Капкан для саламандры

Мы с Албертом тут же подскочили на ноги. Шарррахас, неужели кто‑то все же умудрился убиться? Ректор с Тайлореном нам головы оторвут.

– Что случилось? – поймала запыхавшуюся девчонку и бегло осмотрела. Вроде цела, что же тогда?

– Там… там… – никак не могла отдышаться она, – там Вернер с Глуроном на медведя наткнулись!

Шарррахас!

Наткнулись, как же! Тут же вспомнила замечание наглеца по поводу лучшего трофея. Идиот! Нет уж, сама ему голову откручу, никакому медведю эту привилегию не отдам.

– Показывай! – приказала девчонке.

Та вздохнула тяжело, но обратно в лес помчалась вполне бодро. Не зря ее гоняла. Мы с Албертом поспешили следом.

К месту битвы подоспели как нельзя вовремя. Разъяренное животное, грозно поднявшись на задние лапы, оглушающее ревело, замахиваясь огромными когтями. Кинуться ему мешали крепкие стебли, тянущиеся из земли и оплетающие зверя до половины, но и они уже не справлялись, грозясь треснуть в любой момент. Похоже, творение Глурона. А Вернер тем временем заканчивал выплетать заклинание каменного копья.

Я как увидела эту картину, влетев на небольшую поляну у мелководья реки, так сердце и ухнуло. Рявкнуть даже не успела. Все случилось одновременно.

Крепкие стебли треснули, не выдержав ярости медведя. У ног Вернера, закончившего с заклинанием, из земли вытянулось острое копье и рвануло на встречу с горлом животного.

Лишь в последний момент, я успела выставить между ними широкий огненный щит. Копье взорвалось каменной крошкой, врезавшись в мое пламя, осыпая все вокруг обжигающими осколками. Вернеру прилетело больше всех. Медведь, опалив морду, отшатнулся от яркой стены и обиженно взревел, но уходить не собирался. Готовился к следующему выпаду. Не опуская щита, свободной рукой накинула на зверя магические путы, крепко спеленав его. Медведь угрожающе ревел, но был бессилен против магии. Ничего, ничего, путы – это неприятно, но все же не магическое пламя по меховой шкуре.

– Огоньсс в лес‑с‑су, – внезапно раздалось у меня в голове.

– Серьезно?! – выругалась я в ответ.

Ящерица мерзко зашипела, явно хихикая.

Сняв щит и удостоверившись, что зверь никуда не денется, оглянулась, с каждым мгновением злясь все сильнее.

Вернер баюкал обожжённую осколками заклинания руку, но выглядел скорее раздасованным, чем раскаивающимся или напуганным. Глурон же явно начал осознавать, что они сделали что‑то не то. Лоурен вместе со своей закадычной подружкой Гвен Сабри, которая была чуть красивее и глупее, обнявшись, круглыми глазами смотрели на происходящее. И Алберт, откровенно говоря, недалеко от них ушел. Тяжело вздохнув, осознала, что разбираться в этом безобразии придется мне.

– У кого с целительством хорошо? – громко спросила, перекрывая рыки связанного зверя.

Сабри робко подняла руку.

– Успокоение и целительный сон издалека наложить сможешь?

– Да, – прозвучало не слишком уверено, но других вариантов нет.

– Накладывай, – кивнув дала ей команду, понадеявшись, что с таким простым заданием девушка справится.

Но увидев, что она протянулась в сторону двух идиотов, раздраженно зарычала.

– На медведицу! – рявкнула так, что девчонка чуть не упала. – Этих я сама… упокою.

Сабри хоть и тряслась, но заклинание наложить смогла, и зверь затих. Правда, путы снимать я не спешила.

Размашистым шагом направилась к показательно страдающим адептам.

– Магесса Вегерос, не стоило так переживать и вмешиваться, – чуть морщась уверенно улыбнулся Вернер. – Мы бы справились с ней. Я уже закончил заклинание, когда…

– Вы… – рявкнула во весь голос, затыкая его поток самоуверенного бреда, – ошметки жизнедеятельности!

Не выдержав, двинула смеющему улыбаться парню под дых. Тот, засипев, согнулся вдвое.

– Какой идиот решил атаковать медведицу? – зло впилась глазами в них.

– Он… первый напал… – просипел Вернер разгибаясь.

– Не смей мне врать, – вздернула парня за ворот рубахи. – В отличие от тебя я в лесу не первый день, и прекрасно вижу, что здесь произошло.

Он поджал губы, все еще не собираясь признаваться.

– Молчишь? – прошипела ему в лицо и брезгливо отдернула руку. – Тогда слушай. Минус два бала каждому. А могла бы, вообще бы убила на месте. Жаль, что это подсудное дело, и вы у меня поголовно в отчетности записаны.

– За что? Магесса! – хором возмутились парни.

– Мы же просто хотели бонусов за добычу заработать, – бездумно добавил Глурон. – Вы же сами сказали!

– Я сказала? – с угрозой переспросила парня, и тот испуганно спрятал взгляд, поняв, что ляпнул глупость. – Я много чего сказала, только вы ничего не услышали. Я сказала – осматривать территорию леса, которая закончилась в двух десятках шагов отсюда. Берега в задании не было. Считайте, что вы нарушили приказ и ушли в самоволку. Я сказала – зверье просто так не трогать! Только мелкая дичь на обед! В каком месте этот медведь выглядит, как перспективный обед и ужин?!

– Он кинулся на нас. Мы лишь защищались, – процедил сквозь зубы Вернер, бросая на меня взгляд исподлобья.

Рванула к этому гаду и лишь в последний момент смогла остановиться, чтобы не съездить ему по зубам.

– Не смей мне лгать, – вновь прошипела ему в лицо. – Вы первыми напали на животное. Вон там у камней плачутся медвежата, – зло кивнула в сторону берега, где два черных комка, сжавшись в тени камня, чуть ли не скулили. – Медведица с выводком не стала бы нарываться на драку, – процедила, смотря на этих… живодеров. – Но вы полезли к ней, причем подло. Шкура на спине порвана и кровоточит. Кто‑то из вас ударил ее, разозлив. Вы не просто живодеры, напавшие на мать с детьми, а еще беспросветные идиоты и неучи. По прибытии сюда я несколько раз предупредила – атаковать крупных хищников в этом регионе без необходимости защиты жизни строго запрещено. Догадаетесь почему?

Лоурен позади меня испуганно ахнула и тут же что‑то зашептала подруге, а вот эти два идиота лишь покачали головами.

– Тогда вот вам занимательный географический факт, – процедила сквозь зубы, – недалеко отсюда находится поселение оборотней.

Парни побледнели, наконец осознав, во что по собственной глупости едва не вляпались.

– Вам несказанно повезло, что это действительно медведица. Иначе вместо отработки, вы бы попали на скамью подсудимых за попытку убийства, как минимум. Но это всего лишь простая лесная жительница, и заявление в управление она на вас не напишет. Хотя мне очень хочется сейчас сделать это за нее.

Адепты хоть и выглядели побледневшими и растерянными, но я‑то видела – не прониклись моей речью. Их беспокоило лишь, что они едва не подпали под статью, а что играючи чуть не угробили мимо проходящее животное не волновало ничуть.

– Проваливайте с глаз моих, – окинув их презрительным взглядом, дернула головой, отсылая подальше. – И молитесь, чтобы вас не отчислили после этой практики.