Иная. Выбор

«Так, от хейта держаться подальше, любовь тоже пусть подождет, не до нее сейчас», – решительно отогнала я от себя дурацкие мысли и еще раз крепко обняла подругу.

Потом мы поздравляли Доминику с днем рождения, дарили подарки и с наслаждением поедали именинный торт, который получился нереально вкусным! Ничего лучше даже вообразить невозможно! И если судить по выражениям лиц присутствующих, гастрономический оргазм испытала не только я.

– Медвежонок, а ты не лопнешь? – со смехом поинтересовалась Доминика после того, как сладкоежка‑Дамир потянулся за очередным куском.

– Не‑а, – протянул тот, с показным удовольствием облизывая губы. – На сегодня у меня другие планы.

– Кушай, дружище, набирайся сил, – с многозначительной улыбкой сказал Тимур, вогнав в краску неожиданно смутившуюся Доминику.

– Завидуй молча, – отозвался Дамир, бросив незаметный взгляд на Викторию.

Мне показалось или это был намек? Тимур и Виктория? Серьезно?

В ответ на мой немой вопрос Тимур загадочно улыбнулся и, прихватив баночку энергетика, с невозмутимым видом направился к… Светалике, сидящей на кровати рядом с Ильдаром. Причинно‑следственные связи моей логики запутались в беспричинно‑следственных связях моих же мыслей. Ну так я их распутаю. Я ведь умею смотреть по‑другому.

И что я вижу? Да ничего особенного. Симпатичная девушка полуЭЛ, из «доходящих». Проверка ауры показывает, что исправить это я не смогу. Увы. Сущность расплывчатая, слабая. Эмоциональных нитей мало, и в них почти нет сияния. К Тимуру Светалика ничего не испытывает, впрочем, она вообще мало что испытывает. Молча взяла предложенный стакан, выпила содержимое, кивнула и снова уткнулась в свою тарелку, изредка окидывая присутствующих быстрым невидящим взглядом.

А вот Виктория – совсем другое дело. Пылкая рыжеволосая красавица излучает уверенность, страсть и игривость. Поведение соответствующее. Открыто кокетничает с Каримом, томно поглядывая на Тимура. Чувствует, что нравится обоим, и умело этим пользуется, заручившись согласием вампирши. Сдавайтесь, парни. Вам не устоять.

Я же говорила! И минуты не прошло, как Тимур с азартом и нескрываемым удовольствием включился в ухаживание, удвоив число горящих взглядов, бросаемых на соблазнительную фигуру, облаченную в черные облегающие брючки и черную кружевную приталенную блузку с глубоким декольте. Как себя чувствует Виктория? Правильно, целиком и полностью в своей тарелке. Вовсю флиртует и забавляется ситуацией, наблюдая за тем, как потрясающие парни ловят каждое ее слово, одаривают комплиментами и всячески пытаются перещеголять друг друга в остроумии.

Поглощенная наблюдениями, я не сразу заметила, как Святослав пристроился рядом со мной на подлокотнике дивана. Зато отчетливо ощутила реакцию своего тела, когда хейт наклонился к самому моему уху и, обжигая шею горячим дыханием, прошептал:

– Нам нужно поговорить. Наедине.

От этого шепота щеки опалило волной жара, сердце бешено заколотилось, а руки, держащие тарелку, предательски задрожали. Я повернулась к хейту, оказавшись слишком близко к его лицу, и, поняв, что не в силах вымолвить ни слова, молча кивнула. Он резко отстранился, но я успела заметить, как сверкнули ярко‑красные глаза, а потом сработал фриз. Я тоже отстранилась, пытаясь выровнять дыхание и собрать в кучу разбежавшиеся мысли. И отчаянно надеясь, что Святослав, находясь в порыве своих эмоций, моего состояния не заметил.

– Еще кусочек, Витошка? – улыбнулся подошедший Карим.

– О нет, спасибо, – я замахала рукой. – Дамира мне не превзойти, не стану даже пытаться.

Все дружно заулыбались. Те, кто это умеет, естественно.

