Проект «Фантом». Исходный код

– Спасибо, – ответил Григорий, – давай на работу подброшу? С ветерком!

– Ой, нет! – Олег даже отошёл подальше от автомобиля. – Спасибо, я лучше на общественном транспорте!

– Ну, как знаешь,– пожал плечами Григорий. – Было бы предложено!

Казалось, что сосед немножко обиделся на отказ прокатиться с ветерком на его новом железном коне и оценить все прелести и достоинства передвижения на автомобиле. Но, как вы, наверное, уже догадались, Олег не любил данный вид транспорта, предпочитая ему общественный, и потому теперь он стоял на остановке в ожидании этого самого автобуса. Люди шли по своим делам, ничего и никого вокруг не замечая. Всё было как всегда – без изменений. Вот мужчина с портфелем подошёл к газетомату, опустил в щель монетку и получив свежий номер углубился в изучение последних новостей, вот молодая девушка выходила из магазина, а молодой моряк покупал в киоске пачку папирос. Всё, как всегда, обычная рутина ничем не примечательного рабочего дня. Олег готов был поспорить на что угодно, что где‑то на другом конце огромной страны люди точно также идут на работу, в магазин, или покупают газеты и папиросы.

– Доброе утро, Олег Викторович! – голос соседки вторгся в плавный ход мыслей Олега, отчего он вздрогнул и поспешно обернулся.

– Доброе утро, Галина Александровна! – ответил он.

– Погода сегодня нас не балует,– заметила соседка, посмотрев на небо.

– Определённо не балует,– кивнул Олег.

Соседка явно настроилась на долгий разговор – она была уже далеко немолода и относилась к той категории старушек, которые любили поговорить обо всех и обо всем, обсуждать всех и вся они могли часами. Вот только Олег совершенно не горел желанием слушать и комментировать размер кабачков, успеваемость внука и карьеру зятя. Его мысли были заняты совершенно другим – предстоящей работой. Он уже начал жалеть, что не воспользовался услугами метрополитена, и теперь был вынужден стоять и слушать эту совершенно ненужную информацию. Но, к счастью, продлилось это недолго – к остановке подъехал автобус, и соседка отбыла по своим делам в одной ей известном направлении. Когда Олег уже был готов к тому, чтобы впасть в панику, приехал автобус, оповестив о своём прибытии неизменным звуком, напоминающим звон перекатывающихся пустых стеклянных бутылок. Олег, пройдя в полупустой салон первым делом пробил себе билет, а уж потом с удобством устроился на сидении. Путь предстоял не слишком уж долгий и вскоре он добрался до места назначения – огромному серому зданию, в котором располагался НИИ Передового Цифрового Программирования и Вычислительных Технологий. Здание своим монументальным видом внушало благовейный трепет. Его верхушку по центру венчал фронтон, на котором был выбит герб страны и лозунг института "ТЕХНОЛОГИИ – НАШЕ СЛАВНОЕ БУДУЩЕЕ". К двустворчатым дубовым входным дверям вела внушительная лестница с массивными ступенями. Возле дверей подобно несокрушимым стражам восседали два льва.

Открыв дверь, Олег вошёл в небольшое помещение, где располагался стол вахтерши.

– Доброе утро, Евгения Александровна! – поздоровался он.

– И вам доброе утро, Олег Викторович,– улыбнулась Евгения. – По вам можно часы сверять – как всегда явились без опоздания!

