Год Собаки. Сретение. Том I
8.
Я понял, что произошло.
Ма резко и без замаха выхватила свой палаш из ножен и ударила им снизу по клинку Принца. Его лезвие подпрыгнуло вверх, и прошло над моей головой, чиркнув по волосам.
Принц от неожиданности едва не выпустил палаш.
Ма вступила в игру.
Публика издала изумленный вздох, он прокатится по залу:
– Двое на двое!
Конферансье подтвердил:
– Двое на двое… Принцесса Ма и Летчик. С другой стороны, Принц и… – голос на секунду замешкался, – … и Мелисса.
Ма молча приветствовала всех клинком.
Публика отреагировала возгласами, свистом, криками интереса и разочарования.
Мелисса начала атаку, и я с трудом отразил ее. Она чиркнула меня по бедру лезвием. Порез был неглубоким, но длинным и кровавым, я снова потерял очко.
Теперь была моя очередь атаковать.
Принц и Ма напряженно наблюдали за нами. Я начал движение, и почти сразу заработал еще один болезненный порез.
– Минус четыре, – сказал главный Арбитр.
И я потерял еще одно очко.
Моя реакция все больше замедлялась. Я не мог понять, что со мной. Если бы все происходило в подворотне, то предположил бы, что клинки либо Мелиссы, либо Принца были отравлены.
В глазах начинало двоиться.
Я пропустил еще один выпад. Новый порез заставил меня закричать от боли и опуститься на колено. На рубашке распускался красный цветок.
Я использовал свою последнюю передышку.
Приложил ладонь, останавливая кровь. Посмотрел на Мелиссу, в ее глазах светилось торжество. Философские поединки она заканчивала так.
– Минус один, – сказал Арбитр Юга.
Я потерял последний разрешительный балл и выбывал из игры.
– Минус пять… – объявил главный арбитр. – Аут!
И жестом приказал мне покинуть площадку.
С трибун раздались возгласы недоумения и презрения. А конферансье торжественно сообщил:
– Один против двоих. Принцесса Ма против Принца и Мелиссы.
Публика молчала.
И в этом молчании Принц отчетливо произнес:
– Давайте узнаем, на что вы способны, принцесса Ма…
Ма подняла клинок, салютуя, на меня она не смотрела. Я ее подвел, не смог ее защитить. Теперь она защищала меня.
И бросилась в атаку.
– Ах, пощадите… я совсем не умею фехтовать! – смеялся Принц, парируя удары Ма. – Не будьте так жестоки…
И перешел в контратаку, напевая:
– Пусть мне покажется… что ты еще… моя…
Пока я сидел на скамеечке, сзади донесся негромкий разговор.
Опоздавший репортер расспрашивал коллегу. Я обернулся и узнал в опоздавшем своего знакомого. Он пропустил момент, когда чуть не убили того, кто сам должен убивать.
– Повод для поединка?
Коллега что‑то неразборчиво ответил.
– Понятно… – бормотал опоздавший, торопливо записывая в блокноте. – Задели честь Принцессы Ма. В шутку вызвали на дуэль…
– В шутку? Ты уверен? – переспросил он и посмотрел на коллегу.
И продолжил записывать. Потом подсел ко мне, бегло осмотрел рассеченные лезвием в разных местах мои рубашку и джинсы.
Я сказал, улыбаясь:
– Правильный вопрос должен звучать «Когда вас убьют первым?».
Он рассмеялся и похлопал меня по спине.
– Идея на первую полосу!
Головокружение прошло, в глазах больше не двоилось.
Ма между тем вышибла палаш из рук Мелиссы, после чего жестко вытянула ее клинком по девичьему заду. Пианистка вскрикнула от жгучей боли, неожиданности и стыда. Ее еще не пороли клинком.
Тягу к философии Ма лечила так.
Она вернулась на место, обтереться полотенцем и глотнуть воды. Принц взял перерыв, они что‑то обсуждали с Грегом.
Я вскочил и подошел к Ма.
– Верни меня на площадку, – прошептал я ей на ухо. – Отправь мне пригласительный балл.
– Нет, – сказала Ма. – Тебе надо поберечься. Извини…
Навстречу уже шел Принц с поднятым клинком.
Она оттолкнула меня и бросилась в атаку, вырвала клинок у Принца, и он улетел в потолок. Все закончилось в считанные мгновения.
Проиграв, Принц вскинул руки, смеясь:
– Ладно‑ладно… Ваша взяла. Не надо так нервничать.
Раздались протяжные женские крики, почти что вопли экстаза. Грянули аплодисменты.
– Победили‑победили… – смеялся Принц.
Конферансье поднял микрофон и объявил:
– Наши гости… Принцесса Ма и Летчик. Летчик и Принцесса Ма… Кавалер заступился за даму, дама спасла кавалера.
Публика свистела и аплодировала Ма. Она приветствовала их клинком, вызвав этим жестом рев обожания и восторга.
Я вернулся на свое место и стал смотреть, как Ма расправляется с командой Грега. Ее чистая и благородная ярость была обоснована. Она отвечала на нанесенное оскорбление.