– Дамы и господа, – торжественно объявил Тимур, – еще пять минут наслаждаемся кулинарным изыском наших несравненных хозяюшек и собираемся. В Квест‑Хаусе нас ждут к двенадцати часам.

Ребята довольно загудели и вскоре стали потихоньку продвигаться к выходу. Не шелохнулся только Святослав, застыв около меня прекрасным изваянием. А я по‑прежнему дрожала и, как ни старалась, не могла унять эту дрожь.

Присутствие хейта так близко действовало на меня двояко: я его боялась и в то же время во мне рождалось незнакомое, но очень приятное волнение. А еще я боялась пошевелиться, потому что мне до безумия нравились испытываемые ощущения. Нравился огонь желания в его глазах, нравился и этот мой страх, от которого тело буквально трясло. Вместо того чтобы сбежать куда подальше и от этого хейта, и от себя самой, я хотела… даже не так – я чувствовала дикую потребность остаться и узнать, что он собирается мне сказать. Поэтому сидела и тихонько дрожала, не оставляя при этом попыток разобраться с сумбурными чувствами, эмоциями и мыслями.

В какой‑то момент я с ужасом осознала, что хочу, чтобы он взял меня на руки, как тогда в Фертине, и прижал к своей мускулистой груди. Мне захотелось снова погрузиться в то непоколебимое чувство защищенности и надежности, которое давали его сильные руки, прислушаться к ровным, немного учащенным ударам его сердца и уйти с головой в эйфорию, вдыхая дурманящий запах. Хейт очень приятно пахнет, прям голова кругом идет. Свежестью, свободой и силой.

– Трое неизвестных похитили мою девушку, – в памяти всплыли сказанные Святославом слова. – Несовершеннолетнюю. Выследил, девушку освободил, собираюсь вернуться в Ширан.

Тогда, после всего пережитого, я плохо понимала, что происходит, особо не вслушивалась, поэтому не придала значения этим словам. Так же, как и другим, предназначавшимся только мне:

– Ты моя. Запомни это. Я тебя никому не отдам.

Он так сказал? Видимо, да. Память меня еще никогда не подводила. Хотя это не точно. Но я не могу быть его девушкой! И все, что я сейчас чувствую, – все это неправильно! Всего этого не должно быть. Потому что мы разные. Потому что он – хейт, а хейты не знают, что такое любовь.

Черные квадратики, и о чем я только думаю? Какая любовь?!

– Витошка, – голос присевшего передо мной на корточки Тимура вернул в реальность, – ждем только тебя. Все в порядке?

– Мы задержимся на несколько минут, – ответил вместо меня Святослав. – Идите, мы догоним.

Тимур вопросительно приподнял бровь, переводя взгляд с меня на Святослава. Он даже не пытался скрывать, что удивлен. И обеспокоен.

– Мы скоро, – я улыбнулась. – Ты что, не доверяешь своему другу?

Тимур как‑то странно на меня посмотрел, потом медленно встал и, уже глядя на Святослава, серьезно произнес:

– Доверяю. Полностью. Ждем вас на улице.

Как только за ним закрылась дверь и мы со Святославом остались наедине, я забрала у парня пустую тарелку, отнесла и забросила ее вместе со своей в приемный отсек пищеблока. Я пыталась скрыть волнение и хоть немного успокоиться, а хейт, прекрасно это понимая, намеренно не сводил с меня глаз. Он неотрывно следил за моими скованными замедленными движениями, не давая ни малейшего шанса расслабиться. Вот же… хейт!

На трясущихся ногах я вернулась к дивану, присела и выжидающе уставилась на Святослава. Он по‑прежнему сидел на подлокотнике и молча пытался поймать мой взгляд. Наши глаза встретились, я заглянула прямо в красные радужки, кожей ощущая все эмоции хейта. И все его желания. Он с трудом сдерживался, а я инстинктивно отодвинулась подальше.

– Не бойся, – тихо сказал Святослав, прикрыв на секунду глаза, потом неожиданно спросил: – Виталина, я смогу стать ЭЛ?