Грозовое небо

Маришка.

Маришка не могла уснуть. Стоило только прикрыть глаза, как ей мерещились образы и картины. То она убегает от волка, он ее хватает и загрызает, то отбивается и вонзает в него обломок беседки, то альфа умирает на ее руках, после фееричного полета в забор. В конечном счете она сдалась и решила поплавать.

Для плавания Мари всегда использовала купальный наряд, который ей подарила Кики. Короткие бриджи до середины бедра, и обтягивающий корсет из лепестков клена, который мягко облегал тело и, скрывая все, от груди до самой талии. Руки и плечи оставались открытыми, так же, как и ноги.

Кузина была тем, на ком мода начиналась и заканчивалась. Ни одна новинка не могла стать популярным, без ее одобрения. Подобный наряд, только в разы более откровенный, был самым ходовым товаром в мире магии, и использовался во всех местах, где можно было привлечь внимание противоположного пола. В отличие от Кики, Мари не была настолько раскрепощена, чтобы позволить себе плавать в таком виде, в открытых прудах и озерах. Но дома, в ночной тишине без посторонних глаз она могла позволить себе побыть самой собой.

Из купальни доносился приятный успокаивающий звук воды. Уже вступая в круг света, она увидела гостя, о котором, на минуту забыла. По какой‑то приниче, он тоже не спал. Волк лежал на спине, в раскачивающейся из стороны в сторону воде, с закрытыми глазами и в отличие от нее, не обременял себя лишней одеждой. Свободные шаровары обтягивали сильные ноги, тогда как голый торс, не оставлял места воображению.

Девушка стояла в тени, поэтому решила рассмотреть гостя. Ей всегда казалось, что вожак отличается от остальных, но безмятежное выражение лица и расслабленное тело свидетельствовало об обратном. Его смуглая кожа слегка поблескивала от капель воды, а в свете факелов, рельефное тело, раскачивающееся на волнах, казалось высеченным из камня. Ярко выраженные черты лица и раздвоенный подбородок покрывала легкая щетина. Черные волосы колыхались в воде, как тростинка на ветру.

– Ты же знаешь, что я тебя чувствую?

О, Великие прародители! Она ведь забыла, что он волк, и не просто волк, а альфа.

– Я ухожу. Н‑н‑не хотела Вам помешать. Я н‑н‑не знала, что Вы заняли…

Ну вот почему… Почему она заикается? Ей и раньше приходилось видеть голых мужчин. В целительстве нет места стеснению.

– Не глупи. Источник в этом доме больше некоторых водоемов. Если боишься, плавай в противоположном от меня углу.

Мари его не боялась. Совсем. Он смущал, будоражил кровь, раздражал, но не пугал. Эти чувства были в новинку, для ее нежной натуры. Самым неожиданным же открытием стало острое, всепоглощающее желание противостоять ему. И вовсе не потому, что хотела поплавать, а лишь для того, чтобы показать отсутствие страха, она развязала шнурки на шее, свободного ночного платья и прыгнула в воду.

Вожак тяжело вздохнул и хмыкнул.

 

Волхв.

Волхв встал ни свет ни заря. Давно он не чувствовал себя так легко, несмотря на то что ночь выдалась бессонная. Колени практически не болели, голова не ныла, в спину не стреляло. Поэтому утренняя прогулка по своим владениям доставляла одно удовольствие. Палаток стало больше, прибыла еще одна стая. Надо будет вечером пригласить главу клана за стол.

С тех пор как пришла весть о том, что война будет, со всех краев к нему стали прибывать стаи. Кто‑то искал славы, кто‑то укрытия, а кто‑то просто следовал зову долга. Но каждый был необходим в грядущей войне и каждый готов был насмерть стоять за вожака. И им безразлично, что битва будет нескоро.

Вдалеке старик увидел компанию выходящих из леса ребят, а следом за ними степенно вышагивающую, худощавую широкоплечую фигуру с каштановыми волосами.

– Камиль?

Молодой человек оглянулся и пошел в сторону окликнувшего.

– Да, деда.

– Что, сынок, – Волхв, присел на пенек. – много работы было ночью? Буянит молодежь?

– Да не очень, дедушка. – Кудрявые завитки выбивались из аккуратно уложенных волосам, при каждом движении головы. – Пару молодых из северных земель, да старец из «Гнезда сокола». А еще одного перекинул Ральф. Чуть мне на голову не приземлился. Буйный малый оказался, после того как перестало действовать зелье. Еле угомонили.

– С людских земель прислал?

Старик был удивлен. Возле лавки, на которой они сидели, собралась небольшая стайка уток, потому что Волхв вышел из дома с куском хлеба в руках. Крошась, он проложил крякающим птицам прямой путь к источнику пищи.

– Вроде как. Он воспользовался зельем Сесиль, которое связывает нас, и отправил волчонка. Думаю, сегодня – завтра, все разъясниться. Пока попробую выведать у паренька что‑нибудь.

Старик кивал, подкармливая уток, количество которых продолжало увеличиваться.

– Ты справляешься как истинный лидер. Хорошо, когда есть на кого положиться. У меня такой привилегии не было в свое время.

Любой молодой человек возгордился бы подобной похвалой, или засмущался. Но Камиль не испытывал ни первого, ни второго.

– Вы и Ральф‑моя семья. Всему меня обучили, всем со мной делились, приняли меня. Это – он махнул рукой без определенного направления, – лишь малая часть того, что я могу сделать, в качестве благодарности.

Волхв улыбнулся. В своей жизни ему не довелось повстречать настоящего верного друга. Были враги, единомышленники, стая, но не друг. Пожалуй, и в дружбу‑то он не верил, пока внук не доказал, что это возможно. Эти двое выросли у него на глазах, становясь сильнее и дружнее с каждым днем и каждой решенной проблемой.

Чуть позже, старик прогулялся до озера и поговорил с несколькими русалками, которые с удовольствием поделились сплетнями. Ох, и веселый же они народец. Пообщался с грибовиками. Эти недовольны увеличение стаи – хлопот больше.

– Только и делают, что шастают по лесу, топчут траву, портют лес – возмущался самый старый из них.

Волхв выслушал всех, кого встретил, таков был его удел. Ночью все изменилось. В один миг он почувствовал, что его время прошло. Когда Ральф вернется, все измениться. Но то будет позже, а сегодня его долг заботится о лесных жителях. Формально он все еще вожак.

 

Ральф.

Ральф расхаживал среди обломков на детской площадке. Обращение в людском мире – редкость. На его памяти такого не происходило вовсе. Надо будет поинтересоваться у деда, были ли подобные случаи в его жизни, и что он может об это рассказать. Обычно ЭТА женщина занимается любыми проявлениями силы в человеческом мире. Может, ее отсутствие повлияло? В любом случае надо будет разбираться.