– Работа требует пунктуальности,– сказал Олег, предъявляя служебный пропуск и ставя роспись в журнале. Евгения Александровна, женщина бальзаковского возраста, с волосами, которые были уложены в аккуратный пучок на затылке, поправила очки и мельком глянула на пропуск. Это означало, что все формальности соблюдены и можно идти дальше, в гардероб. Там Олег избавился от верхней одежды и, миновав очередные двери, попал в огромный вестибюль, в центре которого располагалась мраморная лестница, ведущая на верхние этажи. Повсюду сновали сотрудники, изредка перебрасываясь друг с другом дежурными фразами, в помещении от топота множества ног и разговоров стоял тихий непрерывный гул. Олег проследовал к одной из дверей, и открыв её оказался в буфете. Буфет учреждения являл собой стандартную картину – прилавок, холодильники‑витрины и столы в центре помещения. В двух словах – ничего лишнего. Олег всегда перед работой выпивал стакан сока, это было уже своего рода ритуалом, которому он следовал неукоснительно.

Олег подошёл к буфетному прилавку, на котором стояли две конусообразные колбы с соком, попросил стакан яблочного и принялся неспеша пить его, однако это удовольствие ему немного подпортил молодой аспирант, который торопливо подошёл к стойке, бросил на неё папку с документами и потребовал себе стакан кефира. То, что это был именно аспирант Олег с лёгкостью догадался по той причине, что всё они здесь выглядели абсолютно одинаково – среднего роста, болезненно худощавые, с вечно растрепанной шевелюрой, и в огромных очках с толстыми линзами. Облик довершало бледное лицо с выражением вечного недосыпа и усталости, и белый халат на один или два размера больше, чем нужно. Эти вчерашние студенты ежедневно нелепо семенили по коридорам, в своих несоразмерных халатах, или почти безвылазно сидели в библиотеке, где в поте лица корпели над кандидатской диссертацией. Особо везучие попадали в машинный зал, где часами напролёт усердно вводили в ЭВМ данные, с умным видом анализировали предоставленные машиной результаты и порядком надоедали занятым делами сотрудникам с просьбами взглянуть на свои труды, которые, как правило, почти всегда не представляли из себя какой‑либо ценности для науки. Кончалось это тем, что вконец измученный аспирант опять штурмовал библиотеку, где с помощью литературы пытался отыскать неточности в своих научных изысканиях, изредка прерываясь при этом на еду или другие неотложные дела. И такого вот "бедного сиротинушку" можно было повстречать практически везде – на кафедре, в аудитории, в коридорах. Или вот, как сейчас – в буфете. Между тем, аспирант расправился со своим кефиром и собрался уходить, ведь впереди его ждали великие неотложные дела, на которые, как это обычно бывает, совсем не хватало времени. Однако далеко уйти ему не удалось.

– Молодой человек, а деньги? – спросила буфетчица.

– Ой, простите! – аспирант поспешно вернулся, и принялся шарить в карманах своего несоразмерного белого халата. Бросив на стойку несколько монет, он вновь собрался было уходить, но…

– Молодой человек, сдачу возьмите! – окликнула его буфетчица.

– Простите ещё раз! – бедняга вновь вернулся, чтобы взять сдачу. Тут следует ещё упомянуть, что с головой погружённые в науку аспиранты страдали, все как один, паталогической рассеянностью, и разыгравшаяся на глазах Олега сцена была прямым тому доказательством.

– Молодой человек, вы папку забыли! – воскликнула буфетчица.

– Да что‑ж такое‑то! – бедняга уже в который раз вернулся к прилавку, взял папку, и наконец удалился, провожаемый вслед тихими смешками всех тех, кому довелось стать невольными свидетелями всего произошедшего.

Как уже говорилось, аспиранты каким‑то невероятным образом умудрялись быть абсолютно везде. Самым главным предметом обсуждения у них был конечно же лифт. Лифт, у которого не было кнопки вызова. И версии у аспирантов были одна фантастичнее другой. Олегу даже доводилось слышать слухи о том, что там, куда спускался лифт, хранится самый настоящий космический корабль, информация о котором была тщательно засекречена на самом высоком партийном уровне. Работники НИИ эти байки аспирантов никак не комментировали, потому что и сами не знали, что же находится там, внизу. Им незачем было это знать. А те, кто знали, не распространялись о том, какие секреты хранит в себе закрытый от посторонних глаз этаж института.