Год Собаки. Сретение. Том I
Мы отошли от сцены, и двинулись по коридору мимо колонн к проходам в другой зал, как на сцене конферансье объявил выступление.
Зазвучал рояль, и я почти мгновенно узнал мелодию.
Рояль проиграл вступление, сделал паузу… И певица страстным голосом запела знакомые слова.
Это был «Недостаток тепла».
Я остановился.
Ма изумлено смотрела то на меня, то на сцену.
Забытые слова вспыхивали во мне одно за другим, строка за строкой… До тех пор, пока я не вспомнил песню полностью.
Я написал ее на первой Земле, и у песни был всего один куплет. Я не придумал больше. Не успел.
Моя мелодия отличалась, хоть и несильно. Она была чуть диссонансной, со странными переходами, что делало ее пронзительной.
Певица начала второй куплет…
В нем звучали незнакомые слова, и песня стала чужой.
– Пойдем… – сказал я Ма.
И мы прошли через магический экран в другой зал. Отыскали свободный столик за живым ограждением.
В книжке меню пальцем выбрали блюда и напитки. Ма заказала салат, рыбу и чай с жасмином. Я просто черный кофе.
Скрипка, альт и виолончель играли вторую сонату до‑минор в полной тишине.
Официант принес все сразу, как того требовал протокол зала. Он посмотрел на нас и поднял табличку:
«Желаете выпить?»
Потом поднял следующую:
«Рекомендую силийское синее 1113 года»
В зале классической музыки нельзя было говорить. Ма улыбнулась ему и подняла карточку:
«Спасибо, в другой раз».
Ма съела салат и половину рыбы, вторую отдала мне. Наши взгляды, встречаясь, словно примагничивались… Мы, глупо улыбаясь, допили свои напитки и под сонату соль мажор беззвучно покинули зал, держась за руки.
Перед арками перехода я обернулся. Публика сидела на полу и стояла вокруг музыкантов.
И мы прошли сквозь экраны в следующий зал.
В третьем зале царила атмосфера силы, крови и стали, хотя он был неотличим по убранству от первых двух.
Чистый и строгий, почти грозовой воздух. Терпкий, еле заметный аромат трав. В зале не оказалось сцены.
В его центре лежал большой серый ковер, а по его периметру были установлены зрительские сидения в несколько рядов.
И на этом сером ковре Грег убил Пятого…
А Шестой убил их всех.
Размышляя о роковом месте, я вел Ма к следующему залу, и мы наткнулись на веселых гостей. Двоих милых дам с кавалерами.
– Вот они где! – воскликнули женщины и подбежали к нам по проходу.
Мужчины, не торопясь, шли следом, куря сигары.
Гости представились как граф и графиня Ложкины, графиня де Буа, а ее спутник Барон Суббота.
– Мы рады с вами познакомиться, – наперебой говорили дамы. – Вы прекрасная пара!
– Мы не… – начал я.
Мы посмотрели друг на друга, и я утонул в глазах Ма.
– Сейчас у вас будет поединок, – сказала первая, а вторая добавила. – И вы всех убьете…
– Да… – сказала Ма, – показательное выступление.
– Нет‑нет… – воскликнула де Буа. – Вам не сказали? Настоящий бой на клинках.
Мы переглянулись.
– Но вы ничего не бойтесь, – сказала она.
И пояснила, будто это решало все проблемы:
– Мы будем болеть за вас.
– А если что, то он… – Графиня Ложкина указала на Барона Субботу, – разнесет ваших обидчиков в клочья из своих пистолетов.
– Что скажешь? – спросила меня Ма. – Похоже, нас пригласили за стол, но не в качестве гостей, а в качестве еды…
– Действует принцип свободы воли, – ответил я. – Второй пункт Ритуала и восьмой Кодекса. Мы можем отказаться от поединка.
– Это правда… – заметил граф Ложкин.
Графиня обратилась к мужчине в черной шляпе и длинном плаще.
– Дорогой Барон… Покажите молодым людям свои чудовищные штуки, чтобы они не волновались.
Барон Суббота откинул полы плаща, и мы увидели две кобуры, лежащие на его бедрах. В них покоились револьверы невероятных размеров.
Ма наклонилась, рассматривая резьбу на рукоятке:
– Какие громадные пистолеты…
– Револьверы, – поправил ее Барон.
И мгновенно выхватил один из них. Секунду подержал на весу. И так же мгновенно вернул в кобуру.
Движение оказалось невозможно заметить обычным зрением, настолько оно было стремительным.
– Можно потрогать? – спросила Ма.
– Нельзя… – Барон Суббота прикрыл револьверы плащом.
Его темный красный плащ выглядел скорее бордовым. Он был похож на кожаный, но необычная текстура делала материал странным.
И я спросил Барона:
– Варан или ящерица?
– Дракон.
– Убили дракона? – удивилась Ма.
– Подарок…
Он посмотрел на нас и понял, что ему не верят.
– Мы друзья. Старую кожу отдал… – с улыбкой проговорил Барон Суббота. – Поменялись с ним на двух мальчиков и одну девочку. Не в меру любопытных.
И расхохотался.
В конце коридора появилась делегация молодых людей, ведомая Грегом. Они, совершенно определенно, искали нас с Ма. Даже издалека чувствовалась их враждебность.
