Иная. Выбор

Мне вчера посчастливилось так побеседовать – то еще приключение. Почти два часа отвечал на одни и те же вопросы с десятком приборчиков и фонариков на всех легкодоступных частях тела, еще и с рогами на голове. Оленем себя чувствовал, честное слово. Малышке это точно ни к чему, так что пошли они все куда подальше. Но это не значит, что я не попытаюсь выяснить, какого ромбоида она так странно себя ведет.

Через час занятие с Аликом, придется попотеть. По понятным причинам мы прогуляли всю прошлую неделю, так что теперь будем наверстывать, а обладатель нескольких черных поясов с азартом на нас отрываться. Причем без зазрения совести, потому как, что такое совесть, лучший тренер по единоборствам во всем Ширане понятия не имеет. Зато он обещал из нас, дохленьких и хиленьких, сделать почти накачанных и готовых к реальным опасностям, а свои обещания Алик выполняет всегда. Что несказанно радует.

Сигнал чаттера выдернул из приятных размышлений. Тимур. Надеюсь, у него хорошие новости.

– Салют! Отдыхаешь?

– Салют, готовлю организм к занятию с Аликом, – не стал лукавить я. – Какие новости?

– Паренька зовут Виктор Хант. Знакомое имя, да? Мы присмотрим за ним до воскресенья, а вы будьте начеку. Но виду не подавайте, его нельзя спугнуть. Лады?

– Лады.

– Как обстановка? – в карих глазах промелькнуло беспокойство.

– Третий случай за три дня, – я вопросительно уставился на Тимура. – Мне нужно о чем‑то знать?

– Пока нет, – чуть тише, чем следовало, ответил ЭЛ, а через секунду попросил: – Будь рядом с Виталиной, Карим. Даже если она против. И если что, сразу информируй.

– Понял, не дурак, – кивнул я.

– Все, до связи, – Тимур подмигнул. – Безболезненной тренировки, мелкота.

– Это вряд ли, – хмыкнул я, – но выжить постараемся.

Тимур рассмеялся и отключил связь.

В душе что‑то неприятно шевельнулось. Почти незаметно, но… Тимур знает больше, чем знаю я, и не торопится посвящать меня во все подробности. Тревожит не сам факт сокрытия информации, а то, что эта информация определенно связана с Виталиной. Как я могу ее защитить, если не знаю, от чего нужно защищать? Тимур ведь понимает, что я на все готов ради малышки, так почему не доверяет на все сто?

Или дело не в доверии, а в чем‑то другом? Пора с этим разобраться.

 

Виталина Мерц

 

– Думаешь, догадаются? – спросила я у Айштара, сидящего на своем излюбленном подоконнике. – Сегодня я сделала это в женской комнате и сразу же покинула место преступления. Думаю, никто не обратил на меня внимания ни до, ни после, ни во время. Там как бы другими делами занимаются.

– А то, что все пять случаев произошли в Академии Искусств, тебя не смущает? – спросил пришелец, беззаботно болтая ногами. – На месте Ферта я бы тебя уже пять раз допросил, а на месте Кудрявцева – десять.

– Суперски, что ты не на их месте, а на своем, – сказала я, дожевывая яблоко. – Завтра суббота, потренируюсь в магазине, пока будем с Доминикой продукты для именинного торта закупать. А в воскресенье в Квест‑Хаусе кого‑нибудь одарю, чтоб сотрудникам НИЛЗ жизнь сладкой не казалась. Так что все подозрения с меня будут сняты.

– Ну‑ну, – Айштар хмыкнул. – Наивность некоторых человеческих особей меня порядком умиляет. Но тренировки нужны, без них никак. Только будь аккуратнее, ладно?

– Постараюсь, – пообещала я, подходя к мальчишке. – Я ведь молодец, правда?

– Правда, – пришелец расплылся в лучистой улыбке, а в черных, как ночь, глазах промелькнуло удовлетворение и даже гордость за успехи своей старательной ученицы, меня то есть. – Классное ощущение, да? Осознавать, что можешь улучшить чью‑то жизнь, используя для этого только силу своей сущности и энергию жизни?

– А как же Дар Пробуждения?

– Дар – само собой. Но он бы не развился до такой степени, если бы не твоя работа над собой и не твое отчаянное желание помочь другим. Ты хочешь быть полезной по‑настоящему сильно, искры летят во все стороны при одной только мысли об этом. Поэтому у тебя все получается. Успеха добивается не тот, кто может, а тот, кто хочет. Ибо он сможет. Вот.

– Так папа говорит, да? – я улыбнулась.

– Ага.

– Без тебя я бы не справилась, – ласково прошептала я, обняв мальчишку.

– Как и я без тебя, – абсолютно искренне и по‑детски трогательно отозвался наследник Сумеречного мира.

– Айштар, как мне увеличить резерв? – задала я уже несколько дней мучающий меня вопрос. – Если я буду пробуждать по одному человеку в день, мне жизни не хватит, чтобы осчастливить всех равнодушных и хейтов. Про полуЭЛ вообще молчу, до них очередь не дойдет.

– Вот егоза! – фыркнул пришелец, освобождаясь из моих объятий. – Не торопись. После инициации твой резерв увеличится в несколько раз. Чем лучше подготовишься, тем больше он станет. И приятные бонусы получишь. А пока рекомендации те же – укреплять здоровье, генерировать положительные эмоции и тренировать свою сущность. Нет предела совершенству, знаешь ли. Ничего нового я тебе не скажу, потому что его не существует. Так что живи и радуйся жизни, человечка. Ты на правильном пути.

– Радуюсь, радуюсь, – взлохматила я прическу эмина, не забыв при этом положить в копилку вопросов для допросов вскользь упомянутые приятные бонусы.

Да, я такая. Ненасытная и любопытная. Хотя нет, не любопытная. Любознательная. Вот.

– Угу, – бездонные черные глаза посмотрели на меня внимательно и серьезно, – это важно. Важно быть счастливой, помнишь? Что бы ты ни делала, наслаждайся жизнью, каждой ее минутой. Смотри на мир с любовью, ищи хорошее во всем и во всех, улыбайся и радуйся простым вещам, находи возможность для роста в любом препятствии. Как там у вас говорят: «Быть живым – это подарок, а быть счастливым – это наш выбор»?

– Да, мама часто повторяла эти слова, – при воспоминании о маме на глаза навернулись слезы.

– Мама плохого не посоветует, – с любовью в голосе сказал мальчишка. – Когда я был маленьким, мне мама много раз говорила: «Ты можешь смеяться или плакать, Айштар. Но запомни: всякий раз, когда ты плачешь, ты мог бы смеяться – выбор за тобой». Я не сразу понял, что она имеет в виду. Обижался, злился, не верил. Но когда до меня дошло, стал умнее в сто тысяч раз. Не плачь, Виталина, твои родители скоро вернутся.

– Ты меня успокаиваешь или вещаешь очередное пророчество? – вытирая слезы рукой, спросила я.

– И то и другое, – невозмутимо ответил мальчишка. – Как там твой марсианин, кстати?

– Как всегда, загадочен и мил, – я улыбнулась, забираясь на подоконник и поглаживая пальчиком теплые лепестки айлиний. – Мы не касаемся деликатных тем. Болтаем ни о чем и наслаждаемся короткими ментальными соприкосновениями. А о том, что будет дальше, я стараюсь пока не думать. Наверное, и он тоже. Айштар, а эмины много знают о марсианах?