Год Собаки. Сретение. Том I
Потом понял, что сижу один. Опоздавшего репортера уже не было рядом.
Ма фехтовала быстро и точно – одна атака, и выбивала клинок. Либо завершала поединок, дважды ударяя плоской частью: касалась либо лица, либо туловища. Если фехтовальщик терял клинок, то ему сразу засчитывалось поражение. То же происходило при двойном касании.
Ма работала как на конвейере, вышибая фехтовальщиков один за другим. Еще одна атака, и выходил следующий.
Я перестал считать выбывших. Буфер баллов Ма остановился на максимальной отметке в «тридцать три», и больше не пополнялся.
На контрольной доске для этого не было места.
– Магическое фехтование, класс «ААА»… – шепотом сказал пожилой мужчина супруге в ряду надо мной. – Всего раз видел такое. Немыслимо… Глянь, кто ее тренер?
Супруга полистала программку.
– Не указан.
– Значит Пять «А» и выше. Скорее всего это… Нет, не может быть.
Пожилой мужчина поднялся. Он был взволнован.
– Ты куда, дорогой?
– Принцесса стоит жизни. Ставим все на нее… Я сейчас.
Старушка проводила его взглядом и посмотрела на меня.
– Твоя жена очень милая.
Я не сразу понял, что она говорит о Ма.
– Она не…
– Вы пройдете через ад. Девочка спасет тебя, а ты ее. Богиня даст вам двоих чудесных детей.
– Мы даже не…
– Вы завершите Ритуал. Но не в этот раз.
Я смотрел на старушку широко раскрытыми глазами.
– Мы с Мусей не доживем до этого момента, но будем присматривать за вами с небес.
Она помолчала.
– И помни… Главный герой – не ты.
– Кто? – спросил я.
Пожилой мужчина вернулся, помахивая корешками билетов.
– Дорогой, – сказала она, – познакомься с Пилотом… Приятный молодой человек.
– Я не… – снова начал я и осекся, вспомнив досье в кабинете Принца.
Мужчина положил руку мне на плечо и приблизил лицо. Я увидел его выцветшие глаза.
Он тихо сказал:
– Ида не в себе… Забудь все, забудь нас.
Я глянул на старушку. Та отсутствующим взглядом смотрела в пустоту.
На площадке зазвенел металл, кто‑то охнул, раздался крик досады, вздох зрителей.
Ма вышибла клинок из рук очередного соперника.
– Аут! – объявил главный арбитр.
Я перевел взгляд на площадку. Ма возвращалась на позицию, вытирая пот со лба. И через мгновение я забыл о пожилой паре, и нашем странном разговоре.
Ма продолжала избиение младенцев.
И когда она вышибла последнего, Принц выпустил на ковер Грега.
9.
Арбитр Юга дал Грегу свое разрешение на выход.
Синеглазый ступил на ковер и приветствовал арбитров и публику. Ма удостоилась лишь мимолетного жеста.
Публика реагировала противоречиво: приветствия смешались с возмущением, разгром команды Грега был слишком очевидным.
Чтобы все исправить, требовался реванш.
Синеглазый вышел на позицию и замер. В его движениях читалась собранность и решимость действовать. И, похоже, он знал, как.
Он долго наблюдал за Ма, и теперь у него созрел план.
Арбитр дал команду к началу поединка.
Право атаки было за Грегом, он поднял палаш и медленно приближался к центру ковра, глядя Ма прямо в глаза.
Ма так же медленно двигалась с северной стороны, с опущенным клинком, изучая синеглазого взглядом.
Она чувствовала какой‑то подвох.
Меня окликнули.
Раздвигая зрителей, к нам пробирался опоздавший репортер. Он где‑то раздобыл фотографа и жизнерадостно махал нам рукой, в другой руке над собой он держал громоздкую магниевую вспышку.
Фотограф остановился напротив Ма, навел камеру и громко сказал:
– Принцесса Ма, снимок для истории!
Ма посмотрела на фотографа, и в ту же секунду он нажал на спуск.
Фотовспышка ослепила Ма… Ослепила всех.
И, воспользовавшись моментом, синеглазый шагнул вперед и нанес разящий удар.
Удар нацеливался плоской частью клинка в голову и был равносилен пощечине. И в случае пропуска, безусловно, приводил к проигрышу Ма, не смотря на ее лидерство и отрыв по очкам.
Это не было джентльменским жестом фехтовальщика.
Стальная пощечина почти наверняка сбила бы Ма с ног, оставив после себя болезненный кровоподтек. Грег срывал свою злость, и хотел быстрой и убедительной победы над бесстрашной девчонкой.
Я увидел, как клинок Грега летит в лицо Ма. Рефлекторно посмотрел доступные пять секунд будущего, и меня подбросило с места. Сам того не заметив, я вошел в магический стек, включая рапид.
Время тут же замедлилось в сто раз.
В магическом стеке все воспринималось и оценивалось иначе. Многие вещи становились просто известны, их не надо было объяснять и доказывать. Я знал, что Грег вовсе не собирался бить плашмя. Он довернет палаш в воздухе и ударит лезвием.
Будущее показывало два варианта, почти равнозначных. Либо острие рассекает лицо, либо идет ниже и… отсекает голову.
Я сфокусировался.
Теперь основным был первый вариант, а вариант с отсеченной головой таял, становился призрачным… Видимо, синеглазый передумал убивать Ма на глазах у всех.
