостным видом.

Я его вчера долго перед зеркалом репетировала. И этот противный кроткий тон – тоже. Похоже, не зря: у меня получилось, потому что на лице верховного мелькнула презрительная, но довольная усмешка, а Ортания, сидевшая за его спиной, расслабилась и заулыбалась.

– Очень рад… Надеюсь, у вас не осталось в монастыре ничего, что дорого сердцу?

Осталось! Колючее одеяло и жёсткая подушка, ага!

– Только милые сёстры навсегда останутся жить в нём, – заверила я герцога дрожащим голосом.

– Прекрасно. Тогда мы с вами прямо сейчас уезжаем в столицу. Нам предстоит несколько дней провести в дороге, не будем терять время.

Феникс сказал, что маги из Ордена Тьмы могут перемещаться на большие расстояния какими‑то теневыми тропами. К тому же меня сюда тоже вытащили порталом. Я была почти уверена, что это для важных персон на Амате распространённый способ передвижения и, вероятнее всего, герцог мог доставить Амирану во дворец за минуту… если только не планировал провести несколько дней с пользой для себя.

Ой‑ёй! Боюсь, он собирается меня соблазнять!

Герцог подошёл ко мне и галантно подставил локоть. Он вёл себя так, будто настоятельницы в кабинете нет. Я невесомо положила ладонь на сгиб его руки с самым малахольным видом, а про себя подумала, что такое отношение наверняка бы польстило обделённой любовью и вниманием девушке. Амирана гарантированно в этот момент возвела бы верховного мага в ранг героя и спасителя. Умно. Он, вообще не напрягаясь, смог бы сделать девушку своей преданной рабой.

По коридорам монахини шли за нами. Безмолвной процессией мы добрались до выхода, и только на крыльце я поняла, что знакомство с Аматом у меня ещё даже не состоялось, а миру было чем меня удивить!

Монастырь окружали высокие каменные стены, но защищали его не только они – на башнях сидели и зорко вглядывались в окружающее пространство крылатые существа, которых я идентифицировала как горгулий. А у подножия лестницы стояла восьмиколёсная длинная и высокая карета с занавешенными окнами.

Я бы назвала её вагоном, если бы под ней находились рельсы, а перед ней – паровоз. Но в неё были запряжены демонического вида мощные, чёрные и рогатые лошади, а на козлах и облучке сидели вооружённые мужчины. Так что перед монастырём всё‑таки стояла карета.

Герцог распахнул передо мной её дверцу, и из порожка выпали ступеньки. Но не успела я поднять ногу, как ко мне подбежала монахиня и сунула в руку сумку. Наверное, в ней лежали вещи, принадлежавшие Амиране.

Я в этот момент немного зависла. А должна я попрощаться с теми, кто её восемнадцать лет растил? Я‑то про них уже и думать забыла. Но как бы поступила Амирана?

Вот чёрт! На каждом шагу подвох!

– Прощай, Амирана, дитя Ветреницы, – выручила меня настоятельница, и я повернулась к крыльцу. – Не забывай нас!

– Не забуду! – пообещала я с надрывом, но слезу из себя выдавить не смогла. – Прощайте!

Поспешно отвернулась и забралась в карету… чтобы там слегка офигеть. Еле удержалась, чтобы не присвистнуть! Это оказался даже не вагон, а натуральный дом на колёсах! Я очутилась в роскошной гостиной, из которой куда‑то вели несколько дверей. Наверняка тут не обошлось без магии. Иначе картины, ваза с цветами на столе, напольные часы и прочий декор вряд ли удержались бы на местах не только на ухабах, если дороги тут не идеальные, но и просто на поворотах, спусках и подъёмах. Так что этот транспорт точно даже передвигался благодаря магии.

– Нравится? – поинтересовался вошедший следом за мной герцог.

– Очень! – искренне ответила я.

– Привыкай, Амирана. Если мы станем с тобой добрыми друзьями, то ты ещё и не такое будешь иметь в своём распоряжении.

Ты гляди‑ка! Придворный интриган с ходу ударил по всем фронтам. Даже мне захотелось с ним подружиться и просто плыть по течению, если меня станут так баловать. Но это желание быстро прошло. Всё же я росла в богатстве и роскоши, поэтому давно расставила приоритеты. Цацки – ерунда. Это только подачки. А если хочешь иметь всё – встань у власти и возьми что душе потребуется сама. Это у тебя будут выпрашивать милости, а не ты выслуживаться за любую малость.

– Не могу поверить в своё счастье! – пролепетала я. – Хочу сесть, а то колени подгибаются от волнения.

Герцог снисходительно усмехнулся и проводил меня до дивана, устроился рядом, но руку мою из своей так и не выпустил. Наоборот, накрыл второй и проникновенно заглянул в глаза. Помимо воли моё сердце стукнулось о рёбра, и я сглотнула комок в горле. Но самое страшное, что я не могла отвести от герцога взгляда. Мы с ним смотрели друг другу в глаза, словно он удав, загипнотизировавший глупого кролика.

– Ты очень красивая девушка, Мира, – голос герцога затёк в уши и разлился по венам сладким ядом. А я вздрогнула. Мира? Он меня раскусил? Страх помог скинуть гипноз, и я внутренним зрением лихорадочно проверила, где там мой огонь. Убедилась, что спрятан, и слегка выдохнула. – Мира… Мне нравится так тебя называть, Амирана. Ты не станешь возражать?

Фух… Мне так даже привычнее.

Я помотала головой и пролепетала преданно:

– Не стану.

– А ты можешь называть меня Тей, – любезно разрешил верховный.

– А можно Дым? – ляпнула я, не успев прикусить язык, и попыталась поскорее сгладить своеволие. – Вы такой загадочный, прямо как дым… Поэтому у меня нечаянно вырвалось. Простите…

Дура, Мира! Круглая дура! Вон как у герцога глаза потемнели! Сейчас он точно поймёт, что ты слишком разговорчивая для воспитанницы монастыря!

Верховный поднял руку, щёлкнул пальцами – и карета пришла в движение. Меня слегка откинуло и вжало в спинку дивана, когда лицо Дымтея Архейского склонилось ко мне совсем близко.

Только благодаря богатому опыту общения с коварными соблазнителями, знойными мачо и прочими охотниками на моё богатство я не растеклась лужей под этим напором. Но вовремя вспомнила, что у Амираны не было моей закалки, и, жалобно всхлипнув, изобразила обморок.