Хозяйка погоста

Добравшись до ограды, Лера перебралась через невысокий забор и дёрнула за собой подругу.

– Давай сюда! Мы сзади бабулю подтолкнём, а ребята с той стороны подхватят.

Зоя послушно перелезла через забор.

Глеб и Эд, переговариваясь, стояли возле машины и не спешили подходить к ограде.

Как только девушки оказались за забором, бабуля развернулась и хлестнула веником по лицу Лере, а потом и Зое. Прутья больно обожгли кожу.

– Вот дуры! Ладно эта Кукла, а ты чавой? На морок повелась! – прошипела старушка и снова занесла веник для удара.

Лера второй раз за день будто вынырнула из сна:

«Какой дом? Какие дети? О чём я? Глеб с ножом пытался напасть на Зою! А Эд стоял и смотрел – ведь явно не в первый раз видел такое!»

Поймав веник, который почти долетел до лица, она ответила:

– Всё, всё, поняла! Точнее, ничего не поняла… Вы заблудились? Пойдёмте, мы вам поможем.

Она посмотрела в сторону машины, и почему‑то ей жутко не захотелось туда идти. Она окончательно запуталась. Кому верить? Что это за ужасы, которые происходят с ней? Почему они именно с ней происходят? Что всё это значит? Она готова была разреветься. Хотелось домой, залезть с головой под одеяло…

– Ну вот, теперь сопли размазывает! Ну, что за девки пошли? – пробурчала старуха.

– Лера? Кто это? Что происходит? Что мы тут делаем? – очнулась Зоя.

– Я не знаю, – всхлипывая ответила Лера, – я запуталась…

– Зоя, ты чего там стоишь? Берите свою бабку, раз уж так хочется. Уже утро скоро, поехали домой! – прокричал с той стороны Глеб.

– Ну всё, приплыли! Сейчас вас Пиявка схарчит и последняя, кто нас слышит, окажется по эту сторону погоста. Ну, хоть накалякаемся вволю, впереди ж вечность, чего спешить? – ёрничала бабка, сердито встряхивая своим веником.

Леру затрясло от злости:

– О чём вы? Какая пиявка?! Вы что, сговорились? У вас тут ОПГ престарелое что ли? Целый день про эту пиявку мне талдычат! Тошно уже! Я ничего не понимаю!

– А ты чагось, не видишь, что ли? – удивлённо отозвалась старуха.

– Что я видеть должна? Ну, что? – злилась Лера.

– А ты посмотри на женишка‑то своего, да повнимательнее! – уже не так сердито ответила бабуля.

Лера таращилась на Эда изо всех сил, тем более, что его было хорошо видно в свете фар.

– Да не на него смотри, а сквозь него! Как на стеклянного смотри, – увидев тщетные попытки девушки, наставляла старуха. – Ага, голову чуть ниже, исподлобья смотри. Ага. Ну, примерно так.

Внезапно Лера вздрогнула и отступила назад, воткнувшись в Зою так, что та ойкнула.

– Там на спине что‑то чёрное, извивается, большое такое! Нет, это глюки. Глюки! – у Леры колотилось сердце. Она попробовала ещё раз, и снова то же самое. – Это что, фокус такой?

– Ага. Цирковое представление от бабы Стеши! Заняться мне вот нечем – цирк под луной тебе рядить, – огрызнулась старушка, – итак на ваше приключение со всего погоста Силой скидывались! Впервые за сто лет оправили за ограду покойников! А я тут стою, вас развлекаю. Если б ты не была последняя из своего рода, бросила бы тебя этим кровососам и дело с концом!

– В смысле – последняя из своего рода? – вмешалась Зоя. – Типа она избранная? Как в комиксах?

– Х… , ответила б тебе в рифму, да тока не хочу в святом месте ругаться, – старушка завела за спину руку и начала медленно объяснять тоном школьной учительницы:

– Когда на погосте много неспящих, значит, нестабильная ситуация в районе. Погост Силу набирает и просит соседей помочь. Они своему Старосте поручают научить того, кого выберем. Ихний берёт Силу и даёт нашему. То бишь, вкладывает. Как бусы в шкатулку. Наш, уже обученный, приезжает и упокоивает всех, кто на это дело скидывался. Потом новеньким помогать начинает. И снова тишь да благодать, только новопреставленных подвозят. Но с папкой твоим, девонька, ерунда вышла. То ли они там напортачили, то ли Глафирка – бабка его, дура, всполошила всех раньше времени, только Староста Силу‑то дал, а чего с ней делать, сказать не успел. Но что есть, то есть: до следующего на погосте Силы ещё лет двадцать не наберётся. А после ваших приключений – пол века разгребать будем. Твой брат должен был следующим стать, но его быстро нашли да упокоили. А Сила, она ж по роду передается. Вот и осталась только ты. Ну, пока детей своих не родишь. Если не прибьют тебя раньше, конечно.

– А кто такие те, что отца Леры нашли? Вот эти, кого вы «Пиявками» назвали? – Зою, похоже, вообще не смущала полная абсурдность происходящего.

– Эта шелупонь, так, на зубок один, – отмахнулась баба Стеша, – тут посерьёзнее гады водятся. Эх, время, что за время. С этой вашей «демонократией» даже расстреливать перестали, никакой управы не осталось!

– Демократией, – автоматически поправила Лера.

– Да, всё одно, – отмахнулась бабуля.

– Так, давайте на секунду представим, что всё это правда. Вы… Мёртвая? – замялась Лера, а бабуля энергично закивала.

– Я… случайно выбранная типа? – продолжила Лера, и бабушка снова закивала.

– Значит, я могу поговорить с братом и папой? – закончила девушка свою мысль.

– Не, они усопли уже, – спокойно ответила баба Стеша.

– Это как? – не поняла девушка.

– Пошли, – бабуля махнула в глубину кладбища, – покажу.

Девушки обернулись к машине, рядом с которой стояли Эд и Глеб. Странно, что они не пытались подойти, да и вид у них был такой, будто они понимали всё, что происходит…

– Не боись, эти сюда не залезут! Погост быстро их выпьет, рожки да ножки останутся, – угадав мысли девушек, бросила через плечо баба Стеша, – сейчас к Любаше зайдём. Она жертва такой Пиявки, вот всё вам про них и расскажет.

Лера с Зоей переглянулись и пошли следом за старушкой, тем более, что выбора особого не было.

 

Идти пришлось недолго. Как только они вышли на центральную тропу, перед ними открылся вид на поле, где кладбище продолжало разрастаться.

– Смотри так, как будто Пиявку увидеть хочешь, – скомандовала бабуля.

– Некоторые могилы выглядят как обычные, а некоторые затянуты фиолетовой дымкой, – медленно произнесла Лера.

– Во, пустые, – это там, где спят уже, усопли, значит. Посмотри вверх, – продолжала наставлять старушка.

– Вижу искорку фиолетовую, нет, даже две, яркие такие! – улыбнулась девушка.