Год Собаки. Сретение. Том I

– Совсем скоро узнаем… А мы продолжаем нашу программу реликтового андеграунда. Бессмертная группа «Восемь из восьми» подхватывает знамя тридцать первого сезона.

Публика расходилась к столам с закусками, которую в темноте принесли официанты. На некоторых рядами стояли пустые фужеры и открытые бутылки с напитками. Силийское синее, красное, зеленое и белое. Местный эквивалент земных игристых вин.

Считалось, что синее расширяло сознание и соединяло с духовной природой, красное с памятью и мудростью умерших, зеленое с жизненной силой человеческого рода, а белое с пустотой абсолюта.

Я увидел, что толпа вокруг Ильи и девушки редеет, и пошел к ним, лавируя среди гостей.

Илья замахал мне рукой, и тут отходящий от них репортер, глядя в блокнот, наткнулся на мое плечо. Поднял взгляд, и мы узнали друг друга.

– А, это вы… – сказал он. – Решили, наконец?

– Что именно?

– Когда убьете кого‑нибудь… Кто будет первым?

В его глазах светилось профессиональное любопытство.

– Это обязательно?

– Разве нет? Конечная цель жизни, есть смерть.

– Это вы сказали.

– Не я… просто задал вопрос.

Он заторопился.

– У меня встреча… Когда определитесь, найдите меня, – он положил в мою руку значок. – Приходите все вместе. Принцесса Ма рассказывала о вас, хочу сделать репортаж…

– Мы с ней даже не зна… – начал я, поднял взгляд и осекся.

Девушка смотрела прямо на меня и улыбалась. Не знаю откуда, но я хорошо знал ее. Знал ее губы, ее сияние глаз.

Илья сделал страшные глаза: «пернатый, ты чего застрял?».

Репортер спешно распрощался:

– Найдите меня… Лучше до, чем после.

И растворился в толпе.

Я посмотрел ему вслед и шагнул навстречу девушке:

– Что ты… – начал я.

И больше ничего не успел добавить.

Потому что…

 

5.

Она шагнула ко мне, поцеловала в губы и обняла.

Это не был сестринский поцелуй, но он и не был страстным. Это был поцелуй любимой.

Я стоял в растерянности опустив руки.

Она отстранилась и посмотрела мне в глаза:

– Ты меня помнишь?

– Принцесса… – Илья обнял нас и прошептал, – прекращайте лизаться… На нас смотрят. Пернатый уже весь трепещет.

И он был прав: я трепетал.

Ма просто стояла и смотрела, в ее глазах можно было утонуть. Сияние ее глаз, чистота и ясность вызывали во мне внутреннюю дрожь.

– Что ты здесь делаешь? – тихо сказал я.

– Пришла посмотреть… Это я тебя звала, ты не видел?

Она догадалась, что я не понимаю:

– У сцены, где зомби…

– А! – вспомнил я.

– Илья просил тебя встретить, а сам…

– Маша… – строго сказал Илья, и представил девушку. – Принцесса абуминогов Альтернии.

– Просто Ма.

– А это… – Илья указал на меня.

– Я помню, – сказала Ма. – А ты помнишь меня?

Я окунулся в ее сияние глаз и ответил:

– Всегда.

Илья критично осмотрел меня: зеленого оттенка безрукавку, выгоревшие джинсы, почти белые, и кеды.

– Кстати, – проговорил он. – Ты пришел без смокинга? Я захватил твой размер, он в гримерке.

Илья отступил на шаг, оценивая мой внешний вид.

– Впрочем… тебе это не нужно.

– Пойдемте погуляем… – сказала Ма. – Я бы что‑нибудь съела.

Я оглянулся, выбирая место поспокойнее.

Разумнее всего было пройти через магические экраны в соседний зал с классической музыкой и сесть за столик, скрытый миниатюрными соснами.

Осматриваясь, догадался о причине поспешного отступления репортера.

К нам приближался мэр.

Он медленно двигался сквозь толпу, и через каждый шаг с мэром кто‑нибудь заговаривал. Здоровался или задавал вопрос.

Мэр останавливался и, посматривая на нас, отвечал.

Похоже, стоило поскорее убраться отсюда…

Илья придержал меня за руку. В его глазах читался немой вопрос. И я понял, что он о Фрее.

Указал пальцем направление, в котором скрылся чудесный ангел в зеленом полупрозрачном платье с мечом между ног.

Наши взгляды с Ма снова пересеклись, и задержались друг на друге больше, чем обычно.

Илья засуетился:

– Я пока вас оставлю, пернатые… Не спешите вить гнездо.

И растворился в круговороте гостей.

– Ты слышал? – сказала Ма удивленно. – Куда это он?

– У абуминога появился объект воздыханий…

– Да не может быть… – смеялась она. – Что‑то кроме бемолей?